Кошка из Валесса. Игра теней - Ева Маева

снова заняла всё ту же позицию и приготовилась защищаться, выжидая момент и намереваясь броситься к амулету в тот самый миг, когда мой противник допустит малейшую ошибку и откроется моему броску хоть ненадолго. Однако в следующие минуты добиться этого мне, к сожалению, пускай и ожидаемому, так и не удалось. Мужчина больше не рисковал так явно, защищая собственную шею усерднее, нежели пытался меня атаковать, хотя и не останавливал своего натиска ни на одну секунду, не давая мне передышки. Я по-прежнему защищалась от него кинжалами и следила за движениями его тела, не собираясь доставлять ему удовольствия вновь видеть меня поверженной на землю, но, признаться, делать это было весьма сложно с вуалью на глазах, значительно затемнявшей для меня поле нашей битвы.

По большей части, никто из нас не уступал сопернику в мастерстве и у каждого были отличные шансы на победу, хоть мы оба сейчас ощутимо сдерживались, не позволяя собственной силе раскрыться в полном её проявлении и решить исход поединка одной особенно мощной атакой. Ле’Куинд избегал тех ударов, которые могли бы стать для меня смертельными, пока ещё не отказываясь от своего желания разговорить меня. Я же не хотела значительно ранить его в ответ, пускай даже это не было чем-то запретным по заветам Ирры. Во-первых, вызвать у него серьёзные травмы было исключительно непрактично с точки зрения моих дальнейших планов. К тому же я не горела особым желанием выслушивать от Раама язвительные обвинения по поводу моей небрежности, когда сумела бы наконец-то освободить его от влияния амулета Амелии. А во-вторых… Во-вторых, я и сама не могла объяснить, почему, но мне хотелось как можно меньше навредить Дейрану. Со мной такое было впервые за всю историю моих многочисленных сражений, и я отказывалась сейчас об этом задумываться, стараясь как можно внимательнее сосредоточиться на движениях графа, которые, несмотря на свою сдержанность, по-прежнему оставались для меня опасными.

Впрочем… Они стали бы куда менее опасными, если бы мне удалось обезоружить моего противника, не так ли?

Недолго поколебавшись, я решила рискнуть: отскочила в сторону от мужчины и, к его предполагаемому удивлению, спрятала в ножны крупный клинок, оставив в правой ладони лишь более мелкий, без гарды. Его я легонько крутанула, сменив хват в руке на обратный, и отклонилась от своего противника, намереваясь спровоцировать того на атаку. Ле’Куинд определённо должен был задуматься, какого результата я надеялась добиться таким безрассудным действием, однако в пылу битвы его замешательство едва ли успело проявиться, ведь он тут же снова бросился ко мне со своим мечом, вынуждая меня обороняться.

Первые несколько ударов пришли не так, как было нужно, и я блокировала их клинком или уклонялась, выжидая тот самый, который позволил бы мне обрести преимущество над графом. И он произошёл уже скоро: мужчина занёс руку с мечом почти над головой и атаковал меня рубящим ударом сверху вниз, рассчитывая, что я не смогу защититься от такой мощной атаки.

Однако на этот раз я не попыталась увернуться или выставить клинок вперёд. Вместо этого я выпрямилась, словно пружина, подставляясь под удар вражеского меча и не позволяя тому развить достаточную для неодолимой атаки скорость, а затем перекрестила предплечья перед собой таким образом, что правая рука теперь находилась поверх левой, а остриё кинжала смотрело в сторону левого кулака, образовывая своеобразный незамкнутый треугольник.

Есть!

Запястье Ле’Куинда по инерции пронеслось вперёд, заходя за мой клинок и тем самым попадая в подготовленную мной ловушку. Я резко свела кисти рук друг к другу, через боль от удара останавливая движение Дейрана в пересечении своих предплечий, а затем схватилась левой ладонью в перчатке за лезвие своего кинжала, тем самым запирая кулак мужчины вместе с его оружием в моих руках.

Оставалось только резко потянуть его на себя, одновременно с этим уходя немного в сторону от удара… Заставить мужчину выронить оружие от ужасной боли в запястье или, если вздумает упираться, сломать его кости и всё равно вынудить избавиться от меча, чтобы вырваться из захвата.

Вот только вместо того, чтобы сопротивляться, Дейран добровольно начал двигаться в мою сторону, стоило мне потянуть его на себя, не то инстинктивно предчувствуя, что так будет лучше, не то разгадав мою тактику и мешая мне провернуть мою затею. И когда он оказался ко мне совсем близко, наклонившись и вытянув руку вперёд, я вдруг догадалась, чего именно он добивался.

Он хотел снова сбить меня с ног.

И у него это получилось.

Мужчина сильно толкнул меня плечом, заставляя меня потерять равновесие и пошатнуться назад, а затем, извернув зажатую в моих импровизированных тисках руку, ударил меня мечом прямо под колени, обрушивая моё тело на деревянные доски склада.

О, Таящийся! Повезло, что атака графского оружия случайно вышла не лезвием, а плашмя, и мои ноги лишь только подкосились от боли, а не оказались разрезаны пополам. Правда, пальцы мои во время падения разжались сами собой, и лежавший в ладони клинок вылетел из неё куда-то в сторону, оставляя меня беззащитной под новым ударом вражеского меча.

А он не заставил себя долго ждать. Выпрямившись над моим распластанным на полу телом, Дейран с той же непреклонной серьёзностью в глазах занёс надо мной своё оружие и приготовился исправить свою досадную оплошность, пригвоздив меня к полу так, чтобы я больше не посмела служить ему помехой. На секунду, нет, на крохотную долю мгновения мне захотелось выставить руки перед собой и закричать, чтобы он остановился, заставить его смутиться моего голоса и прекратить свои атаки, пока он в замешательстве не сорвёт все ткани, укрывавшие моё лицо, и не признает во мне свою похищенную виконтессу.

Но в то же время моя спина вдруг сотряслась целой россыпью предупредительных мурашек, и я немедленно поняла, что именно мне нужно было делать.

Как именно мне нужно было двигаться, чтобы спастись от следующей атаки Ле’Куинда.

Лишь благодаря своей природной интуиции, я наугад извернулась ровно так, чтобы меч только немного оцарапал мою спину вместо того, чтобы пробить насквозь моё правое плечо, в которое, как оказалось, метил граф. Воспользовавшись сложившейся заминкой, я дотянулась до спрятанного ранее в ножны кинжала и махнула рукой в сторону щиколоток Дейрана, заставив того предположить, что я хотела ранить его, и потому отскочить немного в сторону, давая мне возможность откатиться и подняться на ноги. Следующая атака, впрочем, прилетела в меня почти незамедлительно, но я сумела отразить её кинжалом и тут же отпрыгнула, предусмотрительно сохраняя дистанцию, на которой граф больше не