Мой друг Тролль - Анна Гурова

– Лейка?! – Дима страшно удивился, но еще больше обрадовался.– Ты что здесь делаешь?

– Я-то понятно! Я с ними приехала. А ты как тут оказался?

– А как я здесь оказался, надо спросить вот у этих людоедов,– Димка указал на вожака местных троллей.– Меня, блин, как будто спрашивали! Притащили – и всё! Мало мне, блин, эльфов! Так еще и эти сожрать норовят!

– Скалли! – строго произнесла Лейка.– В чем дело? Зачем твои родичи украли моего друга?

– Этого, что ли? – презрительно прогудел Скаллигрим.– Приспешник сидов. Законная добыча.

– Не надо меня грузить! – сердито заявила Лейка.– В Петербурге этих «приспешников» целая толпа, человек тридцать, я сама видела. Лично. С чего это вы притащили сюда из Питера именно Димку?

– Почему – из Питера? – удивился Скаллигрим.– Здесь его поймали. Жаль, сид его успел удрать.

– Здесь? – изумилась Лейка.– Здесь, в Швеции? – Она перевела взгляд на Диму: – Нет, ну это уже совсем интересно! Что ты в Швеции-то делал, друг мой?

Дима смутился.

– Так получилось,– туманно ответил он.– Обстоятельства сложились так, что мне пришлось уехать из России…

– Какие еще «обстоятельства»? – нахмурилась Лейка.

– М-м-м… личные.

– Ах «личные»!..

Лейка вспомнила «обстоятельства», о которых ей рассказала Катя, и глаза ее сузились.

– Тебе не совестно? – скандальным голосом осведомилась она.– Ты хоть понимаешь или нет, что это просто гнусно? Тебя хоть немного волнует, что чувствует Катька? Она там мучается, а он, такой,– «обстоятельства сложились»!

– Да я… При чем здесь это…– начал Дима, но только подлил масла в огонь.

– Значит, Катя уже ни при чем? А то, что ты ее пытался хамски соблазнить, а потом свалил – это тоже ничего? – Голос Лейки крепчал и набирал обертона. Визгливые.

Дима попытался перехватить инициативу.

– Лейка,– твердым голосом сказал он,– пожалуйста, не надо лезть в наши с Катей отношения. Ты не представляешь, что я пережил за это время…

– А мне плевать, что ты там пережил! Катька двое суток сидела у телефона, страдала, ночей не спала, а он, видите ли, решил в Швецию смотаться, развеяться от душевных мук! – возмущалась Лейка.– Даже не позвонил! Свинья ты, Димка! Я тебе больше руки не подам!

– Лейка, погоди, все не так было! Как будто я – нарочно! Так получилось. Я только о Кате и думал всё это время. Если бы ты знала, в какую ужасную историю я попал…

– Очень мне интересно слушать, что ты наврешь! – ехидно заявила Лейка.

– Почему это навру?

– Потому! Вы, мужики, все на один лад!..

Тут в разборку счел нужным вмешаться Скаллигрим.

– Угомонись, девица,– пророкотал он.– Мы все проголодались. А значит, надо побыстрее закончить допрос сиденка и заняться делом.

– Каким еще делом? – сварливо поинтересовалась Лейка.

– А это что за «шкаф»? – одновременно задал вопрос Дима.

– Это не «шкаф»,– сказала Лейка.– Познакомьтесь: Скаллигрим, капитан этого корабля и мой друг, кстати. А этот товарищ, который нам больше не товарищ – Димка, мой бывший одноклассник и страшная сволочь.

– Ну ты, Лейка, и друзей себе находишь,– ответил Дима, глядя снизу на могучую челюсть тролля.– Имей в виду: подружки твоего «друга» меня сейчас чуть не прирезали.

– И зря не прирезали,– кровожадно заметила Лейка.

– Да? А ты в курсе, что они хотели потом сварить из меня суп?

– Интересная идея!

Скаллигрим одобрительно поглядел на нее, потом нахмурился.

– Я уже не уверен, что это будет правильно,– пробасил он.– Конечно, лучшее, что можно сделать с сиденком,– это немедленно съесть его. Но в данном случае, возможно, это приятное и полезное действие имеет смысл временно отложить. Интуиция говорит мне, что стоит более тщательно допросить этого раба сидов, ибо он, несомненно, знает больше, чем намеревается сказать.

– Раб сидов – это кто? – удивилась Лейка.

Она как-то не проассоциировала Димку с уже упоминавшимся «сиденком».

– Вот эта пища и есть – раб сидов,– Скалли ткнул пальцем в Диму.– Как я уже сказал: вчера его поймали в логове сида. А сид этот мало того что убил одного из моих родственников, так еще и является нашим старинным недругом. Эта же пища,– большой тролль показал на Диму,– служит сиду. Вернее, служила. А теперь послужит нам. Пищей.

Скаллигрим ухмыльнулся. Ему понравился собственный каламбур.

– Как это – «служит сидам»? – Лейка оторопело посмотрела на Диму.

– Как раб,– пояснил Скалли.– Выполняет приказания. Раб полностью подчинен сиду, который его зачаровал. Он живет с сидом в противоестественном соитии, отдавая ему свою жизненную силу.

Лейка в ужасе посмотрела на Диму:

– Живет? Это в смысле…

– Ты чего несешь, толстяк?! – прорвало Диму.– Хватит бредить! Я не раб! Ни с кем я не живу!

Скаллигрим фыркнул:

– Врешь, пища! Ты ведь провонял сидом.

– Между нами ничего не было!

– Так-так,– раздался зловещий Лейкин голос.– С этого места поподробнее, пожалуйста. Что за соитие? Что за сид? Как зовут?

– Не знаю никакого сида!

– А я, кажется, знаю,– вмешалась вдруг троллиха, которая пару минут назад появилась в помещении, но будучи троллем, пусть и женского пола, оставалась незамеченной людьми.

Кунигунда подошла поближе, обнюхала Диму и с уверенностью сказала:

– Мне этот запах знаком. Это сид из «Вечной молодости», которого мне так и не удалось выманить. Значит, не врали, когда говорили, что тот сид в отъезде. А ты,– с укором обратилась она к мужу,– все ворчал, дескать, жена неловкая, совсем нюх потеряла…

– Сид из «Вечной молодости»? – ахнула Лейка.– Так ты с Кариной в Швецию уехал?! Ну ты и…– Лейка на пару секунд даже дар речи потеряла от возмущения.– Пока мы там, с Катькой, от бандитов бегали, от призраков спасались, ты тут с Кариной оттягивался?! Да тебя… Тебя живьем сожрать мало!!!

– Она меня похитила! – ввернул Дима.

Он уже потерял надежду оправдаться. Все равно Лейка его не слушала.

– Да-да, теперь это так называется! – ядовито восклицала она.– Не заговаривай мне зубы, я-то видела, как ты на нее пялился! Небось давно на нее губу раскатывал! Ну что, доволен теперь?!

– Всё не так! – рявкнул Дима.

Воспользовавшись передышкой в Лейкиных воплях, он быстро заговорил:

– Я встретил ее на улице, и она меня, типа, загипнотизировала. Лейка, я, честное слово, к ней даже не прикасался!

– Еще как прикасался,– хмыкнула троллиха.– Еще месяц-полтора – и был бы ты покойничек. Я такие вещи чую.