Дядя самых честных правил 2 - Александр Горбов

— Смелее, это не экзамен.

— Печати меняют работу Знаков?

— Меняют, но это не главное отличие.

— Усиливают?

— Ход мыслей почти верный. Смотрите — Знаки преобразуют вложенный в них эфир в нужное действие. Закончился эфир, и Знак рассеивается. Печать же ничего не делает, а только собирает и концентрирует тот самый эфир. Когда мы их соединяем, Знак или длится дольше, или становится мощнее. Я понятно объясняю?

— Да, Константин Платонович, я всё поняла. А может такая связка работать вечно?

Я рассмеялся.

— Нет, Александра, вечные двигатели запрещены даже в магии. Печать тоже рано или поздно рассеивается, так как состоит из эфира.

— А можно…

— Это будет вам домашнее задание. Придумайте схему, как можно продлить жизнь печати. А сейчас, будьте добры, нарисуйте мне Знак воздуха.

* * *

Три дня до бала пролетели в одно мгновение. Раз — и уже пора одеваться и ехать. Я даже облегчённо вздохнул — ожидание мне не нравится гораздо больше, чем балы.

Чёрный с золотой вышивкой костюм, пошитый для меня, оказался очень даже ничего. Марья Алексевна, лично выбравшая этот фасон и цвет, осталась довольна. Старая княгиня считала, что так я буду выделяться и выглядеть таинственно.

— Обычных-то магов они каждый день видят. А ты деланный, птица неизвестная. Пусть смотрят и удивлённо ахают.

Александра в белом платье и кружевах казалась натуральной эльфийкой — воздушной, светлой и возвышенной. Того и гляди взлетит над землёй под вздохи очарованных поклонников. Может, её верёвочкой привязать, как воздушный шарик? И мне будет спокойнее, что не украдёт какой-нибудь сердцеед.

Бобров тоже был здесь и крутился вокруг Диего. Испанка, одетая в вычурный мундир, принимала его ухаживания с холодком, но не прогоняла.

— Все здесь? Тогда едем, — скомандовала княгиня и первой пошла к выходу.

Нас ждали две кареты: позолота, кучера одеты лучше иного дворянина, лакеи в ливреях ждут у дверей.

— Со мной поедешь, — кивнула мне княгиня, — поговорить хочу.

Испанка с Александрой и Бобровым погрузились во вторую карету, а мы с Марьей Алексевной пошли к первой. Я подал ей руку, помогая забраться внутрь, и запрыгнул следом. Откинулся на сиденье и увидел ещё одного пассажира. Молодая орка-дворянка в простом скромном платье и высокой причёской. На кого она похожа? Я моргнул, и до меня дошло.

— Таня?!

Марья Алексевна расхохоталась.

— Ну и лицо у тебя, дружок! Только ради этого стоило ехать на бал.

— Не понял.

— Что ты не понял?

— Зачем Таня едет с нами?

— Тебе жалко, что ли? — княгиня усмехнулась. — Пусть девочка посмотрит, ей интересно. — Она снова рассмеялась. — Будет в роли моей компаньонки. Не твою же рыжую заставлять носить мою фляжку с ромом.

Я закашлялся.

— А ничего, что она крепостная?

— Ой, я тебя умоляю. Кто об этом расскажет? Не ты же? Нет?

Княгиня наклонилась ко мне:

— Обожаю такие штуки. Тем более девочка настоящая красавица, смотреть приятно. Две трети дворянок за пояс заткнёт, — она вздохнула, — жаль, если пропадёт такая старинная оркская красота.

Однако, неожиданный поворот событий. Я встретился взглядом с Таней. В глазах у неё пылал огонь, а на лице горел румянец. Прямо как в сказке — Золушка едет с феей-княгиней на бал. Жаль только, что туфельки у неё были самые обычные, а не хрустальные.