Осколки Солнца - Таис Сотер

Несколько ночей я спала беспокойно и с кошмарами, но состояние все же улучшалось. А в пятницу утром мне снова стало хуже. Настолько, что я упала в обморок прямо на уроке живописи из-за слишком резкого запаха краски. И тем подтвердила слухи о своей беременности. В школе искусств это была не такая уж редкость. Так что меня отправили с занятия домой, настойчиво порекомендовав обратиться к доктору. Но слабость прошла уже на следующий день, да и мои мысли сейчас занимал только предстоящий бал.

У меня никогда не было вечерних нарядов, роскошных платьев их дорогих тканей, шелковых туфель, сияющих жемчугов. Но зато у меня было с десяток подруг и знакомых, у которых можно было всё это занять. А ещё подруга, способная уложить мою гриву волос в элегантную прическу, открывающую плечи и шею.

Дамам предлагалось приходить в белом — но оттенки цвета и фасоны не регламентировались. Поэтому участники бала каждый год соревновались в оригинальности и необычности костюмов. Мое платье было воздушным и легким, с волочащимся шлейфом и украшенным вышивкой корсажем. Вырез достаточно глубокий, но при этом скрытый кружевом. Длинные перчатки, шелковые туфельки на низком каблуке. В собранных в прихотливую прическу волосах блестела нитка жемчуга, а шею украшала скромная подвеска с кулоном.

От подвески в самый последний момент пришлось отказаться. Аллергия прогрессировала, и покраснения и пятнышки на шее пришлось скрыть за ажурной лентой. Мое лицо Ален почти не трогала. Только подкрасила ресницы и губы. От румян и пудры я отказалась. Все равно на бал было принято надевать полумаску. И последним штрихом — капелька духов на ключицы. Совсем немного — резкие запахи я не любила.

Рейнард Эмбер прибыл на автомобиле, как он утверждал, взятым у друга. Водил мой спутник уверенно и великолепно, умудряясь при этом флиртовать и отвешивать комплименты. Он был в отличном настроении, тогда как я волновалась и нервничала, вспомнив о том, что танцевала я посредственно. Надеюсь, Рейнард не будет слишком разочарован.

Когда мы подъехали к Варьете, к нам тут же подскочил мальчик-слуга, забравший ключи. А уже у входа у нас проверил глянцевые яркие билеты и выдали маски. Маска Рейнарда прятала почти все, открывая лишь четко очерченные губы и гладко выбритый подбородок, моя же, выполненная из белого кружева, выглядела довольно условно.

Гостей было больше сотни, и некоторые были довольно узнаваемыми персонами. Английский граф, известная парижская оперная певица, скандальный русский писатель… Это лишь те, кого я смогла узнать.

— Это все масоны? — шепнула я.

Эмбер покачал головой.

— Настоящих посвященных ты едва ли узнаешь. Да и зачем тебе?

— Что значит зачем? А вдруг это собрание тайного ордена, где вы приносите в жертву юных девушек?

— О, теперь я вижу — ты и вправду похожа на Клода, — хмыкнул Рейнард. — Он так же шутит.

Я старательно улыбнулась. Конечно, это всего лишь шутка, ха-ха… Нужно было с собой хоть перочинный ножик взять. Больно уж атмосфера подозрительная. Хотя может, просто безумие Ален, видевшую во всем мистику и чертовщину, оказалось заразно.

— Будешь вино, шампанское?

— Воздержусь.

А то опять обнаружу себя с карманами, полными чеснока и соли.

— Тогда пунш, — кивнул мой кавалер, аккуратно придерживая меня за локоть и предусмотрительно следя, чтобы никто не наступил мне на шлейф. Параллельно он умудрялся кивать своим знакомым, изредка останавливаясь и пожимая руки. — Не бойся. Я защищу тебя от любого фанатика.

— А от вампира? — ляпнула я.

Рейнард посмотрел на меня с неожиданной серьезностью.

— И от вампира. Но разве ты в них веришь?

— Нет, конечно.

Между милой чудинкой и настоящей придурью есть грань — и проходит она ровно там, где начинается вера в сверхъестественных чудовищ, бродящих по Парижу. И если мне все равно было, как я выгляжу в глазах поганого гипнотизера, то падать в глазах Эмбера мне не хотелось.

Когда Эмбер пригласил на танец, я согласилась, и в итоге станцевала и плавный вальс, а затем и быструю легкомысленную польку. Маска, пусть и условно скрывала меня, все же давала свободу… не быть собой — пугливой, зажатой и не доверяющей мужчинам. Я много улыбалась, напропалую кокетничала, и легко знакомилась с новыми людьми. В венецианских зеркалах отражалась не печальная Персефона, тоскливо мечтающая о возвращении в мир людей, а лесная нимфа, не знающая ни печалей, ни горестей. Музыка и восхищенные мужские взгляды опьяняли не хуже игристого вина. Казалось, ничто в этот момент не могло испортить мне настроение. Даже то, что мой спутник решил покинуть меня.

Когда я вернулась от очередного кавалера, усатого и пожилого шотландца, едва не оттоптавшего мне ноги, Эмбер склонился к моему уху, и тихо сказал:

— Мне нужно будет отлучиться. Не пропадешь без меня?

Я заметила, что чуть поодаль, переминаясь, Рейнарда ждал довольно нервный, почти испуганный юноша.

— Дела? Конечно. Но я бы хотела с тобой ещё потанцевать. И ты так и не познакомил меня с теми, кто заинтересовался успехами Клода.

— А как же лорд Маккален? Он один из уважаемых магистров нашей ложи.

Я округлила глаза.

— Этот усатый дядечка?

— Тс-с-с, услышит! — Эмбер торопливо поцеловал мою руку и попросил: — Пожалуйста, не уходи никуда из зала, будь всегда на виду. Договорились?

Кивнула, совсем не придав значения просьбе. А вскоре и вовсе забыла. Когда, присев с бокалом лимонада, услышала знакомый голос.

— Я все ждал, когда у меня появится возможность с тобой поговорить без свидетелей. Как дела, Клэр? Я вижу, ты не скучала без меня.

Он мало изменился за те несколько лет, что я его не видела. Разве что юношеская стройность сменилась небольшой упитанностью… как и полагается ни в чем себе не отказывающему буржуа.

Адриан Берже. Голубоглазый романтик, вдохновенно декламирующий Верлена и Рембо, даривший полевые цветы, собранные на рассвете. Мужчина, мечтающий показать мне, наивной провинциалке, весь мир и подаривший мне первый поцелуй. Почти жених, так и не ставший мне мужем.

Впрочем, все это было давно в прошлом. Я осмотрелась по сторонам, и нигде не увидела Карен Вилар. Точнее, теперь уже мадам Берже.

— Ты без жены, Адриан?

— Карен ждет второго ребенка. Её состояние не позволяет посещать подобные мероприятия, — неохотно объяснил Адриан, знакомым жестом потирая подбородок. Так он делал, когда сомневался. — А твой спутник, кто он тебе?