Страж зверя - Мира Вольная

Я лизал, сосал, слегка задевал клыками, стараясь ничего не упустить, а меня била дрожь, каждая капля взрывалась на языке, шарахала прямо в мозг. Наотмашь, до темноты в глазах. И никак не удавалось насытиться. Мне нравилось знать, как дрожит ее тело, чувствовать все возрастающий жар, мне нравилось ощущать кончиками пальцев напряженные мышцы, слышать стоны, шуршание простыней, влажные страстные звуки. Я почти издевался над нами обоими, собственное сердце давно билось где-то в глотке, вокруг висела тьма.

Я провел языком еще раз, втянул в рот сладкую горошину, зажмурившись от удовольствия.

— Кристоф! — вскрикнула она, выгибаясь, и снова пришлось отстраниться. Девочка-ветер дышала так хрипло и смотрела так пристально своими невероятными зелеными глазищами, выворачивала мне душу.

Я приподнялся на руках, сбросил брюки, Елена в этот же миг притянула меня к себе, зарываясь мне в волосы носом, проводя сзади по шее ногтями, впиваясь мне поцелуем в рот.

А я был голоден. Зверь был голоден. Так страшно голоден.

И я пил ее дыхание, запах, прикусывал грудь, шею, ключицы, наслаждаясь каждым движением.

Мой язык скользнул в раковину розового уха, Елена прогнулась в спине, длинная шея порозовела, с губ сорвался сдавленный выдох. Она была прекрасна, настолько прекрасна, что мне было больно и страшно дышать. Я ласкал хрупкое гибкое тело, удивляясь, какая же нежная у нее кожа, получая удовольствие почти на грани агонии.

А потом ее пальчики все-таки сжали мой член, медленно погладили головку, и я чуть не кончил, уткнувшись ей в плечо, глухо простонав.

— Мой князь…

Я не смог больше сдерживаться, мне окончательно снесло крышу. Ворвался в нее, сжал, втиснул в свое тело и впился клыками в шею. Меньше чем через полвдоха и ее клыки пронзили мою кожу. Горячая, сжигающая волна пробежала вдоль спины, вскипела кровь, взрываясь гранатовыми каплями, лихорадочно колотилось о ребра сердце, гудело и звенело в ушах.

Никогда. Никуда. Не отпущу.

Сдохну, но не отпущу.

И я продолжал вколачиваться, вбиваться в нее, с жадностью глотал кровь, пил и смаковал, как напиток богов.

Через несколько вдохов почувствовал, как Лист плотнее обхватила меня, как начало ее трясти.

— Открой глаза, Елена, — почти взмолился и тут же захлебнулся, потерялся в зелени. Затуманенные, прекрасные.

Мы достигли пика вместе, закричали так, что, наверное, слышно было на другом конце города. Оргазм дернул, накрыл из позвоночника, разлился по всему телу, и девочка-ветер забилась в моих руках.

Кажется, я знаю, как выглядит страсть. Кажется, я знаю, как выглядит любовь.

Теперь и умереть не страшно, вот только не хочется. Совсем.

Я улыбнулся, наверное, придурковатой улыбкой и перевернулся на бок, продолжая сжимать свое сокровище в руках.

— Ты чуть не убил меня, — тихо пробормотала она, зализывая ранки на моей шее.

— Кто бы говорил. Видимо, я слишком стар для таких игр.

Лист приподнялась на локте.

— Доказать тебе обратное? — выгнула она тонкую бровь, а я счастливо рассмеялся, притягивая Елену к себе и медленно, со вкусом целуя.

— Не уходи от меня больше, — сказал, оторвавшись.

— Не отпускай меня больше, — закрыла глаза моя мечта.

— Никогда, — я подхватил девушку на руки, наслаждаясь звуком ее сердца, и отправился на поиски спальни.

Оказывается, счастье — это так легко. И страшно.

— Одана…

— Не хочу ничего слышать, — Елена закрыла уши руками и зарылась в подушку, спрятав от меня лицо. Я тихо улыбнулся и перевернул горе свое на спину, подтягивая ближе к себе, отводя руки. — Ты не представляешь, как плохо мне было все это время, ты не представляешь, чего мне стоило сейчас снова не убежать от тебя. Я не хочу больше говорить об этом, я не хочу больше вспоминать это. Я виновата перед тобой не меньше…

— Извини… Эльфы теперь должны мне по гроб жизни. Эдор каждый месяц выплачивает пошлину на ввоз своих товаров. А цены на зелья для них я задрал так, что он начал осваивать свои западные рудники. Земли, кстати все-таки отошли рысям, — улыбнулся я.

— Мой жестокий гений, — покачала головой девушка, закрывая глаза.

— А эльфийка… Я даже за руку ее взять не смог ни разу, — девочка-ветер посмотрела на меня, что-то выискивая в лице. — Тьма бесилась, отталкивала меня от нее, даже перчатки не особо помогали.

— Бедный князь, — издевательски протянула она, покачав головой.

— Над больными, старыми и убогими не издеваются! — притворно рыкнул, приподнимаясь на локтях и нависая над тихо смеющейся девчонкой.

— Так я над ними и не издеваюсь, только над тобой, — она крепко обвила меня ногами и прикусила за нижнюю губу. Я смотрел в зеленые глаза, и рвалось на части мое проклятое сердце, стучало в ушах. Лист нахмурилась, тут же становясь серьезной. — Что?

— Я не вру. Я не дотрагивался до нее. Не мог.

— Я верю тебе, — маленькая ладошка коснулась щеки, и я на вдох закрыл глаза. Невыносимо. — И раз уж у нас день…

— …уже вечер почти…

— …откровений, я хочу, чтобы ты понимал. Кристоф, я не перестану быть ассасином, я и дальше буду убивать, это мой выбор, моя расплата за подаренную жизнь, я про… — пришлось оборвать ее коротким поцелуем.

— Хорошо.

— То есть как? — она слегка отодвинулась. — Я дума…

— Я же объяснил тебе еще там, в саду. Я не хочу тебя переделывать, исправлять, заставлять меняться. Ты говорила, что я не обращаю внимания на то, чего хочешь ты — пора исправляться. Хочешь быть ассасином — будь, заказами я тебя обеспечу. Не хочешь — не будь. Но это только твое решение.

— Ты с каких пор стал таким понимающим? — настороженно взглянула Елена, очерчивая мои губы кончиком пальца.

— Стараюсь загладить вину, — как можно беззаботнее пожал плечами.

— Что ты задумал? — склонила Лист голову набок, скрестив на груди руки.

— На данный момент облизать тебя с ног до головы, — усмехнулся, набрасываясь на сочные губы.

— Чудовище, — рассмеялась девушка.

— Нет. Просто голодный сумасшедший Зверь.

В окно заглядывал любопытный месяц, шторы трепал легкий ветерок, а я старался как можно аккуратнее завернуть Елену в простынь, при этом не разбудив. Теплая, податливая, нежная. Такая, что… Не знаю, моя.

Желание плюнуть на все и остаться с ней в постели было практически непреодолимым, но я лишь крепче стиснул зубы и поднял ее на руки. Девочка-ветер тихо вздохнула и спрятала лицо у меня на плече.

Все уже должно быть готово.

Я шагнул в портал и через вдох оказался в озере Крови, а напротив, над поверхностью темно-багровых вод, была Прамать. Воды озера лишь едва касались носков ее туфелек, я же стоял в них почти по колено. Женщина улыбнулась, в левой руке тускло блестел изогнутый крис[1].