Запрещённый приём - Лорел Гамильтон

Она посмотрела на него и вскинула брови.

— Ну не со всеми же. Даже у меня есть свой предел.

— Да уж, и у меня. — Поддакнула я.

Эйнжел ухмыльнулась в мою сторону, полная довольного ехидства.

— Мы просто не можем спать со всеми.

Я покачала головой.

— Я знаю, что не могу.

— Никки, ты занимаешься сексом с Натэниэлом? — Спросил Олаф.

— Я его не трахаю. Мы с ним можем быть верхними и трахать Аниту, а иногда и Эйнжел за компанию.

— Это недавнее нововведение. — Добавила я, осознавая, что это по-прежнему меня смущает. Я вздохнула. Мне когда-нибудь будет комфортно с собой в тех вещах, от которых я получаю удовольствие в постели и в подземелье?

— Я не думал, что Анита станет для кого-либо нижней или сабмиссивом. — Произнес Олаф.

— Если честно, я тоже. — Сказала я, стараясь ни с кем не встречаться глазами.

— Только с Никки?

Я покосилась на Олафа, а потом снова опустила взгляд в некую размытую точку посреди комнаты.

— Нет, не только с ним.

— С кем еще?

— Как этот разговор поможет нам прояснить ситуацию с Олафом? — Не выдержала я.

— Ты ведь понимаешь, что я бы не стал поднимать такие вопросы, если бы не считал их полезными. — Заметил Эдуард.

Я посмотрела ему в глаза.

— Из всех присутствующих в этой комнате я только ради тебя на них и отвечаю.

— Я знаю, спасибо. — Ответил он.

— Ради Эдуарда, но не ради Никки. — Произнес Олаф.

Я бросила взгляд в сторону Никки, и он сказал:

— Я для нее верхний в подземелье, но за пределами спальни приказам Эдуарда она подчиняется лучше, чем моим.

Подбор слов мне не понравился, но спорить с этим было трудно, так что я решила забить.

— Какой там был вопрос? — Спросила я.

— Кто еще над тобой доминирует, кто у тебя верхний?

— В смысле, кроме Никки?

— Да.

— Это правда имеет значение?

— Возможно, что не имеет, но как много помимо Никки?

— Эдуард. — Позвала я, косясь на него.

— Пожалуйста, ответь ему, Анита. — Попросил он меня.

— Ладно. — Я подсчитала в уме. — Двое.

— Я насчитал больше. — Возразил Никки.

Я нахмурилась.

— Ашер и Ричард, все.

— Жан-Клод иногда присоединяется к вам с Ричардом или к вам с Ашером, так что он тоже считается.

— Ладно, трое.

Никки посмотрел на меня так, как будто я что-то упускаю.

— Что? — Не поняла я.

— Я была с тобой, когда ты занималась сексом с другими партнерами, и ты не особо-то занимаешься вальникой. — Сказала Эйнжел.

— Занимаюсь. — Возразила я на полном серьезе.

— Не так часто. — Заметила она.

Я пожала плечами.

— Не знаю, что на это сказать.

— То, что происходит у нас, вероятно, ближе всего к ванильному сексу для Аниты. — Произнес Эдуард.

Опять же, Олаф понятия не имел, что Эдуард врет напропалую. Но как только он это сказал, я едва не поежилась от смущения, что, вероятно, и скрыло запах лжи. Я была так смущена, что это перекрывало всю верльвиную чуйку Олафа.

— Аните нравится достаточно грубый секс, чтобы делать меня счастливым. — Заметил Никки.

— Значит, когда я предложил ей обычный ванильный секс, это было не то, что ее интересует? — Уточнил Олаф.

— Обычно нет. — Согласился Никки.

— Грубый секс с играми на грани мне нужен не каждую ночь. — Возразила я.

— Нет, не каждую. — Сказал Никки. — Как раз поэтому я не единственный твой любовник. В твоей жизни есть другие люди для удовлетворения тех нужд, которые мне не подходят.

— Это одна их самых крутых вещей в полиамории. — Заметила я.

— Полностью согласна. — Поддакнула Эйнжел. — В смысле, иногда мне нравится грубо, но не так, как это нравится Аните.

— Эдуард, мне нужна твоя помощь, чтобы провести здесь некую черту, потому что я заебалась углубляться в детали перед такой толпой.

— Не обращайте на нас внимания. — Бросил Кастер. — Я нахожу этот разговор крайне познавательным.

Я уставилась на него. Он рассмеялся.

— Хватит, Пуд. — Приструнил его Миллиган.

Кастер вскинул руки, как будто сожалел о своем поведении.

— Суть в том, что я видел, что Олаф делает с женщинами, когда его некому остановить. — Сказал Эдуард. — Я хочу разобраться, существует ли что-то помимо этого, что могло бы удовлетворить его с тобой.

— Мне нужно понять, что именно делает Анита во время своих игр с рисками, чтобы ответить на этот вопрос. — Заметил Олаф.

— Я могу частично тебя проконсультировать, но для более подробного разбора тебе нужно поговорить с Натэниэлом или даже с Ашером. — Сказал Никки.

— Нет. — Отрезала я.

— Анита, если существует способ сделать это без риска для жизни кого-то из вас двоих, разве оно не стоит одного унизительного разговора? — Поинтересовался Эдуард.

Конечно, если обставить все так, то да, но…

— Проклятье, Эдуард…

— Я не прав? — Уточнил он.

Я вздохнула и привалилась к стене. Ладно, может, я скорее упала на нее, чем привалилась к ней. Просто я так устала от всего этого. Ну разумеется я не играю на грани настолько жестко, чтобы удовлетворить сексуального садиста и серийного убийцу. В смысле, я, конечно, играю грубо, но не настолько же.

— Ладно. Я не могу спорить с тем, что будет разумно собрать как можно больше информации.

— Так я могу ответить на вопросы Олафа или нет? — Спросил Никки.

— Можешь, но не при такой толпе народа. Миллигану и Кастеру незачем знать такие подробности о моей интимной жизни.

— Ну-у. — Попытался надуться Кастер, но его улыбка все испортила.

— Хватит, Пуд. — Вновь осадил его Миллиган.

Кастер заткнулся, но его улыбка никуда не делась. Думаю, я могу его игнорировать, если он будет молчать.

— Итану такие штуки не нравятся, как и Пьеретте. — Заметила я. — Думаю, они бы тоже не хотели слушать детали.

— Я твой телохранитель. Я буду делать свою работу. — Возразил Итан.

— Как и я. — Добавила Пьеретта.

— Ладно, но я не уверена, что могу обсуждать это при такой толпе. — Сказала я.

— Давай я начну перечислять, а ты меня остановишь, когда посчитаешь нужным? — Предложил Никки.

— Я бы хотела, чтобы отсюда ушли все, с кем я не сплю.

— Я дал слово, что никому не причиню вреда, если мне его не причинят. — Напомнил Олаф.

— Это он так намекает, что Миллиган и Кастер могут подождать за дверью или в другой комнате. — Пояснил Эдуард.

— Я в курсе, на что он намекает. — Буркнула я, и мой голос прозвучал раздраженно даже по моим меркам.

— Ей нравятся игры с дыханием. — Начал Никки.

— Данная практика не представляет для меня интереса. — Сказал Олаф.

— И мы должны перегруппироваться прежде, чем этот список продолжится. — Встряла я.

Не