Путь наемника - Элизабет Зухер Мун

Пакс стало не по себе.

— Интересно, как они собираются это доказывать, если мы на самом деле не лжем и не собираемся никого предавать? Слушай, а Гаррис и Сурия участвовали в этом разговоре?

— Нет, и вообще они большую часть времени провели с герцогом. А я прошлась по дворцу и успела кое с кем повстречаться, пока меня вели сюда, в твои покои.

— А что говорят королевские слуги? Они тоже клевещут на герцога?

— Нет, по-моему, никто из них не настроен против него. Кое-кто считает, что герцог Пелан необуздан и непредсказуем, но никто не склонен подозревать его в закулисных играх и в неверности королевскому двору. Другое дело — Верракай. Я наткнулась в одном из залов на целую компанию: оруженосцы Комхальта, Кланнаэта, паж Соррестина и кто-то из клана или прислуги Верракая. Они с радостью воспользовались возможностью наговорить мне кучу гадостей о герцоге, ну и о тебе тоже.

— Сдается мне, чего-чего, а гадостей о моей персоне у них накопилось порядочно, — спокойно сказала Пакс, ничуть не опасаясь, что мнение Льет о ней может измениться.

— Противно только слушать было, — мрачно сказала Льет. — Тоже мне, почитатели Геда! Лично я думала, что даже члены ордена Геда с большим уважением относятся к паладинам.

— Почему «даже»?

Льет покраснела и, смутившись, попыталась оправдаться:

— Пакс, то есть госпожа, прошу прощения… Я не специально. Так, сорвалось. Пакс покачала головой:

— Льет, во-первых, далеко не все из них поклоняются Геду. Во-вторых, по крайней мере пока мы находимся здесь, в Верелле, постарайся не вспоминать все то, что рассказывают последователи Фалька о тех, кто поклоняется Геду, договорились? И не забывай: я ведь тоже принадлежу к этому ордену.

— Да, конечно, я знаю. И я правда не хотела никого обидеть. Просто они так разозлили меня. — Неожиданно какая-то мысль пронеслась в голове у Льет, и она встревоженно спросила:

— Слушай, Пакс, а он… он тоже?

— Кто, герцог? Нет, он не поклоняется Геду. Его жена была рыцарем этого ордена, но он так и не связал себя клятвой ни с одним из воинских орденов.

— Пакс, а ведь я как-то не задумывалась о том, что он вдовец. Значит, он должен снова жениться? Как ты думаешь, он решится на это?

Пакс задумалась:

— Знаешь, Льет, герцог такой человек, что уж если дал слово, то сдержит его. Причем выполнит все, что обещал, в точности, и даже более того. Если он сказал, что принимает на себя ответственность за королевство, то выполнит все обязанности, стоящие перед королем. Мне кажется, что вопрос о наследнике престола входит в круг забот любого правителя. Но знаешь, обсуждать королевские свадьбы — не моего ума дело. Я в этом мало что понимаю.

— Ты с принцем переговорила?

— Да.

— Как он тебе?

— В смысле — как правитель?

— Как ты думаешь, при его правлении Тсайя по-прежнему будет союзником Лионии?

— Вроде бы он мне понравился, — сказала Пакс и задумалась над тем, что от нее порой ждут слишком многого. Явное добро от явного зла отличить она могла, но разобраться в хитросплетениях добрых и злых черт характера, свойственных большинству нормальных людей, было выше ее сил. Кроме того, у нее не было опыта общения с наследными принцами. Будь он молодым офицером или оруженосцем, она бы только порадовалась за его будущую карьеру при любом дворе или командире. Но как отразятся те же черты характера в человеке, который должен вот-вот взойти на престол, — это было Пакс неведомо.

Разговор был прерван вежливым стуком в дверь. Льет встала из-за стола и направилась к выходу. Пакс осталась сидеть. Вскоре Льет вернулась с озадаченным выражением лица.

— Послушай, Пакс, там какой-то мальчишка хочет с тобой поговорить. Уверяет, что вы с ним знакомы.

— Знакомы? — Пакс быстро оглядела себя. Принимать кого бы то ни было в халате, пусть даже с серебряными пуговицами, — такого она позволить себе не могла. Льет кивнула и тотчас же протянула ей чистую полотняную рубаху, обычно надеваемую под доспехи.

— Да, он сказал, что он — младший из клана Марракаев. Зовут его Арис. Помнишь такого?

Пакс тотчас вспомнила мальчика, с которым она познакомилась в первый же вечер в Фин-Пенире и часто встречалась там.

— Ну конечно, Арис, Арис Марракай, четвертый сын барона! Надо будет поговорить с парнишкой.

Пакс бросила взгляд на кольчугу и решила не надевать ее. Она просто накинула перевязь с мечом и застегнула потуже пояс прямо поверх одежды. Затем Пакс вышла в первую комнату, которой надлежало, по всей видимости, быть гостиной. За то время, что Пакс не видела Ариса, тот стал гораздо выше ростом и выглядел значительно старше в форменном камзоле оруженосца, на котором причудливо сплелись узоры и цвета двух знатных родов: положенная ему по званию темно-зеленая с синей полосой эмблема рода Костванов и красный на зеленом фоне знак принадлежности к клану Марракаев. Юноша отрастил довольно длинные волосы, но, похоже, время бриться ему еще не пришло. Он смущенно топтался у дверей и, когда увидел Пакс, расплылся в той же почти детской доброй улыбке.

— Пакс! — воскликнул он. — Ой, прошу прощения, госпожа Паксенаррион! Мне столько говорили… а я им все твердил, что рано или поздно вы вернетесь. Вы выглядите… — Он на миг замолчал, восхищенно глядя на Пакс, но затем более спокойным тоном закончил:

— Выглядите отлично. А почему на вас нет кольчуги? Ну, серебряной сверкающей кольчуги, положенной паладину?

Пакс не могла удержаться от смеха:

— Есть у меня кольчуга, Арис. Но даже паладинам иногда приходит в голову снять ее.

— Понятно, — разочарованно кивнул Арис. — Я-то хотел… Когда мой брат Кирган сказал, что видел вас сегодня, я сразу же решил разыскать вас… А потом я всем смог бы сказать, что видел вас в кольчуге паладина, понимаете?

— Понимаю. Ты хочешь удивить других оруженосцев тем, что видел паладина в полном боевом снаряжении. Арис покраснел и, опустив голову, сказал:

— Знаешь, Пакс… извините, госпожа Паксенаррион, это просто…

— Я знаю, что ты самый младший из оруженосцев, — невозмутимо заметила Пакс, — остальные тебя дразнят, изводят как могут, и ты хочешь любым способом доказать им, что тоже чего-то стоишь.

— Да, но…

— Ты думаешь, что, пообщавшись со мной, сможешь отчасти избежать насмешек и придирок со стороны старших?

— Знаете, госпожа Паксенаррион, — насупившись, сказал Арис, — раньше вы не были такой.

— Нет. Но ведь и ты был другим. Когда мы с тобой познакомились, ты мне бы как младший братишка, совсем ребенок. А теперь ты вырос и не должен забывать, что являешься потомком знатного рода, который может постоять за себя перед другими оруженосцами, не только хвастаясь тем, что водит знакомство с паладином.