Сильномогучее колдунство - Тимофей Царенко

На террасе Рей похмелял попугая. Жалобно стонущая птица жадно приникла к стакану с разбавленным вином. Вид она имела понурый, перья повисли и потеряли блеск.

— Опохмел — верный путь к запою. — Поучал птицу инвалид. — Если ты будешь неумерен в питии, то закончишь как бедняга Илая.

— А что не так с мистером Эджином? — Ричард с голым торсом и полотенцем на плечах присоединился к душехранителю.

— Все плохо! — Горестно вздохнул гигант. — Все очень, очень плохо. Нажирается как гусь перед забоем. Ведет себя по-свински, приближает свою гибель.

— Странно, будь это иначе. Вы же его вчера заставляли пить под дулом пистолета. А после гоняли по городу и заставляли петь песенку «а нам все равно, а нам все равно, наша жизнь и так говно». Мистер Салех, что за безвкусица? Хотите, сочиню вам пару похабных стишков? — Неожиданно предложил Гринривер.

— И с каких пор ты заделался в поэты? — Рей с удивлением уставился на Ричарда.

— Увлечение юности. Когда у тебя шестеро старших братьев, ты априори хуже всех дерешься и медленнее всех бегаешь. Но мои дразнилки всегда были самыми обидными. Так в чем же горестность пути мистера Эджина? Объясните нашему новому другу! — Ричард, в кои то веки избавленный от назойливой педагогики своего компаньона, пребывал в редкостном благодушии.

— Скатишься, ты, важный птиц, на самое дно общества и закончишь свою жизнь на краю земли в компании двух подонков. И ни одна душа не вздохнёт о тебе с сожалением. — Вкрадчиво произнес Рей, подливая попугаю в стакан.

Из-под стола раздался полный горя всхлип, переходящий в рыдания.

Приятели аж растерялись.

— Да ладно тебе переживать, Илая, обещаю по тебе грустить, если ты умрешь. — Принялся утешать репортера инвалид, растерявшись.

— Вы лучше ему денег займите, крупную сумму. — Выдвинул идею Ричард

— Зачем? — Удивился Салех.

— Тогда в случае его смерти вы точно будете сожалеть о его кончине. — Любезно ответил молодой аристократ.

— Неплоха идея, Илая, давайте я займу тебе денег? — Заявил бывший лейтенант с нездоровым энтузиазмом. — У меня скопились значительная сумма, после событий в столице!

Рыдающий под столом Эджин довольно резво поднялся на четыре опорные конечности и дал деру. Да так быстро, что Рей лишь восхищено цокнул языком.

— Нашему интенданту явно надо учиться на разведчика. Все задатки есть. Армия сделала бы из него человека. — Выдал свое резюме Салех, потягиваясь.

— Или труп. — Флегматично заметил Ричард, разворачивая относительно свежую газету.

— Раз на раз не приходится. — Пожал плечами громила. — Наши дальнейшие планы?

— Посетим ратушу, представимся мэру. Закупим снаряжение, наймем транспорт и отправимся по месту проведения миссии. Мне безумно нравится это место, но оно действует на меня расслабляюще. — Честно признался молодой человек.

— И даже кровавые надписи на стенах не напрягают?

— Да что бы вы понимали! — Усмехнулся Ричард. — Это же настоящее таинственное послание! Как в книжках знаменитого Эрике Грина: жуткий тайны, потерянные города, таинственные незнакомцы и не менее таинственные дела!

Рей уставился на нанимателя так, словно тот отрастил на лбу пару зубов. После чего с подозрением понюхал вино. Потер лоб.

— Вас что-то смущает? — Уточнил графеныш, с интересом наблюдая за тем, как его телохранитель осторожно нажимает на уголок глаза, силясь понять, галлюцинирует ли он или нет.

— Да нет, все нормально. Просто я только что подумал, что и впрямь, нам надо торопиться. А то я начну разбивать сад, ты будешь писать книги, а бедняга Илая заведет семью и не умрет героем. — Ответил Рей, потирая макушку. — Или я просто перегрелся. — Добавил громила уже тише.

Здание городской ратуши, было, кажется, полностью выложено белым мрамором. И больше напоминало какой-то странный дворец. Белые колонны, белые стены, белые потолки, небольшие витражные окошки. Внутри оно хранило прохладу. Все службы города располагались под одной крышей. Но народу было немного. Мэр нашелся в саду, в небольшой круглой ротонде.

— О, мистер Гринривер, мистер Салех, рад встрече! Ваш спутник…

— Эдж… — Начал было бледный репортер, что никак не оправился от похмелья.

— Впрочем, не важно, все равно длительное знакомство мы не заведем. — Закончил мэр, суховатый старичок в короткой рубашке и бриджах. Он пил кофе из крошечной чашки и взирал на гостей каким-то отстранённым взглядом. — Пожалуйста, напишите письма и оставьте завещания у секретаря. Когда сюда приедут безутешные родственники, имперские дознаватели, частные детективы, кредиторы и боги знает кто еще, я бы хотел иметь возможность подкрепить свои слова документально. Впрочем, если вы хотите кого-то забрать с собой на тот свет, пожалуйста, я с удовольствием отправлю любого по вашему следу. — Мэр сделал маленький глоток и взял со стола крохотное пирожное.

— Так все плохо? Мистер Шекли тоже нас помянул. Даже устроил пир по этому случаю.

— А как же, уже наслышан о ваших похождениях. Зря вы, конечно, беднягу топить стали. Он искренне огорчился. — Горестно вздохнул мужчина.

У Ричарда дернулась щека.

— То есть вы тоже даже не предполагаете, что мы вернемся живыми? Можно дать хоть какие-то подробности? Если там так все плохо, я в силах нанять небольшую армию.

— Обитатели окрестных лесов вам только спасибо скажут. — Мэр был настроен пессимистично и на своих гостей даже не смотрел.

— Вы слабо себе представляете мои финансовые возможности. Мистер Салех, я редко озвучиваю подобную просьбу, но будьте добры, продемонстрируйте многоуважаемому мэру, насколько сложно меня убить, только аккуратнее, не запачкайте мне одежду…

— Оставьте! Не пришли сопроводительные документы, канцелярия их рассылает почтой. Я знаю, что вы бессмертны, у меня есть копии личных дел. — Мэр поднялся с кресла, демонстрируя сильное раздражение. — По какой-то причине на самом верху считают, что вам миссия под силу. Но молодые люди, канцелярия далеко, а я здесь. Мой вам совет, смените лица, отправьте за город иллюзии или гомункулов. Оформи вас как регулярно прибывающих сюда авантюристов. Все равно их никто не считает, а я держу парочку трупов «пропавшими без вести». Это встанет вам не дешево, но раз у вас нет ограничений в деньгах…

В руках Ричарда возникли сферы и он стер из реальности ближайшую статую. Вернее, часть ее, оставив от огромного каменного тигра только брюхо, голову и лапы.

— Никогда Гринриверы не праздновали труса! — Прорычал молодой человек сквозь потоки ураганного ветра.

— Угомонитесь! — Рыкнул мэр в ответ. — Я всего лишь пытаюсь спасти ваши никчемные жизни!

Собеседники буравили друг друга взглядом. Ричард опустил руки. Сферы исчезли, ветер стих.