Страж зверя - Мира Вольная

— Смотрю, ты все-таки своего добился, Великий князь Малейский.

— Я старался, — хмыкнул в ответ.

— Да уж вижу, совсем бедную девочку измотал, — уперла вампирша руки в боки. — Селена весь последний суман глаз из-за тебя сомкнуть не могла, между прочим. Дал бы ей отдохнуть.

— Она и отдыхает, — проворчал я. Елена действительно спала на удивление крепко. Я думал, что девушка проснется сразу же, как только я возьму ее на руки, но Лист лишь легко улыбалась во сне. Стало неуютно. Тьма, какой же я кретин. Я все исправлю, обязательно исправлю.

— То есть будить ты ее не собираешься? — выгнула бровь Прамать.

— Нет, — твердо кивнул, крепче прижимая к себе мое спящее сокровище.

— Ну смотри, князь, объясняться потом сам будешь.

— Даже не сомневайся. Может, начнем уже?

— Нетерпелив, как всегда, — покачала она головой. — Преклони колени, Великий князь Малейский!

Я облегченно выдохнул и осторожно опустился в кровь. Край белой простыни тут же окрасился бордовым, поднялся ветер и зашелестел в кронах деревьев, по темной глади от нас с Еленой начали расходиться круги.

— Я, Прамать, первая из рода пьющих кровь, дочь Астраты и Мирота, Хранительница Памяти, призываю богов, проклятых и настоящих, призываю стихии, проснувшиеся и дремлющие, призываю время и безвременье, тьму, хаос и свет в свидетели, — чистый голос разлился над озером, сильнее подул ветер, обдавая теплом, запахами, звуками. — Этой ночью да будут соединены две жизни и смерти, две судьбы, два тела, два духа, две силы по законам мирозданья и воле богов, с разрешения стихий и с благословенья Мирота!

Я почти полностью погрузился в кровь вместе с Еленой на руках, тело окутало теплом и мощью такой силы, что казалось невозможно сделать следующий вдох, она давила на плечи и грудь, заставляла закрывать глаза. Лист во сне обняла меня за шею. Стало легче. Тьма выбралась наружу. Моя и ее. Висела вокруг нас плотным облаком, черным маревом, подобно крови омывала наши тела. Я смотрел, как чернота обвивает тонкие руки, расцветает узором на ключицах, шее и лице, гладком лбу.

— Одно на двоих дыхание, одно на двоих сердце, одна на двоих сила, одна на двоих жизнь, одна на двоих смерть, одна на двоих вечность и одна на двоих кровь, — я сделал три глотка, потом напоил Елену. С последним глотком ее веки дрогнули, и она открыла черные-черные глаза.

— Кристоф? — сонно протянула Лист.

— Спи, девочка-ветер.

— Нет, пока ты не скажешь, что происходит, — она заворочалась в руках, непонимающе огляделась вокруг, глаза стали просто огромными. Прамать давила смех. — Кристоф?! Какого хрена мы делаем в озере Крови?!

— Ты выходишь замуж, — улыбнулся я, Лист забарахталась, стараясь слезть с моих рук. Я осторожно опустил ее, придерживая.

— Ты… ты… — она оглядела себя, нахмурилась, что-то пробормотала, подтянула простыню выше, замерла на пару вдохов, а потом улыбнулась и поцеловала меня так, как никогда до этого, я чувствовал ее так, как никогда до этого. Почти больно.

— Теперь, когда все заинтересованные лица наконец-то присутствуют, давайте продолжим. Кристоф Фрэйон, Великий князь Малейский, — пробился к сознанию голос Праматери, — принимаешь ли ты такую вечность?

— Принимаю! — я взял Елену за руку.

— Рожденная под именем Луны, Елена, дочь Дома ассасинов, принимаешь ли ты такую вечность?

— Да куда ж я теперь денусь? Принимаю!

— По праву перворожденной я скрепляю вашу клятву. В рождении и смерти вы теперь вместе навсегда, в любых мирах, в любом времени и вне его! — так же едва касаясь кончиками туфель багряной глади, Прамать подошла к нам, подняла наши сцепленные ладони и проткнула насквозь крисом.

Я поморщился, Лист закусила губу, наша кровь смешиваясь стекала вниз, падала в озеро, и расходились в стороны круги, пахло вокруг силой, смертью и жизнью, Мирот дрожал, дрожал воздух, вибрировала тьма.

— Вот и все, — улыбнулась женщина, вытаскивая кинжал и отступая на шаг. — Примите мои поздравления, — вдох, и она растворилась в воздухе, а я снова подхватил Елену на руки и двинулся к берегу.

— Как тебе только в голову пришло? — покачала она головой.

— Ты не рада? — спина мгновенно напряглась. — Я знаю, что не спросил тебя…

— …опять…

— …я не вытерпел…

— … как всегда…

— … да и кто бы вытерпел…

— …уж точно не ты…

— … я правда думал, что так будет лучше…

— …типично для тебя…

— …и… я боялся, что ты откажешь, денешься снова куда-нибудь, исчезнешь.

— А вот это уже нетипично. Великий князь Малейский боится?

— Дико, — прижался лбом к ее виску и втянул запах граната.

— Не бойся. Я никуда не денусь, — и уже с улыбкой: — Ты хоть понимаешь, на что вообще подписался? Даже в перерождении мы будем вместе. Уверен, что выдержишь?

— Это будет сложно, но я попробую, — очередная улыбка, на этот раз деревенского дурачка, растянула губы.

— Задница вы, выше темнейшество, — стукнула Лист меня по плечу.

— Еще какая, — я начал открывать портал. Озеро Крови — место, конечно, красивое, священное для любого вампира, но задержавшихся гостей не любит. Вот и сейчас я чувствовал, как его сила начинает подавлять. Волю и мысли. Надо убираться.

— А знаешь, что самое интересное?

— Ну добей меня, изверг, — пробухтела жена.

Тьма, как же приятно это звучит!

— Сегодня Безымянная ночь, год назад мы впервые встретились.

Маленькая дрянь Нарина и здесь не прогадала, сегодня я стоял не то что по колено, по шею в крови.

— Ты все-таки сумасшедший, — пробормотала Елена, а я почти закончил плетение. — Твои советники будут в шоке.

— Это их проблемы. Другой княгини у них не будет и быть не может.

— Княгини?! Твою мать, твою мать, твою мать! — простонала Лист, зажмурив глаза.

Я рассмеялся и шагнул в воронку.

Мне действительно было глубоко насрать на мнение советников, министров, придворных и прочей шушеры. У Елены все получится, у нас все получится. Мы справимся со всем, если будем вместе. Навсегда вместе. Вечность.

Какое приятное все же слово. Я бросил взгляд на знак вечности, такой же, как у меня, двумя каплями крови застывший на ее плече.

Похоже, старым сумасшедшим князьям тоже иногда везет.

А спустя месяц я мерил шагами коридор у подножья лестницы и то и дело одергивал рукава камзола в ожидании Елены. Сегодня должна была состояться коронация.

Она нервничала и сходила с ума все это время, я практически ее не видел. Девочка-ветер постоянно была занята: танцами, этикетом, бесконечными примерками; она все-таки заставила меня встретиться со своим вороном, уговорила пригласить на коронацию Эдора и Одану; она постоянно торчала в библиотеке, в архиве, даже обсуждала долбанное меню. Меню! Она! И с каждым днем напряжение в ней росло все больше: я видел, я чувствовал, и мне это не нравилось. Очень.