Ониксовый шторм - Ребекка Яррос

-Не делай этого. ” Я поднимаю свои клинки. “Просто скажи мне, что убивает моего друга, и ты останешься в живых”.

Он нападает на меня, и я быстро вонзаю свои кинжалы, глубоко вонзая их в оба его предплечья. К его локтям приливает кровь, и он роняет кухонный нож, затем ревет, уставившись на свои трясущиеся руки.

-Я же говорил тебе не делать этого! Я делаю три шага, затем выхватываю оба своих кинжала за рукояти и бью его прямо в живот.

Он натыкается спиной на полки.

Изнуряющая боль взрывается в моем боку, и я задыхаюсь, напрягая каждую мышцу, словно это могло каким-то образом перемотать последние тридцать секунд назад и спасти мое сломанное ребро. Черт , я об этом не подумал.

Повар складывает дрожащие руки в мольбе, показывая голубые полумесяцы под ногтями. “Пожалуйста. Нет. У меня есть жена. И двое детей.

Синий.

Он не пользовался полотенцем с синей каймой. Он вытирал синеву с рук.

Я медленно выхожу из кладовки и вижу Ридока, охраняющего дверь, летная куртка расстегнута, меч обнажен. “Мы ищем что-нибудь синее”.

-Ты хочешь сказать, что на этом острове действительно есть что-то красочное? Мы оба смотрим на кастрюли, сковородки и тарелки, расставленные на недавно опустевшем рабочем столе, затем подходим к нему. Ридок вкладывает меч в ножны, берет горшок, проверяет, какого кремового цвета в нем содержимое, и ставит его обратно. — Даже эти чертовы птицы белые...

Птицы-ошибки.

Синие ногти. Аромат перезрелых фруктов.

Вот и все. — Я знаю, что это...

- Кричит повар, вылетая из кладовой, и мы с Ридоком оборачиваемся.

Мое сердце замирает, когда я замечаю кухонный нож повара в полете. Я уклоняюсь вправо, затем бросаюсь вперед к повару, отгораживаясь от боли, как будто она принадлежит кому-то другому, и использую прием из книги Кортлин. Щелчком запястья я бросаю кинжал и прижимаю окровавленную руку повара к гребаному дверному косяку.

У него хватает наглости выть, как будто он этого не заслуживает.

-Оставайся там, - приказываю я на Гедотическом, затем поворачиваюсь обратно к Ридоку.

Воздух вырывается из моих легких, когда Ридок смотрит вниз.

Кухонный нож застрял у него в боку.

Я бы хотел, чтобы вы с Сойером были с нами, но я благодарен Ридоку, даже если его сарказм действует Мире на нервы.

—Восстановлена переписка кадета Вайолет Сорренгейл с кадетом Рианнон Маттиас

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

-Ридок! Страх наполняет меня, холоднее январского снежного шквала, когда я, спотыкаясь, бреду вперед.

Нет. Нет. Нет. Слова звучат в моей голове как заклинание чистого отрицания.

-Это... прискорбно, - тихо говорит Ридок, глядя на нож, торчащий у него из бока.

Не Ридок. Не никто , но особенно Ридок.

Этого не будет. Только не снова. Не тогда, когда мы за тысячи миль от дома, а он еще не закончил школу, не влюбился и не начал жить . “ С тобой все в порядке, - шепчу я. — Просто оставь это там, и я позову Трэгера...

Ридок тянется к рукояти ножа.

-Нет! Я бросаюсь через него, чтобы схватить за руку, но он уже выдернул лезвие. Я хлопаю ладонями по его боку, чтобы остановить поток крови ... Но ее нет. На его рубашке тоже нет дырки, только два надреза на летной куртке и порез на стойке.

Лезвие задело край его летной куртки…не его .

Ридок бросается на повара, и мои руки соскальзывают с его живота.

-Придурок! Ридок кричит, и я поворачиваюсь, чтобы увидеть, как он заносит кулак в лицо повара. “У меня есть четыре формы, но только одна гребаная летная куртка, и я” — удар — “ненавижу” — удар—“шитье!” Ридок вырывает мой кинжал из рук повара, и мужчина сползает по дверному косяку, его глаза закрываются. “Черт возьми, ты же должен быть цивилизованным островом!” Он вытирает мой клинок о тунику повара, затем поворачивается и идет обратно ко мне. “Что мудрого в том, что повар нападает на двух обученных убийц?” Его лицо вытягивается. - Ви, ты в порядке?

Я хватаю ртом воздух и киваю. “ Да. Я просто подумала ... но я в порядке. И ты в порядке. И все ... в порядке, кроме Гаррика, так что мы должны...

Понимание смягчает его взгляд, и он обнимает меня за плечи, притягивая в быстрые, но нежные объятия. “Да, я тоже тебя люблю”.

Я киваю, и мы расходимся. - Я знаю, что они кладут в торт.

-Хорошо. Ридок указывает на дверь, и мы оба направляемся обратно в столовую. “И я хочу патч для этого дерьма, Вайолет. Патч для квестового отряда. Поняла?”

-Громко и четко. Я вхожу в столовую первой и обнаруживаю, что двоих из триумвирата рвет,