Шах и Мат - Кэмерон Джейс

— Алиса. — Пиллар пристально смотрит на меня. — В те дни тобой правила вовсе не Светлая сторона. Ты потеряла ее и стала Злом. Льюис разлюбил тебя.

Интересно, сколько мне еще будут напоминать об ошибках прошлого, и заставлять чувствовать себя виноватой.

— Тогда, быть может, пришло время рассказать мне, что случилось?

— В каком смысле, что случилось?

— Что обратило меня в Темную Алису?

Пиллар застывает. Не могу понять его выражение лица. Словно он отчасти хочет рассказать мне. А отчасти — нет. У меня создается впечатление, что он ничего мне не расскажет, поскольку на то есть множество причин.

— Ты даже не спросишь меня, откуда я знаю, что эта шахматная фигурка — часть Кэрролла. — Он меняет тему разговора, и мне становится все равно.

— Откуда?

— Вообще-то это лишь предположение, потому что мне рассказывали, будто Кэрролл сказал Фабиоле спрятать шахматные фигурки по всему свету.

— Не вижу связи.

— Если Шахматист, кем бы он ни был, ищет Кэрролианского Рыцаря, а Отцу Уильямсу было сказано охранять его все эти годы, тогда, быть может, так и есть.

— Хотите сказать, Шахматист ищет Кэрролианские шахматные фигуры? Зачем?

— Не уверен, но преимущество в том, что он у нас, а он так и не знает где он. Весь этот маскарад с шахматной доской был представлен лишь для того, чтобы найти хранителя секретов, Отца Уильямса и найти местонахождение фигуры.

— И это сработало. — Я разглядываю фигурку. — Странно, что эта самая вещица в моих руках — Рыцарь, или Конь.

— Тут ты права. Если ее называют Кэрролианским Рыцарем, тогда почему она похожа на Белую Королеву?

— Кажется, я знаю ответ. — Говорю я. — И Шахматист придет в ярость.

— Слушаю.

— Думаю, Шахматисту нужен Рыцарь, но Кэрролл. или Фабиола, перехитрили всех нас и раскидали фигурки по всему миру. А теперь вместо Кэрролианского Рыцаря, у нас Кэрролианская Белая Королева.

— Считаешь, тут есть подсказка, где искать остальные фигурки?

— У нас лишь один способ выяснить это. — Я медленно разворачиваю записку и начинаю изучать следующую подсказку от Белой Королевы.

Глава 24

Офис Гласного Врача, Психиатрическая Клиника Рэдклифф, Оксфорд

— Мне нужно, чтобы ты побыстрее нашел сыворотку, — сказала Фабиола Тому Траклу. — Мне необходимо обратить Мухоморов в свою армию.

— Это долгий процесс, — ответил Том Тракл, и проглотил пару таблеток. — Я стараюсь изо всех сил.

— Твоего «изо всех сил» недостаточно. Если Льюис заставил тебя создать лечебницу для спасения Мухоморов, тогда ты должен лучше выполнять свою работу.

— Не тебя одну заботит Война, Фабиола, — сказал Том. — Не веди себя так, будто тебе одной все известно лучше всех.

— Я знаю побольше твоего! — она ударила ладонями по его столу.

Том проглотил еще парочку таблеток.

— О чем я только, черт подери, думал, позволяя втянуть себя в Войну Чудесников?

— Ты — Чудесник, как и все мы, поэтому даже не пытайся убежать от ответственности.

— Я простая Черепаха Квази. Бесполезное и медлительное животное. Лучше всего подхожу для супа, — запричитал он. — Я не так важен, Льюис уделил мне лишь одну страничку из целой книги.

— Мне плевать, — сказала Фабиола. — Найди вакцину. Приведи тех Мухоморов обратно в чувство. Заставь их сражаться в войне, для которой они предназначены.

— Да, да, босс, — сказал Том. — Всё второстепенно, что на счет Шахматиста?

— А что с ним?

— Кто он?

— Тебе не захочется знать.

— Неоригинально, он говорит тоже самое.

Фабиола нетерпеливо постучала пальцами по столу.

— Если скажешь, я ускорю изобретение сыворотки, — возразил Том.

Судя по выражению лица, Фабиола была готова задушить его, но она отчаянно нуждалась в сыворотке.

— Ладно. Я расскажу тебе. Но если расскажешь кому другому, я тебя прикончу.

— Буду знать лишь я и мой друг Фламинго.

— Даже он не должен знать, понял.

— Я пошутил. Всем известно, что он шпион Королевы.

— Что вводит меня в заблуждение — почему ты до сих пор от него не избавился?

— Я подумал, что он может быть полезным.

— Чтобы это ни значило. Я хочу, чтобы ты смолчал о том, что я тебе расскажу.

— Это такой секрет? — Том откинулся на спинку стула. Присутствие Фабиолы нервировало его.

— Это страшно, — она склонилась ближе, загоняя его в угол. — Шахматист..

Фабиола внезапно застыла на месте. Вены на ее шее тоже замерли. Затем, она начала дрожать, прижав руки к животу, после чего ее вырвало на стол Тома. И прежде чем он понял, Белая Королева безмолвно упала на колени, тяжело дыша, будто при смерти.

Глава 25

В горах Маростики, Италия

Шахматная фигурка — настоящее произведение искусства. Она маленькая, но стоит рассмотреть ее поближе, сразу видно мастерство, хотя и несколько странно, что в руке у меня кость Льюиса.

— Позволь рассмотреть. — Пиллар вынимает увеличительное стекло.

— Откуда у вас эту штуковина? — Я передаю ему фигурку. — Кто носит с собой увеличительное стекло?

— В фильмах о таком не спрашивают, когда героиня внезапно вынимает пистолет, хотя все это время на ней был сплошной латекс, — говорит Пиллар. — Так что, почему бы нет.

— Потому что мы не в кино.

Пиллар вскидывает бровь.

— Алиса, мы книжные персонажи.

— Что? — Я в шоке. — Хотите сказать, мы — ненастоящие?

— Я такого не говорил. Я лишь хочу сказать, что мы упомянуты в книге, и этого не избежать. Наша судьба уже предначертана. Но не важно, давай сосредоточимся на шахматной фигурке.

— На ней есть что-нибудь?

— Ничего конкретного, но погоди…, - он приближает увеличительное стекло. — Кажется, она открывает посредине.

— Правда?

Я наблюдаю, как Пиллар делает пару попыток. Белая Королева распадается на две половинки, и он вынимает крошечный кусочек бумаги.

— Похоже на предсказание из печенья, крошка. — Он выглядит восхищенным.

— Что там сказано?

— Это записка… — Он пожимает плечами. Я знаю почему, потому что это та же бумага, на которой он записал своё Чудо…, кстати, это напомнило мне о Тигровой Лилии, которую я держу в сейфе в Маростике, стало быть, скоро нужно ее забрать.

— Почему бумага та же, что и та, на которой ты записал своё Чудо? — говорю я Пиллару.

— Не знаю. Должно быть, совпадение.

— Я так не думаю, — говорю я, а затем рассказываю ему о Красном, который спас меня сегодня, пользуясь теми же самыми записочками.

— Может прочтем что написано в ней, вместо того, чтобы расследовать из какой бумаги она сделана, — предлагает Пиллар. — Похоже, исписаны обе стороны.

— Что тут сказано?

— «Белые Камни».

— Для Вас это что-нибудь значит?

— В равной степени, что и Черные Камни.

— А в