Огневица - Анита Феверс

– Значит, вы видели не дейваса, пани. А кого-то, кого настигла злая ворожба…

Марий аккуратно попытался отцепить руку Мирославы от своего рукава. Но лаума только сильнее перехватила ткань и потянула дейваса ближе.

– Выслушай меня, Болотник! Я знаю, что все это звучит как блажь умалишенного. Поверь, я бы первой рассмеялась в лицо тому, кто решился бы сказать мне подобное!

– Пани Мирослава, мне кажется, вам стоит выпить еще вашего чаю. Одной кружки явно не хватило.

Мирослава сжала губы и сама отпустила Мария. Она отступила на пару шагов, не сводя глаз с дейваса. Тонкие руки бессильно упали вдоль тела, тускло блеснул аметист. Лаума глубоко вдохнула и вдруг топнула ногой в синем сафьяновом сапожке. Едва каблук ударился в гладко струганные доски пола, как от него во все стороны брызнули потоки тумана.

Марий приподнял подбородок и сощурил глаза. Он встал вполоборота к лауме и потянулся к мечу, пока еще не вынимая его из ножен:

– Мирослава. Не вздумай.

– Ты выслушаешь меня, мальчишка, – в голосе Жизнелюбы крошился лед и ревели горные водопады.

Порыв ветра взметнул тяжелую ткань юбок, жалобно закричали-зазвенели височные кольца. Глаза лаумы потемнели до цвета грозового неба. Туман густел очень быстро: в нем уже скрылись наполненные золотом рассвета окна, столик с угощением, изукрашенный потолок и резные деревянные балки. Туман обнял лауму со спины, задержавшись на мгновение. Марий подбросил на ладони комок огня и метнул его под ноги Мирославы, но она шагнула назад и растворилась в молочно-белой взвеси. Вспышка света и брызги пламени лишь чуть отодвинули туман, быстро вернувшийся обратно.

Марий снова повел рукой, зажигая пламя. Сквозь окружившую его водяную завесу не было видно ровным счетом ничего, и дейвас не спешил двигаться с места: дверей он все равно не видел, а с Мирославы станется водить его кругами по маленькой светлице. Мелкие капли шипели, испаряясь, когда до них дотягивались танцующие нити огня.

– У него было такое же пламя, – голос Жизнелюбы зазвучал из-за спины, и Марий резко обернулся, поднимая огонь повыше. Но, как он и думал, позади никого не было. – Он был молод. Не больше семнадцати весен.

Туман потянулся к лицу Мария и с хрустом начал замерзать, превращаясь в жутковатую копию его самого. Дейвас, не размахиваясь, вбил в ледяную маску огонь, и она обрушилась на пол кипящей водой. Когда Болотник поднял голову, на него со всех сторон глядели десятки его собственных ледяных лиц с застывшими глазами. Они одновременно открыли рты и заговорили. Марий, не слушая, свел ладони, а потом резко раскинул руки в стороны, и между его пальцами протянулся огонь. Дейвас стиснул левую руку в кулак, стряхнув с правой брызжущие искрами нити. Взмахнул получившимся хлыстом, и ледяные копии одна за другой стали обращаться в исходящие паром лужи. Но голос Мирославы, искаженный силой водяницы, все равно продолжал звучать, и волей-неволей Марий прислушался.

– Он выбежал на площадь, измученный и обожженный. Споткнулся и упал на колени. И не смог подняться. Мальчик задыхался, кричал, глядя в небо, и словно что-то в нем искал. От его одежды остались лишь клочья, будто ее рвали когтями. На нем было одеяние простого кмета – ни значка, ни кафтана. Люди не узнали в мальчике огненосца и шарахнулись в стороны, решив, что он чумной. Я случайно оказалась на той же площади и почуяла неладное, едва завидев его. Но пока я добралась до него…

Голос Мирославы оборвался, словно у нее перехватило горло, и маски на миг замолчали. А потом заговорили снова:

– Он поднял руки – точно как ты, – и на каждой его ладони появилось пламя. Сначала он радостно улыбнулся, словно получил великий дар. Потом опустил голову и посмотрел на меня. Его глаза, Марий… Его глаза были огнем. У ваших юнцов, еще не научившихся контролировать силу, вокруг зрачка горит кольцо пламени, а глаза этого мальчика выглядели как два костра. Я призвала туман. И в этот миг мальчик загорелся. Пламя поползло по его рукам, растеклось по телу, вцепилось в кожу и лицо, как дикий зверь. Он закричал. Он так страшно кричал…

Последнее ледяное лицо разлетелось в мелкую крошку от удара огненного хлыста, и Марий опустил руку, глядя в глаза настоящей Мирославе. За ее спиной темнела настежь открытая дверь, но Болотник не спешил обогнуть лауму и покинуть пахнущую мокрым деревом и дымом светлицу.

– Он обратился в пепел меньше чем за минуту, – тихо проговорила женщина. Сейчас, когда вокруг ее рта залегли жесткие складки, а лоб прорезала глубокая морщина, никто не назвал бы лауму девочкой. – Ветер разметал то, что от него осталось, по площади, и мне пришлось призвать озерные воды, чтобы очистить город. Но страх не смыть никакой водой – а он поселился в сердцах всех, кто видел страшную смерть огненосца. Страх, что некто безжалостный и владеющий силой огня ходит по земле Беловодья.

– Что еще ты видела? – тихо спросил Марий.

Мирослава опустила глаза в пол, нахмурившись и приложив пальцы к губам. Медленно, словно она вспоминала давний сон, лаума проговорила:

– Вороны. Они слетались со всех сторон, как будто их кто-то позвал. Рассаживались на крышах и деревьях и смотрели. А потом, когда… когда тело мальчика догорело, разом поднялись в воздух и разлетелись прочь.

Марий глубоко вздохнул, прикрыв глаза. Потом оглянулся вокруг – на мокрую от пола до потолка светлицу и черные пятна на полу там, куда ударил его огонь. Перед его глазами встали рыжая грива волос и черные с золотом краденые сапоги. Вести, рассказанные Жизнелюбой, были важны. Но и неизвестный огненосец был не менее важен. Марий недолго колебался, принимая решение.

– Поднимайте всех водяниц, пани. Разошлите им вести о том, что происходит, и проследите, чтобы каждая была под защитой и с вороном на плече. Все, кто может, пусть перебираются ближе к столице.

– Ты что-то задумал? – прищурилась Мирослава.

– Этот колдун – или колдуны – уже натворил дел. Потому надо быть готовыми ко всему.

Лаума продолжала внимательно глядеть на дейваса, потом опустила глаза и переплела пальцы, спрятав их в складках синей поневы. Мирослава так ничего и не сказала, лишь кивнула, показывая, что услышала Мария.

– Но прежде чем вы отправитесь в путь, я попрошу вас об услуге, – добавил Болотник и повел рукой в сторону открытой двери. – Случилось несчастье, и ваша сила нужна здесь и сейчас.

Глава 5. Ведьма с болот