Ольга. Наследие богов - Александра Гром

Несмотря на поздний час, в здании много… людно. Видно, что работа у кого-то кипит и бурлит. Мимо пробегают мужчины и женщины. Некоторые из них увлечены чтением с планшетов, другие беседуют, используя гарнитуру, а есть и те, кто совмещает оба занятия! Как только нас стороной обходить умудряются?! В общем, поведение обитателей этого местечка полностью соответствует его внешнему виду и внутреннему убранству. Справедливости ради, должна признать: я впервые не чувствую себя чужеродным элементом в такой обстановке. Возможно, дело в освещении, но у меня не возникает ощущения стерильности и холодности окружающего пространства.

— Нам сюда, — безымянный пассажир из машины Аллы сворачивает налево.

Мы идём следом. В небольшом коридоре только она дверь. При нашем приближении металлические створки разъезжаются, показывая, что же они скрывали. Помещение похоже на переговорную. Большой круглый стол в центре и целых восемь стульев вокруг — вот и вся обстановка. Нас уже ждут. Мужчина стоит возле окна. Его внимание привлекло что-то на улице, во всяком случае, оборачивается он не сразу, а когда это происходит, у меня перехватывает дыхание.

— Вот мы и встретились вновь! — вполне дружелюбно восклицает моё давнее видение из последнего школьного мая. — Наконец, пришло время познакомиться.

Я киваю, не зная, как еще реагировать на его слова.

— Меня зовут Ньорд Рикальд, — представляется он. — Да вы присаживайтесь! Это, кстати, всех касается. Вы уж простите за отступление от правил, но встреча с госпожой Ольгой — такое волнующее событие, что все условности попросту вылетели из головы. Я, разумеется, приветствую всех вас!

Притихшая Алла отодвигает один из стульев и кивком указывает на него. О! Так это для меня! Её вредный знакомый отзывается фырканьем. И не понять, то ли он нашёл неуместной заботу феи-крёстной, то ли это запоздалая реакция на слова господина Рикальда. Как бы то ни было, он метит на место рядом со мной. Его опережает Влад. Один хмурый взгляд в сторону старшего мужчины, и тот поднимает руки в жесте, обозначающем капитуляцию. Самый неприметный спутник вынужден занять стул по левую руку от парня. Ну, я не возражаю против такой диспозиции! Безымянный присаживается последним.

— Подождём господина Ульфа и начнём, — объявляет он.

Невольно смотрю на часы, висящие возле двери. Электронное табло показывает без семи девять. О,теперь уже без шести! Тут открывается дверь, и в комнату заходит организатор выставки.

— Приветствую вас, — он сдержанно кивает и утраивается рядом со своим соплеменником.

— Простите, а Виль и Аркель тоже будут? — хотя о них господин Рикальд не упоминал, я нахожу свой вопрос прекрасным шансом развеять последние сомнения в расовой принадлежности парочки из клуба.

— Чуть позже вы с ними встретитесь, — господин Рикальд кивает. Я повторяю за ним. Что удивительно, его признание приносит облегчение.

— Это какая-то ошибка! — Алла бросается в бой первой.

— Давайте начнём с формальностей, — вежливо осаждает её господин Рикальд и обращается к мужчине, сидящему справа: — Кай Ульф, не эту ли девушку вы видели сегодня на выставке?

Что значит «Кай»? его же Дьяли зовут!

— Именно её, — второй безымянный склоняет голову с самым серьёзным видом.

— Хорошо, — вторит ему господин Рикальд и просит: — Тогда прошу внимание на экран!

Какой экран?! Здесь же ничего такого нет! Однако Алла, её знакомый и безымянные оборачиваются к стене напротив окна. Я беру с них пример, в процессе замечаю недоумевающую физиономию Влада. Ну, хоть кто-то разделяет мои чувства!

Тем временем двенадцать белых пластин на стене темнеют, и появляется картинка, точнее, видео, как я ломлюсь к осколкам камня через ограду.

— Это доказывает лишь то, что она наделена даром, — комментирует запись господин N, — но мы этого и не скрывали особо.

— Разумеется, Владислав Воронцов по чистой случайности оказался щитом, — господин Рикальд держит лицо кирпичом, — мы так и подумали.

— Тогда в чём же суть ваших претензий?! — накидывается на него Алла. Её знакомый морщится. И зачем? Переживает человек, неужели не видно!

— У нас нет к вам претензий, мы просто ставим вас в известность о том, что забираем девушку с собой.

— По какому праву? — на этот раз замороженный дядечка опережает мою эмоциональную наставницу. — Она замужем.

Безымянный, ведущий переговоры, с деловым видом перебирает листочки, которые с самого начала беседы лежали на столе, докопавшись до нужного, он протягивает его мужчине, что бы тот удовлетворил своё любопытство.

— Напоминаю, обряд — не единственное условие неприкосновенности.

Пробежавшись глазами по строчкам, помощник Аллы возвращает бумажку со словами:

— Вы следили на ней?

— Мы следим за всеми девушками, которых нам удаётся найти, — следует невозмутимый ответ. — Это не запрещено договором. У вас какие-то возражения по этому поводу?

— Нет, — собеседник господина Рикальда откидывается на спинку стула и заметно расслабляется. — У нас нет никаких претензий.

С удивлением замечаю, что маска деловитости безымянного дала трещину.

— Очень странно, — произносит он. — Я был уверен, что вы станете оспаривать наше право.

— Это бессмысленно, ведь по закону право за вами. Если вас интересует моральная подоплёка моего поступка, то считайте причиной… проснувшийся патриотизм.

Что-что? Ну, очень хочется переспросить и забросать всех сведущих личностей вопросами, но в разговор вступает господин Ульф:

— Оригинальная формулировка.

— Какая есть.

— То есть вы отдадите им Ольгу? — Влад тоже решает напомнить о себе.

— А не считаешь ли ты, что твоя забота запоздала? — шипит на него Алла. Наверное, она поняла, в чём причина капитуляции коллеги, и нашла виновного.

— Она моя жена по закону, — в голосе парня появляются нотки упрямства.

— Не волнуйтесь! — встревает в беседу господин Рикальд. — Мы уладим этот вопрос, как только госпожа Ольга скажет, что готова расторгнуть ваш брак.

— Я готова, — произношу быстрее, чем успеваю додумать.

— Вот и отлично! — безымянный счастливо улыбается мне. — Я поручу своим людям заняться этим делом. Ну что вы хмуритесь? — обращается он к Владу. — Вы же, наконец, обретёте свободу, и всё у вас будет хорошо!

Алла заходится истеричным смехом, а Влад кривится, как от зубной боли.

— А вот и зря! — господин Рикальд одновременно возражает обоим оппонентам. — Я не пророк, но уверяю вас, всё будет именно так.

— Вы собираетесь уладить и этот вопрос? — усмехается Влад.

Безымянный отвечает кивком и не только:

— Верность достойна награды.