Пятый мир - Данила Конев

бок, но смог только немного поцарапать того. Истекающий кровью зверь изменил тактику и с силой ударил Рогдара об стену. На секунду рассудок волкодлака помутился, и он, разжав зубы, упал на пол. Дыхание было учащенное, перед глазами все расплывалось, охотник с трудом пытался прийти в себя. Белый гигант прижал его лапой к полу, не давая возможности подняться. Смрадный запах из его пасти был настолько резким, что смог привести Рогдара в чувство. Пара черных глаз смотрела на него, этот взгляд поразил Рогдара: в нем было что-то не звериное, разумное. Это явно был не простой медведь.

— Кто ты, Андурин тебя подери?!

Рогдар был в полной власти медведя, но тот не торопился нанести последний удар. Принюхавшись, зверь убрал лапу с груди волка и, повернувшись, пошел прочь. Не веря глазам, Рогдар попытался встать, но медведь обернулся и громко заревел, как бы предупреждая волкодлака о том, что тот должен оставаться на месте. И в тот же миг зверь захрипел и упал на пол, из его рта текла кровь, а из раны торчал металлический прут. Противник был повержен, а над его телом стоял Грака в своем человеческом облике. Другой медведь развернулся и поспешил скрыться в том же темном коридоре, откуда и пришел. Волкодлаки не стали гнаться за ним: в узких темных коридорах аэропорта гигант имел бы слишком очевидное преимущество. Охотники вернулись в свое обычное состояние и только тогда заметили, что не только они перестали быть зверьми. На полу, вместо медведя, лежал мертвый человек.

— Оборотень! — удивленно воскликнул Ньял.

— Но ведь мы знаем всех оборотней в нашем мире, и люди не умеют превращаться в белых медведей.

— А самих белых медведей ты часто встречал? — угрюмо спросил Хартиг. — Они водятся далеко от этих мест, у берегов Холодного моря. Я видел их однажды в землях клана Северного Братства, но не думал, что встречу в Заброшенном Городе.

— Но все же даже на севере белые медведи — это просто свирепые звери, а не люди в ином обличье, — добавил Ньял.

— Вначале какие-то неизвестные люди, напавшие на нас у озера, теперь оборотни-медведи. Мне кажется, или тут происходит что-то неладное?

— Магнус, я думаю, не у тебя одного такие же подозрения, — взял слово Грака. — Мне кажется, что за нами кто-то следит.

— Для чего?

— Возможно, охотятся на тело безликого.

— А что, вариант, — согласился Хартиг. — И это явно не один из кланов.

Среди волкодлаков раздались крики.

— А кому еще нужен безликий?

— Это точно клан Белой Длани!

— Тихо! — скомандовал Грака. Тотчас все замолкли. — Никто до сих пор не встречал медведей-оборотней, равно как и тех странных людей в масках, что напали на нас. Здесь явно творится что-то неладное. Сейчас главная и единственная задача — не разбираться в том, кто и почему преследует нас, а доставить тело безликого в целости и сохранности к церемонии. Верно говорю?

— Да, верно, командир.

Грака удовлетворенно кивнул, довольный тем, что заручился полной поддержкой отряда.

— А где Барей и Магнус?

— Грака, они пали в бою, — ответил Хартиг, указав на тела обоих охотников.

Командир отряда подошел к придавленному металлическим шкафом телу Магнуса и наклонился над ним.

— Он дышит, — тихо сказал Грака. — Помогите мне.

И с этими словами волкодлак схватился за шкаф, собираясь его отодвинуть.

Глава 12

Эльф лежал в своем гамаке, растянутом между двумя вишневыми деревьями, достаточно крепкими, чтобы выдержать его вес. Этот гамак он сам соорудил, когда искал достаточно уединенное место вдали от окружающих. Здесь парень чувствовал себя в безопасности и умиротворении. В гамаке он мог валяться часами и нередко даже проводил там всю ночь, засыпая под трели насекомых. А под ним, свернувшись в клубок, мирно похрапывал его волк Ном, который был столь же ленив, как и хозяин. В этот момент никто и ничто не могло заставить Эльфа покинуть любимое место. Но сегодня был особенный вечер, поэтому Эльф и Ном встали со своих лежанок, направившись к калитке, у которой уже стояли Хель и Макс вместе с волками.

— Я рад, что этот парень все же тебя нашел, — улыбнувшись, обратился Эльф к девушке.

— Он нашел меня у себя дома.

Макс только хмыкнул, скорчив недовольную гримасу.

— Добро пожаловать в мой сад!

— А где твои родители? — спросил Макс.

— Маман и папа вечером предпочитают проводить время в душном доме, а не в прекрасном саду. Тем лучше для нас.

Гости прошли по выложенной камнем дорожке вдоль дома к деревянной беседке, спрятанной в тени старых вишневых деревьев. В центре находился столик с тремя небольшими стульями, на котором стояли тарелки с нарезанной ветчиной, сыром и пара бутылок смородиновой настойки.

— Располагайтесь и добро пожаловать на мой пир в честь окончания школы и будущего вступления во взрослую жизнь клана!

— Супер, теперь я понимаю, почему не пошла на выпускной, — улыбнувшись, сказала Хель, закидывая кусок ветчины себе в рот.

— И тем не менее он запускает нашу с вами праздничную недельку.

— Это что еще такое, Эльф? — удивленно заморгал Макс.

— Выпускной в школе, Посвящение, вступление в клан, а между ними день рождения Хель. Надеюсь, ты празднуешь в этом году?

Хель не праздновала свои дни рождения с тех пор, как ей подарили Веревочку и она побывала впервые на Посвящении. Обычно перед церемонией ей становилось так тоскливо из-за того, что скоро будет убита очередная группа волков, что она отказывалась от каких-либо торжеств и неделю ходила в трауре. Однако в этот раз идея праздника ей показалась заманчивой. Во-первых, все могло сложиться так, что охотники не успеют вернуться с телом безликого, а значит, церемонии не будет, а во-вторых, даже если этого не случится, то праздник будет хорошим поводом попрощаться с друзьями перед побегом.

— И чтобы наша Хель не свинтила и в этот раз, я приготовил ей сюрприз, от которого она не сможет отказаться, — завершил свою речь Эльф.

На минуту повисла пауза. Парень явно ждал, что его спросят, что же это за сюрприз, однако этого не происходило. Друзья просто молча стояли и смотрели на Эльфа в упор.

— Ну, раз это никому не интересно, то…

— Говори уже! — воскликнула Хель.

— Хорошо-хорошо, — с важным видом произнес Эльф и начал шарить у себя в карманах.

Прошла еще минута, наконец парень извлек кремень, пару смятых бумажек, весьма грязный носовой платок и старую пуговицу.

— Да ты просто ходячий мусорный бак, — не выдержав, сказала Хель.

— Много ты понимаешь, — закатил глаза Эльф. — Кажется, вспомнил…

И с этими словами он позвал своего волка Нома, у которого в ошейник был вставлен некий сверток, который Эльф передал подруге.

— Что