Инквизитор. И аз воздам - Надежда Попова

Нессель, когда он возвратился в комнату, все еще спала – поверх неразобранной постели, прямо в платье, свернувшись в клубок, точно кошка. Курт подтянул угол покрывала, прикрыв ей ноги и плечи, и лесная ведьма вздрогнула, открыв глаза и рывком сев на постели.

– В комнате прохладно, – пояснил он, отступив. – Ты мерзла во сне. Извини, не хотел тебя будить.

– Правильно разбудил, – возразила Нессель, спустив ноги на пол, и потянулась, подавив зевок. – Иначе не засну ночью… разобрался со своими делами?

– Почти, – вынув список, составленный в комнате обер-инквизитора, отозвался Курт. – Впереди у меня долгое и увлекательное путешествие по свидетелям расследования, которым интересовался убитый inspector перед своим исчезновением. Alias^[18], для того, чтобы узнать, что случилось с ним, придется хотя бы отчасти расследовать расследование, которое расследовал он.

– Этот убитый ваш служитель… Он как инквизитор над инквизиторами? Ищет ересь среди своих же?

– Среди своих же ересь ищут в основном духовники, – улыбнулся Курт. – И стараются пресечь ее прежде, чем она разрастется; проще говоря, поставить своим духовным чадам мозги на место прежде, чем эти мозги окончательно съедут не в ту сторону. А эти ребята занимаются уже не помыслами, но делами: находят и передают суду тех из нас, кто исполняет службу не должным образом, сознательно и намеренно либо по глупости, слабости или попросту разгильдяйству… Порой они перегибают палку и цепляются едва ль не на пустом месте.

– Поэтому среди вас их не любят?

– Любовью не пылают, да, – признал Курт, присевши на табурет, и положил лист с именами на стол перед собою. – Но хоть и я сам не раз подпадал под их пристальнейшее внимание, не могу не признать, что пользы от них куда больше, чем вреда. Что было в данном случае – мне и надо выяснить.

– Получается… – Нессель помедлила, подбирая слова, и договорила: – Получается, ты в этом городе будешь делать их работу? Ведь чтобы выяснить, не связана ли пропажа этого…

– Inspector’а.

– Инспектора… с тем, для чего он и приехал, тебе надо будет узнать, правда ли твои собратья здесь виновны в том, в чем их заподозрили?

– Выходит – так… И в этом я бы хотел попросить твоей помощи.

– Моей?.. – удивленно и растерянно переспросила Нессель; он кивнул:

– Да. Ты говорила, что после пропажи Альты «обшарила» лес вокруг и не нашла ее там – ни живой, ни мертвой. Ты смогла это сделать, потому что она твоя дочь, или это работает с любым человеком?

– Ты хочешь, чтобы я нашла тебе вашего служителя?

– Было бы неплохо, – подтвердил Курт. – Если ты сможешь это сделать – это намного сократит время нашего пребывания в этом городишке, что выгодно не только мне, но и тебе самой, согласись. В живых его точно нет, стало быть, искать придется труп. Так как? Сможешь или нет?

– Я могу попробовать, – неуверенно отозвалась ведьма. – Но есть два условия. Первое: я не смогу этого сделать прямо сейчас. Мне тяжело в этом городе, здесь слишком… шумно и тесно, слишком многолюдно. В моем лесу безлюдно, и там ничьи помыслы не мешали мне работать, а здесь множество людей будет перебивать мне след. Да и сам город… Я не привыкла к такой обстановке. Мне надо освоиться, свыкнуться со здешним духом, надо понять, что следует отбрасывать тотчас же, а на что надо обращать внимание… да и боюсь, просто не отыщу следа в таком шуме… Не знаю, как тебе это объяснить…

– Полагаю, я понял, о чем ты, – кивнул Курт. – И сколько времени тебе понадобится для того, чтобы втянуться?

– Не знаю… Несколько дней. Дня три-четыре… может, пять. Если к тому времени ты не обойдешься без моей помощи – я попробую.

– Ну, не так плохо, – передернул плечами он. – А второе условие?

– Мне нужна его вещь. Неважно, что это будет, главное – что-то очень личное, что постоянно было при нем и чего он часто касался… Если это будет нечто, связанное с ним духовно, – будет совсем хорошо; к примеру, распятие или этот ваш медальон… Он ведь у каждого свой и с вами всю вашу жизнь?

– Да, и вручается в весьма торжественной обстановке; ближе него, разве что, и впрямь распятие, надетое при Крещении. К сожалению, Сигнум исключается: он остался на шее трупа. Где бы этот труп ни был… Но условие я понял, что-нибудь придумаю. Как почувствуешь, что готова, – скажи.

– Полагаешь, ты не найдешь его за четыре-пять дней? В Ульме я слышала, что когда-то давно свое первое расследование ты завершил за неделю, раскрыл при этом заговор и несколько убийств и…

– И чуть не остался валяться на земле, разорванный толпой в клочья, – покривился Курт. – Это было скорее исключением, да и ситуация была иной… Здесь придется копать глубоко.

– И что ты будешь делать, если выяснишь, что твои сослужители совершили преступление? Что вы все будете делать – скроете это?

– Откровенно? Я бы скрыл, – кивнул Курт, не обратив внимания на ее вызывающий тон. – Будь это единичное нарушение одного отдельного следователя. Собрал бы лишь наших служителей, устроил показательное судилище и казнь по всем правилам, но тайно – чтобы видели исключительно свои, те, в назидание кому это и следует представлять. На нас и без того вешают множество грехов, чтобы еще и давать пищу для поддержания таких слухов… Но если здесь обнаружится именно то, что подозревается – а именно, замешаны будут служители высшего ранга либо вовсе отделение целиком, – суд и кара должны быть прилюдными. Быть может, Конгрегация и беспощадна к врагам, но своих, что ведут себя как враги, не прощает, не покрывает и карает во сто крат страшней.

– А хотя бы одно такое показательное судилище было? – с явным скепсисом осведомилась Нессель; он кивнул:

– Было несколько. В основном – над людьми из прежних служителей, в первые годы, когда Конгрегация лишь начинала меняться. Кое-кто никак не желал усваивать, что Знак им вручен не для того, чтобы дать больше возможностей для удовлетворения собственных желаний… Идем, – чуть повысил голос он, не дав своей временной подопечной продолжить. – Время уже давно обеденное, и лично я предпочел бы продолжить беседу не с пустым желудком.

Нессель вздохнула, бросив на него угрюмый взгляд, но вслух не возразила. За трапезой лесная ведьма также не произнесла ни слова о Конгрегации, пропавшем inspector’е, грозящей предателям каре или собственной вере в ее справедливость; она вообще все больше молчала, уставившись в свою тарелку и украдкой поглядывая по сторонам. Покончив с обедом, Нессель торопливо ушла в комнату, а Курт остался за столом, разглядывая список причастных к делу и медленно потягивая местное пиво.

– Майстер Гессе…

На голос рядом с собою он обернулся неспешно, без особенного удивления увидев Ульмера; молодой инквизитор переминался с ноги на ногу, ожидая дозволения говорить дальше и косясь по сторонам, точно всякий миг ожидал немедленного и страшного нападения вражеских орд.