Королева Воздуха и Тьмы - Кассандра Клэр

— Эта гниль была ликвидирована позапрошлой ночью, — сказал Джейс. — Командой Нефилимов и Дивного народца, работавшей вместе. После этих слов тишина была нарушена гулом беспорядочных голосов.

— Но мы не единственные Нефилимы, работавшие с фейри, — сказала Клэри. — Когорта и нынешний Неблагой Король, Обан, тоже находятся в союзе. Именно Когорта возвела его на трон.

— Откуда нам знать, что это правда? — крикнул Хоакин Коста Ромеро из Института Буэнос-Айреса. Он сидел рядом с девушкой-оборотнем из Франции, обнимая ее за плечи.

— Потому что они не сделали ничего, кроме как лгали вам, — сказал Марк. — Они сказали вам, что Джейс и Клэри мертвы. Они сказали вам, что дивный народ зверски расправился с ними. Но вот они, живые.

— Зачем Неблагому Двору соглашаться быть частью плана, при котором их обвинили в убийстве? — спросила Вивиан Пенхолоу. Все посмотрели на Джулиана в ожидании ответа.

— Потому что Когорта и Неблагой король уже договорились о том, что именно они получат от этой партии, — сказал он. — Переговоры — это спектакль. Вот почему Гораций задействует проекцию — чтобы каждый Сумеречный охотник это видел. Поскольку спектакль важнее, чем результат. Если о Горации Дирборне будут думать как о человеке, способном получить желаемое от Дивного Народца, то доверие к Когорте будет настолько сильным, что мы никогда не сможем их сместить.

Эмма попыталась скрыть улыбку. Ты действительно вернулся, Джулиан, подумала она.

— Это правительство, способное ради контроля на все, даже на убийство, — сказал Джейс. Ухмылка исчезла с его лица и сколь-нибудь притворное веселье тоже, оно было твердым и холодным. — В этот раз это были мы. К счастью, мы выжили и стоим здесь, чтобы рассказать вам нашу историю. Инквизитор призван быть голосом Закона. Но никак не прятаться за ним и использовать его как оправдания убийства своего же народа.

— А как насчет убийства тех, кто не Сумеречный Охотник? — спросил Нага, сидящий рядом с семьей Кео.

— Мы так же против этого, — ответил Джейс.

— В нашем правительстве и прежде бывали безнравственные люди, — сказал Джулиан. — Но сейчас все по-другому. Когорта сломала систему, которая смогла бы исправить ситуацию. Они манипулируют Конклавом, манипулируют всеми нами. Они создают иллюзию угрозы, чтобы контролировать нас всех через страх. Они заявляют, что фейри убили Джейса и Клэри, чтобы смочь объявить необоснованную войну, и под покровом этого хаоса они посадили нашего Консула в тюрьму. Кто может выступить против войны теперь? Белокурый нефилим поднял руку.

— Оскар Линдквист, — сказал он. — Стокгольмский институт. Вы говорите, что мы не должны отправляться в Аликанте? Переговоры назначены на завтра. Если мы не прибудем туда сегодня вечером, нас сочтут дезертирами. Предателями.

— Нет, — сказал Джулиан. — На самом деле нам нужно, чтобы вы присоединились к другим Сумеречным охотникам в Аликанте, как будто все в порядке. Не делайте ничего, что может привлечь внимание Когорты. Переговоры будут проходить на Нетленных Полях. Мы — сопротивление — собираемся вмешаться в разгаре переговоров. Мы представим наши доказательства, и когда это будет сделано, вы будете нужны нам, чтобы поддержать нас и привлечь Конклав к ответственности за то, что они сделали.

— Мы и есть доказательство, — добавил Джейс, указывая на себя и Клэри.

— Я думаю, они это поняли, — пробормотала Эмма.

Она заметила, как Джем удивленно на нее посмотрел, и напряглась. Это ужасно настолько, что я бы никогда этого не повторил. Я никогда не сделал бы этого. Ни при каких обстоятельствах. Она решительно выкинула его слова из головы. Она не могла думать об этом прямо сейчас.

— Зачем делать это во время переговоров? — требовательно спросила Морена Педросо, глава Института Рио. Рядом с ней сидела скучающая девушка, на вид возраста Дрю, с длинными коричневыми волосами. — Почему бы не противостоять им раньше?

— Гораций хочет, — нет, ему необходимо — чтобы каждый видел, как он одерживает победу над войсками Неблагого короля, — ответил Джулиан. — Каждый Сумеречный охотник в Идрисе будет наблюдать за ним посредством огромной Проекции. — Среди Нежити послышался ропот удивления. — Это означает, что они смогут видеть и слышать не только его, но и нас, если мы присоединимся к нему. Это наш шанс. Когорта соберет всех так, как мы не способны собрать. Это наша возможность показать всем Сумеречным охотникам, что Когорта из себя представляет на самом деле.

— А что если дело дойдет до сражения? Мы будем сражаться с другими Сумеречными охотниками, — сказал Оскар Линдквист. — Я уверен, что я не единственный, кто не хочет этого.

— Надеюсь, мы сможем сделать это без боя, — сказал Джулиан. — Но если до этого дойдет, мы должны быть готовы.

— Итак, у тебя есть план для Сумеречных охотников, — сказала Гипатия Векс. Она посмотрела на Кита и Тая и подмигнула; Эмма задалась вопросом, что это было, но не было времени зацикливаться на этом. — Как на счет нас? Зачем ты позвал сюда Нежить?

— Свидетельствовать, — сказал Джулиан. — Мы связаны. Мы на одной стороне — против Когорты. Мы знаем, что мы лучше, сильнее, когда работаем вместе. И мы хотели, чтобы вы знали, что даже если Когорта влиятельна и полна ненависти, она в меньшинстве. У вас есть союзники. — Он оглядел комнату. — Некоторые из вас будут с нами. Киран, Сын Короля. Магнус Бейн. Но что касается остальных — после того, как Сумеречные охотники пройдут через Порталы в Идрис, вам нужно будет вернуться домой к своим. Потому что, если мы не свяжемся с вами после переговоров, вы можете считать, что мы потерпели поражение. И если мы потерпим поражение, вы будете в опасности.

— Мы можем противостоять Когорте, — сказала Нене, и Марк удивленно посмотрел на нее. — Их значительно меньше, чем обитателей Нижнего мира.

— Если мы проиграем, Когорта станет не единственной угрозой, — сказал Джулиан. — Как только добрые Сумеречные охотники больше не смогут противостоять им, они начнут уничтожать и контролировать обитателей Нижнего мира. И пока они будут заняты этим, никого не останется, чтобы противостоять волне зла из других миров. Они так заботятся о своих предрассудках, своей воображаемой чистоте и своих законах, что забыли про свою главную задачу: защищать этот мир от демонов. Шепот прошелся по комнате — вдох ужаса.

Я видела мир, наводненный демонами, хотела сказать Эмма. Там нет места для нежити.

— Мы армия, мы сопротивление, — произнесла вслух Эмма. — Мы ищем справедливости. Мало не покажется, впрочем, будет только хуже. Чем дольше мы ждем, тем больше ущерба они нанесут, и тем больше крови прольется в попытке остановить их.

— Гораций не хочет войны, — сказала Диана. — Он хочет славы. Если появится угроза открытого столкновения, опасности, я полагаю, что он отступит.

— Если мы армия, как мы называемся? — спросил Саймон.

Джулиан повернулся и вытащил булавку из свернутого холста, висящего на стене позади него. Как только гобелен развернулся, по залу прошла волна вдохов.