Король ничего не решает - Остин Марс

— Читай.

* * *

Спустя почти два часа, Вера прочитала большую часть писем. Запечатанные были от Дженис, короля Георга, Андерса де'Фарея, графини де'Гало, милашки в голубом, и ещё нескольких девушек, которых она даже не вспомнила. Несколько писем от мужчин карнцев, чьи имена ей ни о чём не сказали, она отдала секретарю, там не было ничего особенного. Ещё был десяток писем со стихами от цыньянцев, которых она не запомнила, и одно от генерала Чена, в тёмно-фиолетовом плотном конверте, запечатанном алым шнуром и блестящим сургучом, это она не стала даже вскрывать, хотя долго рассматривала и обнюхивала.

Почти все писали на цыньянском — видимо, догадались, что она его изучает, после дуэли. Вера попросила бумагу, кисть и карандаш, переписала первое письмо, оставляя между столбиками место для перевода, сама набросала подстрочник, где смогла, остальное спрашивала у секретаря, показывая ему иероглифы вразброс по одному. Он посмеивался, но помогал, иногда пускаясь в подробные объяснения о сочетаниях, с лёгким флёром иронии, иногда даже угадывал, Вера улыбалась и шутливо грозила пальцем.

Время летело, брат Чи пригласил распорядителя церемоний, представил его Вере как господина Кристофа, Вера почему-то слышала его с французским акцентом. Они перебрались за большой стол в кабинете министра Шена, распорядитель ответил на море Вериных вопросов по этикету в области танцев, приёмов и разговоров, она написала восьмистраничный конспект. Потом пришёл Даррен, они начали все вместе разбирать приглашения и составлять график визитов, когда пришёл министр Шен и вежливо послал церемониймейстера и секретаря на выход.

Все немного обалдели, но спорить не стали, министр великодушно дал им минуту попрощаться, и вышел по срочному важному делу. Господин Кристоф изобразил на лице сдержанное негодование, извинился перед Верой за ужасающее поведение худшего из своих учеников, и выразил надежду на скорую встречу. Вера пообещала, что видеться они будут часто и много, и вообще господину Кристофу стоит начинать морально готовиться к тому, что лавры худшего ученика скоро отобьёт у министра кое-кто из бездонных рудников, он долго смеялся.

Министр заглянул в кабинет и шёпотом позвал Даррена, он быстро вышел, Кристоф заторопился, стал собирать свои записи чуть менее аккуратно, сказал Вере:

— В целом, мы на ближайшую неделю определились, потом встретимся ещё раз. Но не относитесь к этому расписанию слишком серьёзно, оно предварительное, все мы занятые люди, что-то может меняться, переноситься, откладываться, так что все будут связываться с вашим секретарём и уточнять, в силе ли встреча. Секретарь… — он собрался и произнёс с усилием: — Гх Нхген, будет заниматься вашей почтой, расписанием и поручениями. Я предлагал подобрать вам собственного секретаря, но господин Шеннон отказался.

— Серьёзно? — выдохнул брат Чи, в дверь заглянул министр и кивнул:

— Ты почти свободен, займёшься делами госпожи.

Секретарь закатил глаза и мрачно вопросил потолок:

— Почему все думают, что я ничего не делаю?

— Потому что ты ничего не делаешь, — сказал министр.

— Я шёл сюда на половину рабочего дня, с условием, что буду сортировать почту и менять чернила в печатях, чтобы у меня оставалось время на учёбу, но моих обязанностей всё больше, а уроков почему-то не меньше.

Министр пожал плечами:

— Переводись на полную ставку, будешь получать вдвое больше.

— А учиться я когда буду? У меня сутки не бесконечные!

— Втрое больше, — флегматично усмехнулся министр, брат Чи резко сделал лицо попроще и кивнул:

— Идёт.

— Как легко деньги подчиняют время, — усмехнулся министр, глядя в окно, но Вера знала, что это было сказано лично ей. Министр посмотрел ей в глаза с видом властелина мира: — Кабинет ваш, обживайтесь.

— Мой? — Вера осмотрелась в лёгком шоке, пытаясь представить этот танцевальный зал с обеденным столом на две дюжины персон в качестве своего кабинета, посмотрела на министра: — А вы?

Он равнодушно отмахнулся:

— А я себе организую другой, тут по соседству, этим я всё равно почти не пользовался, и он слишком большой, вам он подойдёт больше. Сделаете здесь ремонт, если захотите, докупите мебель. Зеркало я приказал перенести в дальнюю комнату, если оно вам понадобится.

Вера подумала о зеркале, и вспомнила о другом важном вопросе, который забыла обсудить, посмотрела на господина Кристофа, который как раз закончил собираться:

— Подождите, две минуты, я забыла. Мне нужен гардероб, а для меня все местные платья выглядят дико, я ничего не выберу. Вы не могли бы мне составить хотя бы минимальный список обязательных костюмов, и куда их надевать?

— Да, конечно, я знал, что вы спросите, и подготовил. Вот, — он достал из папки мелко исписанный листок, потом ещё один, с иероглифами: — И на цыньянском, на всякий случай.

— Спасибо, — она послала улыбку этому бесценному человеку, он улыбнулся в ответ:

— Обращайтесь по любым вопросам, я вас всегда готов выслушать и помочь в меру сил, — безукоризненно склонил голову и вышел вместе с министром, они о чём-то тихо заговорили. Вера посмотрела на секретаря, который собирал бумаги и насвистывал, он заметил её взгляд и улыбнулся:

— Ну что ж, похоже, мы теперь будем работать вместе. Надеюсь, вы рады хотя бы наполовину так же, как я. Как к вам обращаться официально?

Вера вздохнула:

— Это надо было у Кристофа спрашивать.

— Я буду называть вас госпожа Вероника, он сам вас так называет, и от остальных требует.

— Хорошо. А я как должна к тебе обращаться?

— Вообще, секретарь Гх Нхген, в идеале, — он послал ей ироничный взгляд и вздохнул: — Но учитывая, что карнцы об моё имя язык ломают, я разрешаю всем называть меня брат Чи, и то некоторые умудряются коверкать. Меня уже и Хи называли, и Щи, так что, — он вздохнул и отмахнулся, Вера вздохнула ещё тяжелее, села и положила руки на стол, изображая серьёзную физиономию:

— Сядь, пожалуйста, нам надо серьёзно поговорить, раз уж мы будем вместе работать.

Он слегка напрягся, но сел, и даже приготовился записывать. Вера собралась с силами, глубоко вдохнула и серьёзно сказала:

— Я заранее дико извиняюсь, но иногда я буду звать тебя Аня.

Он округлил глаза и спросил:

— Что это значит?

— Это имя из моего мира. Так звали мою бывшую секретаршу. Всех моих секретарш, их было пять. Двоих звали не так, но они отзывались на Аню, им приходилось.

— Это женское имя? — мрачно уточнил секретарь, Вера кивнула:

— Я иногда, когда заработаюсь, бываю очень рассеянна.

— Настолько? — ещё мрачнее уточнил брат Чи, Вера ссутулилась:

— Да. Это не только в именах проявляется, у меня на работе вот тут справа от стола стоит урна, и когда я работаю дома, я кидаю бумажки в то же место, прицельно, не глядя, а урны там нет. Я долго пыталась бороться, но это оказалось непобедимо, проще было поставить урну дома на то же место. Ещё я иногда во время работы звоню Валере, это мой коллега, и я несколько раз звонила ему, когда он был в отпуске, и даже когда я работала над личными проектами, к которым он не имеет отношения, даже среди ночи, он уже привык. У меня сменилось пять секретарш…