Хранительница дракона - Екатерина Елизарова

– Могла бы хоть посоветовать! Как вести себя, как выпутаться.

– Да пойми ты, для защиты я тебе не нужна. Камень сам по себе бережет тебя, разве нет? А те кочевники зла не помышляли. Горячие мужчины, вольные как ветер, – мечтательно протянула она. Судя по всему, малявка была неравнодушна к представителям противоположного пола. Удивительно просто.

– Отпад. И что же ты там-то молчала?

– Я тебе нянька, что ли? Я кладезь знаний, но думать за тебя и на каждый чих советы раздавать не нанималась!

– Ясно, – буркнула я, понимая, что спорить с волшебной врединой бесполезно. – Скажи тогда, кладезь, что это за магический вихрь такой был? Твердят же все, что магии не осталось.

– В двух словах не объяснишь, – отмахнулась саламандра. – Надо понимать теорию потоков, накопления и рассеивания магических частиц и много еще чего. Да и с каких пор тебя интересует наука? Ты ни разу даже не поинтересовалась содержимым самой драгоценной и правдивой из книг! Той, что предназначена исключительно для хранителей. Впрочем, о чем это я, тебе и до хранителей нет никакого дела.

– Вот тут ты не права, – обиделась я. – Я бы с удовольствием прочла ее и узнала о хранителях больше, но вместо слов вижу одни закорючки!

– Читать не обучена? Чудесно! – съязвила маленькая зараза. – И с таким-то арсеналом умений ты пренебрегаешь мною?! А ведь чего стоило быть чуточку обходительнее, обращаться ко мне уважительно и почтительно, как и подобает магическому стражу и спутнику. Я истинное сокровище и полна сюрпризов для тех, кто сумеет разгадать мои секреты.

Я фыркнула и скривила губы в скептической ухмылке. Забавно, но это подействовало!

– Ладно-ладно, – пошла на попятную саламандра и, соскользнув с моего плеча, шмыгнула к лежащему на столе свертку. – Распаковывать тоже самой?

– Сейчас, – пробормотала я и развернула пергамент.

– Книга эта не так проста. Сокровенное сокрыто от чужих глаз, и только обладающий ключом может познать истину и разглядеть то, что невидимо другим. А ключ – это я.

И она просунула кончик своего хвоста в неприметное отверстие на обложке.

– Теперь смотри! – произнесла торжествующе.

– Не хочу тебя разочаровывать, – медленно протянула я, перелистывая страницы. – Но ровным счетом ничего не изменилось.

– На что ты намекаешь?! – тут же вспыхнула саламандра. Причем в прямом смысле! Она покрылась язычками пламени, заставив меня отскочить и порадоваться, что сейчас она не на мне!

– Остынь, Сафьяна, – с перепугу даже назвала ее по имени. – Ни на что я не намекаю! Просто не вижу, и все!

Саламандра замерла, на пару мгновений будто уйдя куда-то в себя, а потом тихо сказала:

– Почти уверена, записи откроются тебе, когда придет время. Когда связь твоя с Армагаром окрепнет.

– Только это и слышу, – буркнула я раздосадованно и плюхнулась на кровать. – Ты уж не обижайся, но поддержки от тебя маловато. А голова и так кругом.

– Какой запущенный случай. Мало того что девка, так еще и… – снова принялась за свое саламандра, но на этот раз я не выдержала и оборвала ее:

– Слушай, ну сколько можно?! Как насчет обращаться чуточку поуважительнее ко мне, а?

– Ну наконец-то, – произнесла эта негодница таким тоном, что не хватало только, чтобы всплеснула руками… кхм… лапами. – Уважение – это именно то, что должны выказывать хранителю. Все. Даже я. Но для начала тебе нужно прекратить мямлить, осознать до конца свою великую роль, стать осведомленнее и мудрее.

– Ага, и еще пол сменить, – хмыкнула я.

– Да уж, тут Армагар удивил, но на все его воля, а потому… Что ж, думаю, о предыдущих хранителях я тебе расскажу и без книги. Кратко и один раз. Так что запоминай. Первым хранителем стал Великий Мафор, один из одиннадцати сильнейших магов Орта. Тот, кто не только одолел Санума, но и запечатал дух Армагара в камень. Он был уже немолод, возложив на себя эту миссию, но оберегал дракона дольше других и был поистине Великим. Ганурт, второй хранитель, и вовсе не являлся магом, но Армагар избрал его. В его времена не осталось в живых уже ни одного из сильнейших, да и сам Ганурт не отличался решительностью, легко подпадал под чужое влияние, особенно в старости. Увы, но именно он подготовил почву для появления Ложи. Третий хранитель, Бирт, оставил глубокую рану в моем сердце, на закате своей жизни отдав предпочтение магистру Ложи, а не мне! А ведь был так хорош и даже мудр! – Сафьяна замолкла так надолго, что я уже думала окликнуть ее. – Последние его годы, увы, я спала и знаю лишь то, что ушел к праотцам он подозрительно рано, – закончила она печально. – Стоит ли удивляться, что учеником Бирта и новым хранителем стал сын магистра! Конечно, Армагар не избрал бы корыстолюбца. Амрок был чист и открыт сердцем, но чересчур подвержен влиянию Ложи. Ему открыться я не пожелала. Насколько вижу, при его попустительстве эти выскочки вконец обнаглели, возомнив себя распорядителями магии высших. Непостижимо!

– Почему же ты рассказываешь все это мне? – тихо спросила я, действительно не понимая. Ведь я не нравилась ей, а выходит, «дружила» она далеко не со всеми хранителями.

– Ты наша последняя надежда, – горько усмехнулась саламандра. – Не то чтобы я могу совсем наплевать на этих людишек, все же во мне частичка самого милостивого Армагара, но… Его судьба волнует меня куда больше. Вечное заточение в куске камня в чужом мире – не то, чего достоин благороднейший из высших!

– Как все это сложно, – простонала я.

В самом деле, хотелось выть. Одно дело – быстренько отделаться от камня и забыть обо всем, совсем другое – когда на тебя вываливают столько непонятного, чуждого и печального. Когда на какое-то короткое мгновение тоска, сквозившая в голосе магической спутницы, проникает в самое сердце.

А потому, увидев бесцеремонно ворвавшегося в комнату, по обыкновению, когда он спешил, раскрасневшегося и запыхавшегося Ларсеса, я даже обрадовалась.

– Обучать тебя протоколу времени уже нет, – на одном дыхании выпалил служитель, – так что просто делай то, что скажу. Ничего сложного. Да. Подойдешь, снимешь камень, поместишь в жезл, дождешься излития и заберешь.

– И как я пойму, что это ваше излитие закончилось? – опешила я.

– Поймешь. Потоки иссякнут, значит, все. Армагар сам определяет, сколько силы даровать. Всегда примерно одинаково и пропорционально размеру королевства. Ничего сложного, – повторил он суетливо. – Все, идем же!

И кто бы знал, что все окажется далеко не так безобидно.