Невеста на ужин - Екатерина Богданова

– Мамочки-и-и, – прошептала, сползая по стене и прикрывая глаза рукой.

– Эй, ты как? – потрясли меня за плечо спустя пару минут, в течение которых я старалась удержать сердце в груди, чтобы оно не отправилось погулять по комнате.

– Ой, плохо-о-о, – простонала, так и не решившись открыть глаза.

– Может, Бронира позвать? – спросил мой спаситель и по совместительству инструктор по убиению монстров.

– Нет! – взвизгнула так, что даже серый визгнул в ответ. Никак в поддержку, ему тоже Броня не понравился.

– А чего кричала? – недовольно проворчал – как же его… а, точно, – Кристос.

– Так просто, – виновато улыбнулась, приоткрыв один глаз и выглядывая из-за угла подушки.

Меня смерили недовольным взглядом и развернулись, чтобы уйти.

– Стой, – неожиданно попросила я.

Неожиданно потому, что не ожидала от себя такой трусости. Но поди ж ты…

Кристос остановился и вопросительно уставился на меня.

– Не уходи, я не хочу одна бояться, – выпалила я.

– Предлагаешь бояться вместе? – усмехнулся он.

Улыбнулась как дурочка и пожала плечами. Да я сейчас и чувствовала себя полной идиоткой. И зачем, спрашивается, остановила? Как я вообще при нем спать-то буду?

– Ладно, – вдруг согласился Кристос. – Спи, я здесь посижу.

И уселся рядом с кроватью. И не выгонишь же теперь. Или выгнать?

– Серый, отнеси на улицу, а то мешать будет, – сказал Кристос, протягивая моему лохматому другу факел.

А серый, вот предатель, подошел, аккуратненько так взял факел в зубы и вынес, обходя углы, чтобы огнем не задеть. Да с чего он вообще какого-то постороннего мужика слушается? Это же мой серый! Или не мой? Я как-то и забыла о том, что это не ручной пес, а разумное существо. Неудобно-то как! Это же получается, что все это время рядом со мной был практически мужчина, ну и что, что с лапами и хвостом, все равно почти человек. Надо будет извиниться, что ли.

– Как же здесь все сложно, – прошептала, забывшись.

– А там проще было? – выдернул меня из потока сонных мыслей голос сидящего рядом с кроватью мужчины.

Вздрогнула, легла и прошептала:

– Там меня никто не хотел съесть.

– Спи, – ответил мужчина.

Ну да, а что ему еще сказать? Как ни крути, а я права.

– Почему вы скармливаете своим правителям девушек из нашего мира? Чем местные не угодили? Или своих жалко? – не удержалась я от вопроса.

– Это не нам решать. Такова традиция, – тихо ответил Кристос.

– Фиговые у вас традиции, – всхлипнула я.

Ну вот, опять сейчас разревусь. Да что же такое-то? И понимаю, что нельзя раскисать, а все равно глаза на мокром месте!

– Мы живем по этим традициям уже не одно столетие. Не мы диктуем правила, не нам их и менять, – задумчиво произнес Кристос.

– Плывете по течению, как… Буратины, – буркнула я. – Вот ты мне объясни, зачем вам вообще эти ваши правители сдались?

В темноте, лежа на кровати, было проще обсуждать такую щекотливую тему. Да и что они мне сделают? Я же им целая и невредимая нужна, для прокорма властелина их заскорузлого.

– Они учат нас, руководят. Благодаря им у нас есть медицина, школы, развиваются науки. Мы начали осваивать магию, – принялся перечислять Кристос.

– И что, за те сотни лет, пока ваш великий и распрекрасный спал, все это стояло на месте, не развивалось? – усмехнулась я, пряча за смешком очередной всхлип.

– Развивалось, конечно, – кивнул мужчина.

– Так зачем они вам теперь? – вопросила я. – Чтобы девушек ни в чем не повинных им скармливать? Как я поняла, вы нас, неместных, им раз в столетие предоставляете. А все остальное время они ваших харчат! Оно вам надо, задарма их кормить?

– Спи, – приказал Кристос. – Не тебе об этом говорить.

– Ну и пусть они вас жрут! Меня-то один раз съедят – и все, а вас так и будут хомячить, – обиженно буркнула я.

Повертелась еще немного и все же уснула, устала слишком, переволновалась.

А утром проснулась уже одна. Сбежал мой телохранитель. Встала и пошла на запах еды. На кухоньке уже вовсю хозяйничала Дарка, что-то варила-жарила на пышущей жаром печи, рядом крутился серый. Они, похоже, поладили.

– Встала, – констатировала женщина. – Завтрак уже почти готов.

– Спасибо, я не голодна, – ответила и уже хотела вернуться в комнату, когда Дарка меня окликнула.

– Ты это брось, есть нужно хорошо, – проговорила она.

– Зачем? – задала я провокационный вопрос.

– Смотрю я на тебя, девка, и вижу, что не дура, все понимаешь, – оторвавшись от плиты, произнесла женщина. – Так ты уразумей: чем сильнее будешь, тем больше шансов у тебя.

– Каких шансов? – заинтересовалась я.

– Выжить, – бросила она, возвращаясь к помешиванию чего-то аппетитного в небольшом котелке.

– А что, есть и такой вариант? – искренне удивилась я.

– У тебя – навряд ли, – покачала она головой. – Худая слишком, маленькая. Мне прабабка рассказывала, что в невесты Залиеку привели девку здоровую, румяную да полнокровную, так она выжила. Но ты надежд не оставляй, говорят, наш хозяин жалостливый. Если в разум до твоей смерти войдет, может, и выживешь.

– И с чего мне такое счастье? Откуда такая откровенность? – хмыкнула я.

– Так Кристос сказал, что ты все знаешь, – пожала необъятными плечами Дарка.

– А-а-а, ну да, конечно, – согласилась я.

Значит, все правильно поняла. Но знаю-то не все! А ну подайте мне этого вашего чумного Броню, я его на полное посвящение в местные реалии раскручу.

– Ладно, давайте ваш завтрак, двойную порцию. Отъедаться буду, – передумала я.

Серый глянул на меня искоса, шумно вздохнул и улегся посреди кухни, как раз между печью и столом. А в этот момент Дарка сняла с печи котелок, ухватив его тряпицей, и пошла к столу. Итог этой пасторали был закономерен: завтрак на полу и частично на сером, сам серый с визгом катается по полу (еще бы, горячо же!), а Дарка орет на всю округу, да так задорно и заковыристо, что я даже заслушалась.

Если бы серого не ошпарило, Дарка его сама, наверное, пришибла бы. А так только косилась злобно, вытирая пол, и приговаривала: «Так тебе и надо, чучело лохматое. Да чтоб ты оплешивел, изверг! Чтоб у тебя хвост облез! Зараза на мою голову».

На шум прибежал Данисто, видимо сменивший на посту Кристоса, посмеялся, посочувствовал серому и добродушно улыбнулся мне.

– Ну как устроилась? – спросил он.

– Жить можно, – криво улыбнулась я в ответ.