Наречённая ветра - Литта Лински

— Ну это уже слишком, — Эвинол нахмурилась. — Пропустите меня немедленно.

— И не подумаю, — ухмыльнулся Айлен.

— Вы забываетесь, герцог!

— Напротив. Это ты все время забываешь, что я теперь король. И моим желаниям должны повиноваться как подданные, так и собственная жена.

— Напомнить вам, что ваша жена — королева? И, в отличие от вас, стала ею не сегодня, — Эви говорила тем непререкаемым тоном, какому учил ее отец, и сейчас это не составляло труда.

Холодный гнев переполнял ее, и лишь уроки отца не давали ему перейти в клокочущее бешенство. Ни в коем случае нельзя терять контроль над собой.

— Ты ведь тоже королева всего два месяца, моя дорогая, — ехидно напомнил Райн’яр.

— И все же подольше вас. Быстро же власть ударила вам в голову, братец!

— Хочешь уязвить меня родством? Зря стараешься. Будь ты мне хоть родной сестрой, это бы не умерило моей страсти.

— Не думаю, что хочу это слышать, — Эвинол покачала головой. — Признаться, вы пугаете меня.

— О, так вот в чем дело. Ты боишься, моя маленькая. А я, дурак, не понял этого сразу. Ну конечно же, ты напугана, дитя. Это естественно для девушки, тем более столь чистой, как ты. Но тебе не стоит бояться, любовь моя. Я буду нежен, клянусь, — он шагнул к ней, протягивая руки.

Эвинол плевать хотела на клятвы супруга, ее занимало лишь одно: сделав шаг к ней, он отступил от двери, освобождая ей путь. Эви тут же воспользовалась возможностью, проскользнув к двери. Она уже опустила дверную ручку, когда муж, обхватив ее сзади за талию, силой оттащил от двери.

— Я сказал, ты никуда не пойдешь, — он буквально волок ее через комнату.

— Пустите меня! — закричала Эви, отбиваясь. — Вы делаете мне больно!

— Поверь, я не хочу этого, — Айлен, открывая двери ногами, протащил жену через гостиную и будуар. — Ты сама вынуждаешь меня. Просто перестань сопротивляться.

— И не подумаю!

Она извивалась, пинала Райн’яра ногами, пыталась извернуться так, чтоб расцарапать ему лицо или схватить за волосы. Но все было тщетно: он держал ее слишком крепко и не собирался отпускать. Да и как можно сравнить силы взрослого здорового мужчины и больной измученной девчонки?

Открыв ногой последнюю дверь, король довольно ухмыльнулся.

— Ну вот мы и в спальне, моя дорогая. Пожалуй, стоит соблюсти традиции.

На мгновение муж выпустил Эви, но только для того, чтобы тут же подхватить на руки.

— Видишь, любовь моя, я переношу тебя через порог нашей спальни, как примерный супруг.

— Это моя спальня, и вам здесь делать нечего!

— Не согласен, — издевательским тоном возразил Айлен. — Уверен, я найду, чем здесь заняться.

Он наконец поставил Эвинол на пол, но лишь после того, как захлопнул дверь и провернул в ней ключ. Какая же она дура, что заранее отпустила всех слуг! Эвинол планировала сразу после пира переодеться и отправиться на скалу. Ей не нужны были свидетели. Кто же мог знать, что все так обернется? Сейчас бы она отдала половину своей короткой жизни за фрейлин и служанок в своих покоях.

Что же ей делать? Никак нельзя допустить, чтобы намерения Райн’яра осуществились. И дело даже не в том, что муж в одночасье стал ей омерзителен. Ветра хотят в жертву невинную деву. Если Айлен добьется своего, то все будет тщетно. Ураганы продолжат терзать Илирию, а ей до самой смерти, пусть и недалекой, придется жить во власти ужасного человека. Эви решила сменить тактику.

— Пожалуйста, ваше величество, — взмолилась она, на этот раз не забыв польстить супругу новообретенным титулом, — отпустите меня. Вы до смерти пугаете меня и причиняете боль. Я не верю, что рыцарская честь позволит вам поступить так со своей королевой и женой, которой вы клялись в любви.

Взывать к рыцарской чести распаленного мужчины, может, и не лучшая тактика, но если не имеешь сил победить врага в бою, то стоит прибегнуть к дипломатии.

К радости Эви, это сработало. Айлен поставил ее на пол и даже отступил на пару шагов.

— Любовь моя, — его лицо раскраснелось, глаза пылали лихорадочным блеском, а голос звучал непривычно глухо. — Меньше всего на свете я хочу быть грубым с тобой. Но ты должна понять. Я страстно люблю тебя уже много лет, и когда наконец мы соединились узами брака, я мечтаю лишь об одном — осуществить свою давнюю мечту, ставшую законным правом.