Аферисты поневоле - Елена Помазуева

— Простите, но в договоре ничего о квартире и ее сохранности не было, — решительно шагнула в квартиру.

— Мау! — возмущенно выдали мне за спиной.

— Идите, госпожа Симочкина. Не заставляется нервничать Эмильена, — отрезали мне.

А мне, значит, волноваться можно? То есть, на меня вешают кота, чужую недвижимость, и я должна оставаться спокойной?

— Простите, мадам Строем, но я учусь … — договорить мне не дали.

— Игорь, приготовь договор, — меня окатили надменным взглядом и на этом разговор закончился.

Огромные когтистые лапы опустились на мой зад.

— Ма — ау! — напомнило о себе чудовище.

— Ай! — тихо зашипела на него, почувствовав когти, впившиеся в джинсовую ткань, — Отцепись, Эмильен.

Мы встретились взглядами, его зеленые глаза смотрели строго и с предупреждением.

— Да, идем мы, — досадливо заверила его.

После этого когти оставили в покое пострадавший филей, а кот снова вернулся в кабину, где прозвенел звонок предупреждение. Сосед с третьего этажа вызвал лифт и ожидает своей очереди.

В холле я постаралась идти нога за ногу, медленно двигаясь к выходу. Могу я посмотреть на многоярусную люстру и восхититься игрой света в ее подвесках? Или полюбоваться буйной растительностью в кадках? Опять же шнурки надо проверить перед выходом на улицу. Вдруг они развязались?

Кот воспринимал мои ухищрения спокойно, его не волновали мои выкрутасы, зато он воспользовался возможностью и сунул нос в приоткрытые двери ресторана. Посетители начинали подходить к завтраку, и персонал оживился.

Из лифта вышла сухонькая старушка. Одета просто и опрятно, без бросающихся в глаза аксессуаров. Темно — коричневые туфли почти без каблуков, легкий плащ темно — бежевого цвета не привлекали внимание, если специально не задержать взгляд на женщине. Только выражение лица контрастировало со скромной одеждой. Она надменно взглянула на меня, уверенной походкой прошла к дверям, и те послушно распахнулись перед ней.

Интересно, кто она и по какому поводу приходила к Георгу?

Немного порассуждав, решила не ломать голову. В конце концов, мало ли какие знакомые есть у виконта? Может быть, старушка приходила просить денег на благотворительную организацию для кошек или собак?

На улице Эмильен сегодня оправдал опасения хозяйки. Вел себя возбужденно, все время куда — то ломился, пытался взобраться на деревья, кидался на голубей. Один раз зашипел на комнатную собачку и выгнул спину дугой. Бедная шавка от испуга залилась лаем и попыталась запрыгнуть на руки хозяина, а когда тот подхватил ее, то пыталась взобраться выше.

Мне пришлось долго извиняться и строгим голосом выговаривать коту, забывшему о хорошем воспитании. Эмильену мои слова оказались до фонаря, наверное, единственному, кто считал, что наступила осень, а потому продолжал освещать погожее утро. Возмущенные слова хозяйки испуганного животного еще долго доносились нам вслед.

Задание обеспечить хвостатого хозяина активными играми воплотилось простейшим способом: воровато оглядываясь, я сломала ветку с дерева, растущего в дальнем углу парка. Эмильен с интересом наблюдал за моими действиями, но прыгать за прутиком с листочками отказывался, выказывая презрение к простейшим играм.

Выбившись из сил заинтересовать кота, я устало присела на лавочку. Мне требовалось время для отдыха, а заодно для придумывания развлечений для растолстевшего монстра.

Ветер налетел порывом и зашуршал листьями по аллее. Воробьи пригоршней кинулись к нам под ноги и устроили птичий гвалт, заметили рыжего хищника, прищурившего зеленые глаза, и кинулись прочь. Эмильен стремительно метнулся за ними, сдернув меня со скамейки. Стая приземлилась невдалеке, дразня охотника, и тот повелся на провокацию. Я летела за хвостатым монстром, утянутая поводком, и едва успевала переставлять ноги. Пернатые проходимцы забавлялись игрой и мелькали перед нами, дразня и не отлетая далеко.

Все, на что я оказалась способна — удержать равновесие и не расквасить себе нос, когда Эмильен круто заворачивал или я спотыкалась на рытвинах.

Погоня закончилась неожиданно, когда стая, наигравшись, решила оставить нас в покое.

Потерпевший неудачу Эмильен остановился, и я замерла рядом с ним. Уткнулась ладонями в колени, тяжело дыша, и согнулась, не в состоянии двигаться.

Активные игры удались. Правда и мне досталось, но зато мадам Строем останется довольной.

Возвращались в особняк медленно, никуда не торопясь. Набегавшись за котом, я не чувствовала в себе сил торопиться на учебу. Подумаешь, пропущу еще одну пару! Мне бы сердце обратно в грудную клетку засунуть, а то оно решило выпрыгнуть и жить подальше от своей хозяйки.

Георг

Графиня Ристоль не думала уезжать. Мои поначалу скромные, а потом откровенные намеки, что ей пора восвояси, она игнорировала, ловко лавируя в светском разговоре. Даже испытал нечто похожее на ностальгию. Давно не играл словами и не старался прочесть подтекст в вежливых фразах. И все равно не собирался жертвовать свободой ради титула.

Прекрасно помню нахмуренное лицо отца, проверяющего дела графства. Даже в моем присутствии он никогда не расслаблялся, всегда заботы одолевали его. Лишение средств в банке не сильно подкосит мое благосостояние. Еще во время учебы в колледже мне открыли отдельный счет, которым я мог распоряжаться по своему усмотрению. Конфиденциальность между банком и клиентом не позволяла бабушке и отцу контролировать ведение моих дел, поэтому я использовал возможность в полной мере. Играл на бирже, делал ставки, вкладывался в предприятия друзей. В итоге в финансовом плане стал абсолютно независимым от денег семьи. Конечно, я не отказался от содержания отца, принимая на счет ежемесячные перечисления. Дополнительный источник доходов никогда не помешает. Глупо от него отказываться, если он сам идет в руки.

Именно поэтому в семье Ристоль за мной закрепилась репутация повесы, транжиры и кутилы, хотя обстоятельства складывались иначе. Я был независим от отца, бабушки и титула.

Оставалось найти способ избавиться от графини Ристоль и отправить ее домой заниматься делами.

Каждое утро бабушка наносила визит вежливости, как она это называла. На самом деле, она пыталась застать в моей постели девицу и потребовать немедленно на ней жениться. Ее хитрый план понял сразу, когда увидел рядом с кроватью перед рассветом на второй день приезда. На прямой вопрос о цели визита получил пространный и витиеватый монолог, из которого можно сделать массу домыслов, и ни разу не угадать правильный ответ.

Надо признать, несмотря на заверения, графиня Ристоль решила во чтобы то ни стало женить меня до конца срока, указанного в завещании.

Кстати, на отца по этому пункту особенно обижался. Он понимал последствия высказанного условия, знал, что я откажусь от титула и все равно попытался принудить принять его волю. Ольхард Ристоль отличался твердость характера и шел к намеченной цели любыми путями. Но он должен был понимать, что я — его сын, и из меня невозможно веревки вить. Характером одинаковые.