Хитрости Локка Ламоры - Скотт Линч

– Рейнарт, нет! Пирамиды, Рейнарт! Загляните в чертовы пирамиды!

Он уже вопил во все горло. Гости поворачивались и вытягивали шеи, весьма заинтересованные происходящим. Рейнарт ладонью зажал Локку рот. Из толпы появились еще несколько чернокурточников.

– Будешь шуметь и дальше – пущу тебе кровь на глазах всех присутствующих здесь господ, – угрожающе произнес Рейнарт и отнял руку от лица пленника.

– Я знаю, кто она, Рейнарт! Знаю, кто такая донья Ворченца! Я буду орать об этом во всех залах, через которые вы меня силком протащите. И прежде чем вы запрете меня в кладовой, об этом узнают все, кто здесь находится! Прошу вас, обследуйте пирамиды!

– А что с ними не так?

– В них кое-что спрятано, черт возьми! Они доставлены в башню приспешниками капы Разы, замыслившего чудовищное злодеяние.

– Пирамиды – подарок герцогу от одного из гостей. Мои начальники самолично осмотрели каждую из них.

– Ваши начальники подпали под воздействие колдовских чар. На капу Разу работает вольнонаемный маг! Я уже не раз убеждался, что ему ничего не стоит затуманить человеку разум.

– Чушь какая-то! Самому не верится, что стою здесь и слушаю очередную сказку, тобой сочиненную. Все, тащите малого вниз, только дайте-ка я сначала заткну ему пасть.

Рейнарт схватил льняную салфетку с подноса у подавальщика, стоявшего рядом, и принялся скручивать из нее кляп.

– Рейнарт, умоляю, отведите меня к донье Ворченце! Ну какого рожна я стал бы возвращаться, кабы не чрезвычайные обстоятельства? Если вы сейчас посадите меня в кладовую, все здесь погибнут к чертовой матери! Я связан и под стражей – богов ради, отведите меня к донье Ворченце!

Несколько мгновений Стефан холодно смотрел на него, потом бросил салфетку обратно на поднос и наставил палец в лицо Локку:

– Ладно, так и быть. Отведу тебя к донье. Но если пикнешь хоть слово, пока мы туда идем, я заткну тебе пасть, изобью до потери чувств и швырну в кладовую. Ясно?

Локк усиленно закивал.

Рейнарт знаком велел еще нескольким чернокурточникам присоединиться к процессии и повел пленника, под охраной шести солдат и Конте, через зал и вниз по лестнице. Они прошагали по тому же коридору к той самой гостиной, где Локк впервые увидел донью Ворченцу. Старая графиня сидела в кресле, прижимая к губам мокрую салфетку, а подле нее на коленях стояла донья София. Дон Сальвара неподвижно стоял у окна, поставив ногу на подоконник. Все трое немало изумились, когда Рейнарт распахнул дверь и втолкнул Локка в комнату.

– Никого не впускать! – приказал Рейнарт стражникам – Прошу прощения, но на вас это тоже распространяется, – добавил он, когда Конте двинулся за ним следом.

– Пускай слуга дона Сальвары войдет, Стефан, – велела донья Ворченца. – Он уже знает столь многое, что скрывать от него все остальное не имеет смысла.

Конте вошел, почтительно поклонился графине и крепко схватил пленника за локоть, пока Рейнарт запирал дверь. Супруги Сальвара хмуро уставились на Локка.

– Привет вам, София. И вам, Лоренцо. Приятно видеть вас обоих снова, – произнес Локк своим обычным голосом, без всякого акцента.

Старая графиня поднялась с кресла, в два шага подошла к Локку и с размаху ударила ладонью по губам. Голова у него дернулась вправо, шею пронзила острая боль.

– Ох!.. Вы чего это?

– Возвращаю должок, господин Шип.

– Да вы же первая ткнули меня отравленной спицей!

– Вы это заслужили, – отрезала Ворченца.

– Я лично так не счи…

Рейнарт схватил Локка за левое плечо, рывком развернул к себе и врезал кулаком в челюсть. Для особы столь преклонного возраста и столь хилого телосложения Ворченца выступила весьма неплохо, но Рейнарт умел бить по-настоящему. Локк провалился в черноту, а очнувшись, обнаружил, что валяется на боку в углу комнаты. В голове у него, прямо за глазными яблоками, молотили кувалдами по наковальням крохотные кузнецы. «Интересно, как они туда забрались?» – смутно подумал он.

– Я же говорил, кажется, что донья Ворченца – моя приемная мать, – сказал Рейнарт.

– Ух ты! – весело усмехнулся Конте. – Ваша закрытая вечеринка вполне в моем вкусе.

– А кто-нибудь из вас догадается поинтересоваться, – проговорил Локк, с трудом поднимаясь на четвереньки, – какого черта я вернулся в Вороново Гнездо после того, как благополучно удрал отсюда?

– Вы спрыгнули с выступа на стене, да? – спросила донья Ворченца. – И уцепились за клеть, спускавшуюся вниз?

– Совершенно верно. Все прочие пути бегства я посчитал слишком опасными для своего здоровья.

– Вот видишь, Стефан! Я же говорила!

– Ну, в общем-то, я не исключал такой возможности, – сказал вадранец. – Просто мне даже думать не хотелось, что кто-то и впрямь выкинул подобную штуку.

– Стефан не любит высоты, – пояснила старая графиня.

– И правильно делает, – кивнул Локк. – Но пожалуйста, прошу вас, выслушайте же меня наконец! Я вернулся, чтобы предупредить вас о смертельной угрозе. Пирамиды с переменчивыми огнями… капа Раза доставил сюда четыре таких. Они представляют ужасную опасность для всех присутствующих в башне.

– Пирамиды? – Донья Ворченца недоуменно вскинула брови. – Ну да, некий господин преподнес в дар герцогу четыре пирамиды из стекла и золота. – Она взглянула на Рейнарта. – Уверена, герцогские охранники тщательно обследовали каждую из них и не обнаружили ничего подозрительного. Сама я толком ничего не знаю, просто высказываю свои соображения в качестве любезности.

– Мое начальство так мне и сообщило, – подтвердил Рейнарт.

– Ох, да бросьте уже! – вскричал Локк. – Вы – герцогский Паук. Я – Каморрский Шип. Вы встречались с капой Разой? И с вольнонаемным магом по имени Сокольник? Они говорили вам о пирамидах?

Дон и донья Сальвара ошеломленно вытаращились на Ворченцу. Старая дама заметно смутилась и закашлялась.

– Опаньки! – сказал Локк. – София и Лоренцо ничего не знают, да? Для них вы просто славная старушка, друг и советчик семьи? Извините, конечно, что ненароком выболтал ваш секрет. Но мне сейчас нужно поговорить с вами как с Пауком. С наступлением часа Лжесвета всем здесь будет крышка!

– Я знала! – выдохнула София. – Я знала! – Она вцепилась мужу в руку с такой силой, что тот поморщился. – Я же тебе говорила!

– А я все еще сомневаюсь, – отозвался Лоренцо.

– Да нет, – вздохнула донья Ворченца. – София не ошибается. Я действительно герцогский Паук. Но если это выйдет за пределы комнаты – прольется чья-то кровь.

Конте остолбенело смотрел на нее – с неописуемым изумлением и своего рода одобрением. Локк наконец-то поднялся на ноги.

– Что же до пирамид, так я самолично обследовала все четыре, – продолжала донья Ворченца. – Это подарок герцогу, и ничего больше.