Пропавший Чемпион. Том 2 - Дмитрий Янтарный

Цены здесь тоже были более, чем умеренные. Один день проживания для четырёх постояльцев с едой — один золотой. В итоге Сареф сразу заплатил 3 золотых, чтобы не отвлекаться каждый день на эти мелочи. Простая еда тоже никого не смутила: и Эмерс, и Махиас, которые имели ярко выраженные мясные предпочтения в еде, хлебали уху так, что за ушами трещало. Сарефа же в клане крепко отучили жаловаться на еду ещё с пятилетнего возраста, и это, наверное, значительно объединяло его с Эргенашем.

Наконец, все наелись и удалились в выделенную им комнату — всё же постоялый двор был небольшой, и потому одну комнату им выделили на четверых.

— Ну что ж, — сказал Сареф, — давайте думать, что делать дальше. В Даргрижек нам всё равно нужно будет зайти, если Йохалле ждёт нас там. Вот только, — он неловко посмотрел на Эргенаша…

— Да, со мной в компании это будет сложнее, — невозмутимо кивнул стревлог, — если уж этот капитан так хотел скинуть нас до прихода в порт — проблемы могли быть серьёзные. Да и на меня здесь тоже посматривают с любопытством.

— В самом деле? — удивился Сареф, — я что-то не заметил…

— Нет, я не думаю, что моей жизни что-то угрожает, — покачал головой Эргенаш, — скорее всего, когда стревлогов начали гнать с Глумидана, они прятались по вот таким деревням, чтобы ночью можно было уплыть и пристроиться на проходящие мимо корабли. Уверен, — он злобно сверкнул глазами, — что капитаны вроде Айвена неплохо на этом заработали.

— Ну, даже если это и так — они не накинутся на тебя, если поймут, что ты не собираешься уезжать?

— Нет, точно нет, — уверенно ответил стревлог, — если я соберусь здесь задержаться, уверен, со мной придёт побеседовать староста деревни. И я либо остаюсь здесь жить и не отсвечиваю, когда приезжают городские, либо ухожу, чтобы никого не подставлять. А что, ты собираешься меня здесь оставить?

— Нам всё равно придётся разделиться, чтобы отправиться в Даргрижек и забрать Йохалле. Вот я и думаю, как это лучше сделать.

— Думаю, ты и сам знаешь ответ на этот вопрос, Сареф, — пожал плечами Махиас, — ты берёшь Эмерса, и вы вдвоём отправляетесь в город. Это будет выглядеть максимально безобидно: людской Чемпион путешествует и собирает экипировку, ну а орочий принц в его компании просто смотрит мир. А вот я, будучи членом клана Айон, вызову много ненужных вопросов. Не говоря уже про Эргенаша…

— Можно подумать, у тебя на лбу написано, что ты член клана Айон, — фыркнул Сареф.

— Те, кто отвечают за безопасность города, это узн а ют, — пожал плечами дракон, — я уж не знаю, в чём причина, но, по крайней мере, на Севроганде мне никогда не удавалось оставаться инкогнито. Хотя, по-совести, я никогда особо и не пытался. В любом случае, это ещё и оптимальный расклад сил. Если что случится — и ты спокойно прикроешь Эмерса, и я здесь присмотрю за Эргенашем.

— Я прекрасно могу за себя постоять! — заявил стревлог.

— Не сомневаюсь, — пожал плечами дракон, — но если сюда придут охотиться на тебя — то соберут о тебе информацию и узнают все твои трюки. Это не так уж и сложно, учитывая, что ты тоже участвовал в Состязаниях. А вот я стану для них неприятным сюрпризом.

Эргенаш ещё какое-то время сердито посмотрел на Махиаса, а потом как-то неожиданно сник, словно из него разом вышла вся энергия, и безжизненно откинулся в кресле.

— Ну, чего ты размяк? — участливо спросил Махиас, потянувшись и легонько щёлкнув стревлога по носу.

— Да мне всё кажется, что дело наше пропащее, — Эргенаш совершенно не отреагировал на выходку Махиаса, — ну даже приведёте вы сюда этого Йохалле, ну даже он несколько облегчит наше присутствие здесь… нам всё равно не позволят ничего сделать. Я почти уверен, что всё это затеяли именно тёмные эльфы, и именно для того, чтобы сорвать нам победу во Всесистемных.

— Да… с чего ты так решил? — опешил Сареф, — вы до этого пытались каждые Всесистемные Состязания — и никого это не волновало. А теперь вдруг именно Анейраш становится такой страшной угрозой?

— На Состязаниях все видели, что ты оторвался от своего клана и на всё время их проведения жил у нас. Кроме того, не забывай, Сареф, что о твоих способностях знают Ильмаррион и Адральвез. А, значит, о них могут знать высшие правители и среди гномов, и среди светлых эльфов, и среди тёмных. Они в состоянии сложить два и два и догадаться, каким именно образом мы договорились. Вот только убивать тебя — слишком опасно. Во-первых, ты человек. Во-вторых, ты Вольный Чемпион, и твоё убийство может породить волну недовольства, а вслед за ними — и ряд провокаций от гильдий в адрес кланов. И, в-третьих, ты получил личную протекцию Адральвеза. Поэтому, если кто-то решит убить тебя по политическим причинам — он сильно об этом пожалеет. Выход один из одного. Надо убирать Анейраша.

— Но… для чего всё так сложно? — Сареф по-прежнему не понимал, — даже если ты и прав — почему тёмные эльфы так готовы рисковать своей репутацией?

— Ну, конкретно тёмные эльфы могли выторговать себе что-то другое, — пожал плечами Эргенаш, — политика на таком уровне — дело тонкое. Но, в общем и целом, всем остальным выгодно, чтобы стревлоги оставались в таком статусе. И ты, Сареф, — Эргенаш внезапно поднялся и посмотрел ему точно в глаза, — прекрасно знаешь, почему.

— Потому что… это удобно? — тихо спросил тот.

— В точку, — Эргенаш тоскливо улыбнулся, — это удобно. Удобно, когда есть раса, которая не может толком отстаивать свои права. Удобно, когда есть те, кто всегда готов взяться за самую грязную и неприглядную работу — и получить за это хотя бы жалкие гроши. Помнишь того портальщика, на которого работали два маленьких стревложика, — внезапно со злобой спросил он, — готов поспорить, что получали они от него еду — через раз — и тряпку, на которой можно спать. Представляешь, как это удобно? Представляешь, как это выгодно? Покорные, послушные, смирные — и практически бесплатные.

— И вот так — везде, — продолжал стревлог, — представь, сколько на этом зарабатывают другие расы. И ты, действительно, считаешь, что другие Жители Системы так легко откажутся от дармовой рабочей силы и позволят стать стревлогам полноправными гражданами?

— Но… делать так — это, значит, спорить с самой Системой, — возразил Сареф, подсознательно понимая, что почти во всём Эргенаш прав, — раз Система оставила