Дракон в мантии - София Беккер

- Да, именно так, - серьезно подтвердил он. - Хотя есть у нас один профессор. Занимается... вот так с ходу и не скажешь чем. Ерундой конкретной. Созданием идеального человека. Двадцать лет занимается, а даже опытных образцов нет. При этом является почетным членом Академии!

- А по нечетным просто халтурщиком, - подытожила я. Ник хмыкнул и закруглился: 

- Но это все внутренние дела Коллегии, и тебе, наверное, неинтересные. Если хочешь узнать о магии больше, то начинать нужно сначала. Например, с пяти основных догм или неизменных постулатов. Рассказать?

- Жги глаголом! - разрешила я.

- У магии есть пять догм, - занудным тоном скучного лектора начал мой спутник. - Первая - ничего из ничего не берется и никуда не девается. Вторая - бесконечное волшебство требует бесконечного потока магии. Третья - из неживого нельзя получить живое. Четвертая - магия заключена в любом предмете, даже в состоянии покоя. Пятая - магия не может нарушить фундаментальные законы природы. Ну и всякие частные случаи.

Я напрягла память. Было в этих догмах что-то неуловимо знакомое, отдающее скрипом школьных парт. Но память была пуста, как свинья-копилка транжиры.

- Все понятно, - с умным видом кивнула я, - кроме пятого пункта. Разве магия это не нарушение законов?

- Не-а, - Никсар снова поскреб подбородок. Надо будет ему сказать, чтоб побрился. - Ты можешь изменить структуру свинца и придать ему структуру золота. Или из угля сделать алмаз. Это еще проще. Но ты не можешь, к примеру, заставить огонь иметь отрицательную температуру, убрать законы гравитации или пространства-времени. 

Я сделала еще более умный вид. Если Ник начнет объяснять мне, как это все взаимодействует, мы в ближайшее время в поход не отправимся точно.

- Пошли уже? - предложил маг и закинул на плечо неизменную котомку. - Нужно еще договориться о лошадях.

В холле давешней девицы не наблюдалось, а наблюдался дородный мужчина с окладистой черной бородой в красном кафтане и синей рубашке.

- Доброе утро, Паладин! - Он улыбнулся мне самой добродушной улыбкой на свете. Обычно именно после таких делают очень большую пакость. - Как прошла ночь? Всем ли вы довольны?

- Да, спасибо, все хорошо.

- Меня зовут Старатам Уван. Я владелец этой гостиницы. Пришел лично извиниться перед вами за вчерашний инцидент. Надеюсь, мы сможем уладить это досадное недоразумение? - Уван улыбнулся еще шире и, прижав руки к груди, отвесил полупоклон.

- Вообще-то, нам нужно где-то оставить лошадей на время похода в храм, - задумчиво протянула я. - Сколько это будет стоить?

- Дней на пять, - внес уточнение Никсар.

- Что вы, что вы! Какая может быть плата! Это большая честь - принять Последнего Паладина и его спутника! Ваши лошади будут в безопасности и на полном довольствии, пока вы не вернетесь!

- Э… ну спасибо. 

Интересно, с чего это он такой щедрый? Лошади, как я поняла, это удовольствие дорогое. А тут полное обеспечение сразу двум. Ну точно, где-то кроется подвох.

- Последняя ма-а-аленькая просьбишка! Черкните пару строк в гостевой книге. Вам ничего не стоит, а у нас останется память об оказанной чести. - Старатам заискивающе заглянул мне в глаза и пододвинул толстенный гроссбух с обрезанным пером. 

Я пожала плечами и вывела корявыми буквами: “Спасибо “Кувшину паломника” за оказанное гостеприимство. Альмеди Зотс, Последний Паладин”. Хозяин гостиницы дважды перечитал надпись и обнял книгу как страстный муж молодую жену. Как мало человеку нужно для счастья!

- А что стало со вчерашней… - я не сразу подобрала слово, - встречающей? Надеюсь, ее не уволили?

- Я поражен вашим великодушием! - хитрый делец снова прижал руки к груди. - Признаю, мы ее уволили, такое отношение к нашим гостям недопустимо. Но раз вы сами заступаетесь за столь нерадивого сотрудника, я восстановлю ее в должности. Пусть люди знают, что Старатам Уван всегда прислушивается к мнению своих гостей и чтит волю Всесоздателя.

- Нам еще надо проведать лошадей, - напомнил Ник.

- Конечно, конечно! - Старатам шустро выбежал из-за стойки. - Я лично вас провожу.

В конюшне Уван развел самую бурную деятельность, запугав и без того впавшего в ступор - от свалившегося на него почета, Граса. Снежинка и Фариза взирали за творящуюся суету с великосветским пофигизмом. Гриву Фаризы украшали заплетенные косички. Видимо, Грас постарался.

- Ах, какие лошадки! Словно из королевских конюшен! Подстать Паладину, - восхищенно причмокивал губами Старатам, оглядывая кобылиц со всех сторон - Обеспечим им лучшее содержание! Таким-то красавицам.

- Снежка, - я обняла морду лошади. - Мы вас тут оставляем примерно на недельку. Нам нужно сходить в храм на горе. Но мы обязательно вернемся. Ник так точно. Будь хорошей девочкой. Если будут обижать, ты мне только скажи, я им!

Лошадь согласно кивала и всем видом показывала, что если "бедную девочку” будут обижать, она сама им объяснит всю глубину их заблуждений! 

Никсар разделил между кобылами оставшиеся яблоки, и мы вышли из конюшни.

Уван проводил нас до первого поворота, постоянно кланяясь и благодаря за оказанную честь - ему лично и его скромному заведению. 

- Знали б, что так выйдет, пошли б в самую скромную гостиницу, - заворчала я, когда чересчур гостеприимный делец отстал. Никсар согласно кивал и жевал придорожную травинку.

За околицей Родгурда начиналась утоптанная тропа в горы. У их подножия стояли две статуи, за которыми она переходила в пологую лестницу, восходящую по склону влево. Бесконечная вереница паломников скрывалась за поворотом.

- А это что за каменный мужик? - Я ткнула пальцем в статую мужчины, стоящую у входа на лестницу в небо. Он был укутан в мантию с капюшоном, который скрывал лицо, доходя до самого подбородка.

- Это же Всесоздатель! - зашипел Никсар, оглядываясь по сторонам - не услышал ли нас кто посторонний.

- Прости, покровитель, не признала, - покаялась я.

Ну что, пойдем Путем паломника? Вроде не так уж и сложно…

- Сколько там мы уже прошли? - с трудом пропыхтела я.

- Три тысячи пятьсот семьдесят две ступени!

- Уверен?

- Хочешь вернуться и пересчитать?

Я махнула рукой и потащилась дальше. Спасибо древним архитекторам, предусмотревшим на подъеме эдакие площадки-кемпинги. Уставший от приобщения к святости люд, вползал на них и отдыхал, совершенно непочтительно привалившись к статуям Всесоздателя или каменным скрижалям. Последние были украшены выбитыми изображениями Дракона Времени и мудрыми цитатами. Кое-где разводили маленькие костерки.

Чем выше мы поднимались в горы, тем холоднее становилось. Никсар выудил из своего безразмерного мешка теплые куртки, сапоги и пару плащей.