Любовь зла - Мари Князева

Ярослав

Я летел, как на крыльях. Я ощущал такой подъём — море казалось мне по колено, я чувствовал в себе силы сдвинуть горы. И всё из-за одной маленькой и наивной, но гордой девчонки, которая вдруг смягчилась и снизошла… А как она хороша сегодня… Я сразу решил купить что-нибудь ей и инвалиду. Кофе или мороженое — что найду. Однако, стоило мне примоститься к высокому столику возле ларька с шаурмой, зазвонил телефон. Батя.

— Ты где опять шляешься, чёрт тебя раздери?! — гневно начал он с места в карьер.

— Пап, всё нормально, я с Настей.

— С какой ещё Настей?

— Ну, эта девушка, которая руководит моими исправительными работами…

— И какого хрена ты с ней тусуешься вне места отработки?

— Ну… просто… помогаю…

— Финансово?

— Да нет, физически.

Дальше последовала нецензурная тирада на тему моей половой распущенности.

— Да не в том смысле! — вставил я, когда у отца наконец закончился воздух в лёгких. — Не сплю я с ней, мы просто друзья, у неё много всяких заморочек типа этого детдома…

— А ты тут причём?

— Я ж говорю, мы с ней друзья!

— Да с хрена ли?

— А в чём проблема-то?

— Да в том, *** ты сын, что невесте своей ты раз в месяц звонишь, и то по большому одолжению, а целыми днями шляешься с какими-то оборванками!

Я мысленно выругался. Эта г**баная невеста — как кость в горле. Из-за неё батя категорически против того, чтобы я с кем-то встречался по-нормальному. Ночные загулы с тёлками лёгкого поведения он готов пропускать мимо глаз и ушей: это же ничего не значит, это для "здоровья", а вот если генерал Савельев узнает, что у меня девушка есть, параллельно с его дочерью, — мне кранты. Начальник областного военкомата — это вам не хухры-мухры.

Матильда Фёдоровна Савельева (для своих — Мотя) — не противная по характеру, но не в моём вкусе. Ну не люблю я пышечек — что тут поделаешь? Однако, несмотря на мои бесчисленные возражения и объяснения, отец и слышать не хочет о разрыве помолвки. Они с генералом Савельевым ещё пятнадцать лет назад нас с Мотей "поженили", а ссориться с главой облвоенкомата — это большая глупость. Так батя говорит. И вечно требует, чтобы я с невестой созванивался и виделся, но, к счастью, происходит это нечасто. Она доброжелательная девушка, скромная такая, но мне с ней скучно и неловко, и всегда хочется поскорее завершить разговор.

Короче, батя строго приказал мне явиться домой прям щас — пришлось бежать обратно в поликлинику, дожёвывая шаурму на ходу. Настиного номера-то у меня нет — надо её найти и предупредить, чтобы не ждала. Блин, мне хотелось остаться! Я давно не чувствовал такого воодушевления, общаясь с человеком (неважно, мужского или женского пола) на трезвую голову. Мне интересно с ней, она нестандартно на всё реагирует, необычно мыслит. Это её стремление держать дистанцию — тоже заводит невероятно. Хочется добиваться… права на физический контакт. Даже за руку её держать — кайф неимоверный, а вчера — не удержался, поцеловал. И это было вообще феерично, хоть и по-детски, в щёчку.

Я обегал весь первый этаж поликлиники — насилу нашёл свою фею и её неполноценного пажа. Отрапортовал, задыхаясь после бега:

— Слушай, извини, не получится у меня вас проводить. Ехать надо. А может, дашь свой номер телефона? Чтобы я в следующий раз так не носился в поисках…

Настя посомневалась пару секунд, но потом кивнула и продиктовала вожделенные цифры.

— А хочешь мороженого? — спросил я её с надеждой, но не особо рассчитывая на положительный ответ. — И мальцу твоему куплю. Тут рядом ларёк есть…

Настя, конечно, отрицательно покачала головой:

— В здании поликлиники запрещено есть. Не переживай, в другой раз угостишь. Иди, в три увидимся. Да? Ты придёшь в детдом?

— Конечно! Ни за что не пропущу!

Настя улыбнулась. Как мне показалось, ласково. Я опустился на корточки и взял её за руку. Переплёл наши пальцы. Посмотрел девушке в лицо — она смущённо опустила взгляд, разглядывая наши соединённые ладони как будто с удивлением. Потом я случайно заметил, что и мальчишка в кресле смотрит туда же, с каким-то гневным напряжением. Ревнует, что ли? Чёрт побери, да есть ли с ней рядом кто-нибудь равнодушный? Она даже безнадёжного инвалида подростка очаровала…