Порученец Жукова - Михаил Гуткин

Выйдя из кабинета Берии, я подошла к Трофимову и озадачила его. Впрочем, мне показалось, что озадачила не сильно.

— Хорошо, Анна Петровна. Есть у меня на примете пара вояк, которые на старости лет занялись историей военной техники. В частности, историей стрелкового оружия. Так что, когда вы вернетесь из командировки, я сведу вас с ними. А теперь вот ваше оружие и желаю удачи.

Я распрощалась с Трофимовым и двинула на квартиру. Еще только двадцать три часа. Значит, сумею выспаться. Потом вспомнила полученный только что приказ привести форму в порядок. Стоп. Шпалы на петлицы и широкие угольники на рукава я найду хотя бы в том же ателье. Но мне ведь нужна и новая запись в командирском удостоверении. А то некрасиво получится. Пришлось вернуться к Трофимову. Он сам только что узнал о моем повышении от Лаврентия Павловича, поздравил меня, подарил две шпалы и угольники, избавив от необходимости захода в ателье, и направил к дежурному кадровику. На все это ушло еще минут тридцать, зато из наркомата я вышла уже полноценным лейтенантом. Если бы не форма, то прошлась бы сейчас до квартиры на руках. Вот народ бы повеселился. Но вспомнила о предстоящей поездке, и настроение резко пошло вниз. Потом подумала, как Вася отнесется к моему карьерному росту. Он, наверное, служил несколько лет, пока стал лейтенантом, а молодая супруга проскочила до этого звания менее чем за пару месяцев. Надо будет, как всегда, что-то придумать, чтобы муж не почувствовал себя в чем-то уязвленным.

Нормально выспавшись, в первый раз за последние несколько дней, и приладив к форме новые знаки отличия, я бодро прискакала к Мехлису. Так как я появилась раньше назначенных десяти часов, то Серкова еще не было. Но Мехлис тут же меня принял и вручил тоненькую папку с грифом «СС». В ней, по его словам, был доработанный список вопросов. Я стала изучать список и поняла, что товарищ Сталин держит Мехлиса не за красивые глаза и не за преданность, а в первую очередь за деловые качества. От нашего с Серковым списка в первозданном виде осталось не больше половины вопросов, остальные были качественно доработаны, и к ним дописаны новые, причем некоторые из них никогда не пришли бы мне в голову. Например, обеспечение бойцов горячим питанием во время ведения боевых действий. Понятно, что не во время боя, а в перерывах или сразу после боя. Я не удержалась и спросила Мехлиса, откуда он знает такие тонкости. Он слегка улыбнулся и неожиданно заговорил хорошо знакомым мне по фильмам жаргоном с характерным акцентом:

— Ви думаете, что товарищ Мехлис кабинетный червь. Ви таки не правы. Товарищ Мехлис начал воевать еще в Первую мировую войну, будь она неладна.

— Простите, товарищ Мехлис, но, глядя на вас, я таки этого никак не ожидала, чтоб ви так были здоровы, — ответила я в тон ему. Мы оба засмеялись, и тут как раз вошел Серков. Он непонимающе уставился на нас, но потом все же решил поздороваться.

— Здравия желаю, товарищ армейский комиссар первого ранга. Здравствуйте, Аня.

— Здравствуйте, товарищ Серков. Не обращайте внимания на наше веселье. Просто мы с Аней кое-что вспомнили из одесского юмора. Вот, просмотрите таблицу, и сейчас мы все поедем к товарищу Шапошникову.

Серков быстро просмотрел предложенный вариант. Мне показалось, что он тоже оценил конечный результат.

— Итак, товарищи, если у вас нет вопросов, то этот вариант считаем окончательным и едем в Наркомат обороны.

Мы все погрузились в просторный лимузин Мехлиса и поехали в Наркомат обороны. Так как старая Москва была мне совсем незнакома, то я даже не пыталась угадать, по каким улицам и куда мы едем. Добрались за двадцать минут — и хорошо. Остальное меня не касается. Пока Мехлис беседовал с Шапошниковым, я обратила внимание на оружие Серкова.