Навсегда - Катерина Лазарева

Эндрю решил, что со мной что-то не так. Боится обидеть неосторожным словом — это видно. Но не воспринимает мои слова всерьёз.

Для него Мэтт остаётся чуть ли не святым.

Грустно усмехаюсь. И Эндрю понимает — его ответа больше не жду.

Всё наверняка читается и на моём лице. Я перестаю на что-либо рассчитывать.

Но, похоже, это вдруг наполняет Эндрю решимостью. Нет, вряд ли он внезапно верит мне. Но, кажется, действительно хочет помочь делом.

— Хорошо, я поговорю с ним.

***********

Непонятно как, но Эндрю выполняет мою просьбу.

После суда я не видела Мэтта. Вообще ни разу. Видимо, он даже не стал решать последние формальности — Ричарда отпустили, и адвокат просто исчез.

Конечно, я не сразу поверила, что всё так благополучно разрешилось. Сначала меня даже напрягала сложившаяся ситуация. Не покидало чувство какого-то подвоха.

Но дни шли, и ничего не нарушало их покой. Постепенно я возвращалась в прежнюю жизнь. Тем более что активно шли приготовления к свадьбе.

Хотя окончательно я успокоилась лишь после того, как однажды тайком проверила дом, который купил Мэтт. Его там не было. Всё указывало на то, что он действительно уехал.

И я сделала вывод: Эндрю поговорил с адвокатом максимально открыто, передав моё состояние и попросив его покинуть Лишем.

А Мэтт, видимо, благодаря этому осознал, что не только не нужен мне — я ещё и боюсь его. И, надо отдать должное его своеобразному благородству — отступил.

Решив так, я старалась не думать, что это слишком неожиданный и малоправдоподобный вывод, учитывая, что мне пришлось узнать. Мне хотелось верить в такую версию. А потому я поверила. Не сразу, но вернулась в колею обыденности.

Теперь я заботилась только о своём будущем — а оно неразрывно связано с Эндрю.

Он, кстати, изменился. Стал всё более задумчивым. И будто отдалялся от меня. Но при этом стал очень внимательным к моему настроению и во всём старался угодить. Предугадывал желания, окружал заботой. Но не подступался ближе, не открывался.

Я знала Эндрю всю сознательную жизнь.

Так он вёл себя, когда чувствовал вину.

Конечно, это поначалу насторожило. Я уже начала прикидывать, что Эндрю натворил. Может, знал, что Мэтт на самом деле не пропал?

Может, это лишь совпадение, и никакого разговора не было? И теперь мой жених мучился виной, что взял себе в заслугу исчезновение адвоката. Мог даже бояться, что тот объявится.

Но я быстро пресекла такие мысли. Глупые предположения.

Во-первых, Мэтт действительно исчез. В это я верила.

А это не могло быть просто так — толчок в виде разговора с Эндрю наверняка был.

Во-вторых, заговор тоже отпадал. Даже если бы Мэтт что-то задумал, вряд ли стал бы просвещать в это Эндрю. Я давно заметила, что мой жених не вызывал в адвокате такое же доверие, как чувствовал к нему сам.

И, кстати… Этим благоговением к Мэтту вполне объяснялось нынешнее поведение Эндрю. Ведь в том нашем разговоре он безмолвно встал на сторону адвоката, не поверив мне. Я это почувствовала. И Эндрю понял.

Видимо, теперь он испытывал неловкость из-за этого.

Конечно, мне в тот момент было обидно, что мои слова не воспринимались всерьёз. Но теперь я не хотела, чтобы Эндрю мучился этим. В конце концов, он ведь всё равно помог мне. Да и сложно осуждать его за симпатию к Мэтту — ведь тот буквально спас ему жизнь.

Поэтому я старалась показывать Эндрю свою благосклонность. Проявляла ответную заботу, чуткость и внимание. Вот только его это словно сильнее смущало — он окончательно замкнулся в себе.

Тогда я решила дать ему время и не усугублять.

В конце концов, вина Эндрю настолько мала, что наверняка скоро отступит.

Всё само собой вернётся на круги своя.

Я действительно верю в это. А любую мысль о Мэтте просто прогоняю. Чем быстрее я забуду о его существовании, тем успешнее смогу окунуться в новую жизнь.