Чужая война - Сергей Садов

— Тогда почему же ты мне веришь? И даже прислушиваешься, когда я говорю что-то? — Володя по-прежнему даже не поднимал головы, в голосе была смертельная усталость.

— Почему? — Конрон сделал большой глоток прямо из кувшина. — Потому что у тебя есть идеи, а у меня их нет. Я не знаю, шпион ты или нет, но так получилось, что сейчас ты на нашей стороне против Родезии. У меня хватает ума сообразить, что я на должность командующего не гожусь, просто на тот момент других не нашлось… М-да, это красноречиво говорит о состоянии локхерской армии. Как видишь, я вполне самокритичен и не строю иллюзий. Но ты тоже не годишься… Удивлен?

— Нет. Нельзя командовать и что-то изменить, не имея авторитета у подчиненных.

— Верно. У тебя есть идеи, у меня необходимый авторитет. Я готов помочь тебе протолкнуть их. Готов закрыть глаза, даже если ты шпион, пока ты сражаешься на нашей стороне.

— Я не сражаюсь на вашей стороне. Черт побери! — Володя резко поднял голову и яростно уставился на рыцаря. — Это не моя война! Мне нет дела до ваших разборок с Родезией! С Эрихом! Если уж на то пошло, я даже восхищаюсь этим Эрихом! Суметь изменить армию, организовать пусть и примитивную, но разведывательную сеть, планирование операций на нескольких уровнях и на несколько ходов вперед! Вас спасло только чудо, Конрон! Можешь благодарить всех богов, что прошлая зима оказалась такой снежной и Эрих лишился почти всей кавалерии и не смог развить успех. Он предусмотрел почти все, кроме этого. Если я о чем и жалею, так только о том, что по воле случая оказался в Локхере, а не, допустим, в Родезии! Столько крови… Господи, я никогда не видел столько крови, как сегодня!!!

Конрон вдруг поднялся, подошел к Володе и сел рядом. Снова хлебнул вина и протянул кувшин мальчику.

— Хлебни, полегчает. — Володя послушно отпил и закашлялся. — Нет, князь, ты не шпион, хотя и странный какой-то. Говоришь, в военной школе учился? А как девчонка испугался крови. Будь же мужчиной!

— А пошел ты, — беззлобно ругнулся Володя, делая очередной глоток

— Пойду. Спать пойду. Как только встречу свой отряд с пленными и захваченным обозом, так сразу и пойду! И тебе советую. Но знаешь, я все-таки рад, что ты оказался именно здесь, а не в Родезии. Я тоже восхищаюсь Эрихом и хотел бы, чтобы и у нас на троне оказался такой король, но я давал клятву и ее не нарушу. Ты ее не давал Если захочешь уйти, я тебя держать не стану. Сейчас как раз самое время уехать, пока свободны дороги.

— Ты же знаешь, что Аливия еще не может ехать.

— Все-таки я тебя совсем не понимаю, — вздохнул Конрон. — Ложись-ка спать.

Дав этот мудрый совет, Конрон развернулся и неторопливо покинул комнату, насвистывая под нос какую- то веселую песенку. Володя проводил его удивленным взглядом, а когда за ним закрылась дверь, отвернулся. Конрона он не понимал в той же степени, в какой и тот не понимал его. Встреча людей совершенно разных эпох, похоже, стала шоком для обоих.

Покинув здание магистрата, Володя недолго размышлял над тем, куда ехать, но долг победил, и он направился домой. Дождался, когда охрана с комфортом расположится на первом этаже, поднялся к себе и сразу обнаружил сваленные в углу вещи Раймонда. Поморщившись, он опустился перед ними на колени и принялся старательно сортировать: бумаги в одну сторону, книги в другую. Ради интереса Володя раскрыл одну — рукописная, не печатная, а значит, дорогая. Книг же всего три, одна из которых жизнеописание Возвышенных богов. Интересно, Раймонд действительно интересовался или книга нужна для шифрования? Впрочем, какого шифрования? При всем желании едва ли в этом мире можно найти две совершенно одинаковые книги. Так что вряд ли в шифре используется принцип «на двадцатой странице конкретной книги подставлять слова по написанным цифрам».

Володя достал стопку писем, которые Джером все-таки сложил отдельно. Полнейшая белиберда, а значит, шифр. Володя, для проверки, разобрал несколько слов по буквам, пытаясь их произнести. Конечно, он не большой знаток языка, тем не менее ясно, что слов таких в нем точно нет, тут язык сломаешь, пока произнесешь.

В дверь постучали.

— Войдите. — Володя разложил перед собой на полу несколько писем и теперь изучал их.

В комнату быстрым шагом вошла графиня Лорниэль, едва не наступила на разложенные письма и замерла.

— Князь, я думала, вы прежде зайдете ко мне…

— Зачем? — поинтересовался Володя, даже не подняв голову от писем.

— Зачем? — Графиня явно растерялась. — Хотя бы из вежливости…

— Гм… Я у себя дома.

— И вас не интересует, передала ли я послание Раймонда или нет?

— Нет. Я знаю, что вы его передали. За вами следили.

— Следили…

— Ради вашей безопасности, графиня. Я не был уверен, что в том письме не содержался приказ устранить вас как ставшую ненужной свидетельницу. Шансы на это были малы, поскольку восстание еще не подготовлено, но присутствовали.

— И вы послали меня?..

Володя встал и отряхнул штаны. Жестом предложил графине присесть на кровать, а сам сел на стул, поставив его спинкой вперед. Она как раз была такой высоты, что удобно было положить подбородок.

— Скажите, чего вы хотите?

Вопрос поставил графиню в тупик.

— Чего я хочу?

— Да. Сейчас, когда нет больше Раймонда, вам никто не угрожает. Чего вы хотите?

— Я… Я… да какой у меня выбор?

— Достаточный. Можете вернуться к родителям. Правда, это будет трудно, поскольку вряд ли кто сейчас решится на такое дальнее путешествие по морю. Хотя это был бы самый лучший вариант… жаль, не очень осуществимый. Еще в моих силах отвести от вас угрозу, и вполне можете остаться. Правда, в этом случае вам придется отречься от мужа. Полагаю, король придумает что- нибудь по этому поводу. Публичный отказ и тому подобное. Третий вариант: вы можете попытаться добраться до мужа, но в этом случае вам придется нести всю ответственность и всю вину как жене предателя. Если мятеж герцога потерпит поражение, тогда…

— Я знаю, чем это может мне грозить. — Графиня вдруг весьма эмоционально всплеснула руками. — Но какая вам от этого всего польза?! Вы уже третий раз спасаете меня!

— Разве? — Володя задумался. — На пристани… С Раймондом… А когда третий?

— Да вот сейчас! Я ведь думала, что вы, как и Раймонд, будете меня использовать в этой вашей игре.

— Хорошего же вы обо мне мнения.

— Но, милорд! Вы можете сдать меня и заслужить благодарность короля! А вместо этого…

Володя резко встал и откинул стул. Графиня испуганно сжалась, но мальчик просто подошел к окну.

— Я видел смерть матери и сестры, чудом уцелел сам. Если я могу понять убийство отца… Заметьте, понять, а не простить, то убийство сестры и матери не пойму никогда. Они совершенно никому не мешали. Их вполне могли оставить в живых…