Тайны Энраилл - Ольга Савченя

А вот Роми неожиданно кивнул и, уставившись в землю, сказал:

— Ты прав. Возможно, Десиен своей помощью помешал тебе, и тогда…

— О нас не забыли, Вольные?! — Я стиснула плечи Кейела и выжидающе посмотрела на него.

Кейел помолчал, глядя мне в глаза, будто что-то рассмотрел в них, а после озвучил:

— У меня был балкор, а потом я заменил его тобой. Мне кажется, все должно было начаться с подсказки Нелтора. Ты увидела в его воспоминаниях рассата.

— Который спятил, помогая гильдии Очищения?

— Да. — Отвернулся и пробежался взором по хмурым лицам ребят. — Кто в Фадрагосе не слышал о нем?

— Только те, кому вообще не интересна история, — ответила Ив.

— Именно.

Я шумно выдохнула — даже мне довелось узнать о нем. Кажется, его историю рассказывал Волтуар, когда мы говорили о балкорах.

— С Аклена и Ил началось спасение Фадрагоса от затяжной войны, — тише продолжил Кейел, — и они оба были балкорами. А сейчас балкоры вымирают на севере, но есть надежда, что большая часть еще живет в замкнутой части, куда никто не может проникнуть.

— На сокровищницу смог бы выйти тот, кто изучал бы балкоров? Ты ведешь к этому? — Роми оплел хвостом ногу, и кончик ритмично застучал по сапогу.

— Думаю, да. Единственный, кто так подробно изучал их, — этот рассат. Я уверен, что в его трагической истории упоминается и лучший друг — Нелтор.

— И они оба были связаны с гильдией Очищения. — Кажется, я с трудом, но начинала вникать в запутанный клубок. — С эльфиорами, которые сейчас представляют мудрецов с названием Аклен’Ил.

Кейел кивнул.

— Думаю, где-то в его работах обязательно будет упоминание об озере в Хищном хребте.

— Как бы невзначай… — протянула я. — Они могли написать, что там спрятана частичка спятившего ученого.

— И кроме его шерсти и пера, кто-то с добрыми намерениями отыскал бы еще и странную записку с фрагментом карты, — влилась в рассуждение Елрех.

Роми воткнул кинжал в землю и поддержал:

— И записка — слишком простая подсказка, ведущая к скале, где умерла Ил. К тому же многие считают, что она была эльфиоркой. Это могло навести на мысли, что она тоже состояла в гильдии Очищения и ненавидела балкоров.

— И тайна Аклен’Ил снова стала бы одной из загадок, — мелодично произнесла Ив.

— И ты прав насчет того, что подсказку Нелтора слишком легко заполучить. — Роми подсел ближе к Елрех и, обняв ее, притянул к себе. Она с улыбкой положила голову ему на плечо.

Кейел хмыкнул.

— Будто проблемы с тайником Аклена и Ил были. Только на третьей подсказке все усложняется.

— Подождите! — Первая, третья… Скоро опять все их мысли растеряю! Я подползла к бумагам и свиткам, раскинутым рядом с Кейелом, и стала раскладывать подсказки в том порядке, в каком озвучили ребята. — Давайте разбираться постепенно.

«На хребте жизнь завораживающая, да неживая. Любуешься ею, но лишний раз не приближаешься. И только глубже заглянув, ответ на свой вопрос отыщешь».

«Любовь наградила ее крыльями, а тайна крыльев сожгла сердце любимого. Без него солнце погибло, ветер разжигал пламя необъятного горя, вода стала для нее смертельными силками, а горы обратились острыми клыками. Она, ослепшая, с разбитым сердцем, оглушенная собственным плачем, рухнула во тьму».

«Куда бы я ни повернулся, Солнце везде умирало»…

Поморщившись, я согласилась с ранним высказыванием Роми:

— Слишком сложно. Первую, может, и нашли бы в записях, вторая — прямо приглашение, которое нельзя игнорировать, но третью нереально просто взять и привязать к Своду Скверны.

— Если не знать мира, — наставительно парировала Ив. — Возле Лавового озера ты интересовалась лунным железом — так предлагали его назвать исследователи, но мудрецы запрещали. Говорили, что это ведьмовские метки, которые остались после войны, а ведьмы не заслуживают имен. Исследователи так же пробовали сжечь его, погнуть, распилить. Больше всего надежд возлагалось на самые крепкие кристаллы во всем Фадрагосе.

— На раутхут, — поняла я.

— А возле первого тайника его так много, что исследователь, который начал бы поиск правильно, точно рано или поздно подумал бы о раутхуте.

— И не будем забывать, что заботливые мудрецы помогали фрагментами карт. — Елрех с уважением посмотрела на Ив.

— Свод скверны не место для прогулок. — Кейел хмуро разглядывал подсказки передо мной. Кажется, мне удалось поселить в него сомнения. — Никакой исследователь не сунулся бы туда.

— Но я ведь пошла.

— Потому что с тобой были Вольные, — с насмешкой напомнил Роми.

По спине пробежался холодок, в мыслях всплыл давний разговор с Елрех — мое предположение о том, что я лишняя в Фадрагосе. Возможно, Ив и стала бы тем исследователем, которая из-за ненависти к балкорам, стала бы изучать их, как только в регион Цветущего плато пришла бы весть от северян, что эта раса жива и готова помогать в поимке ведьмы. Я тряхнула головой и прочистила горло.

Кейел тяжело вздохнул и рассудил:

— В таком случае искателя должна вести острая необходимость. Как у нас.

Елрех хохотнула, снова прижимаясь щекой к плечу Роми.

— Многие храбрецы рискуют жизнью ради самой сокровищницы, но вот рисковать жизнью ради разгадки — это надо быть фанатиком.

— Не будем гадать о мотивах выдуманного искателя, — покачивая головой, сказал Кейел. — Допустим, он бы справился со всеми загадками, но в правильном порядке. С каждой подсказкой, ему становилось бы труднее и труднее, но зная легенды и истории, справился бы без особого риска.

— В регионе Ночной смерти искал бы тайник днем, — предположила Ив, — а на ночь уходил из региона.

— А на острове в Лавовом озере спрятано священное кольцо, — заметила я. — Наверняка о нем есть упоминания в каких-то легендах. Их так много.

На Земле их точно не меньше…

Елрех, с сожалением глянув на меня, тихо произнесла:

— И только Холмы грез стали бы слишком серьезным испытанием для искателя.

— Последний шанс опомниться. — Кейел оторвал травинку и, прокручивая ее в пальцах, виновато опустил голову. — Сокровищницу охраняют бессмертные стражи. Встреча с ними — верная смерть.

Наступила гнетущая тишина, которую нарушал лишь треск костра. Я поежилась, стараясь не думать об этих стражах. Слишком рано бояться эту проблему, мы еще не отыскали саму сокровищницу.

— Все хорошо, но круг бы все равно замкнулся. — Мой голос прозвучал слишком звонко.

Ив вздрогнула, вырвавшись из глубокой мысли, а Елрех и Роми синхронно отстранились друг от друга. И только Кейел, оставаясь неподвижным, произнес: