Пленница проклятого демона - Ольга Силаева

— Нет, — мгновенно ответил конвоир, стоящий сзади. — Дралась хорошо, но как умелая наёмница, не больше.

— Ножки у неё тяжёлые, — с насмешкой добавил другой, глядя на напарника, который всё ещё не мог выпрямиться до конца. — Бьюсь об заклад, она неплохо их раздвигает.

Церон кивнул:

— Хорошо. Значит, об этом беспокоиться не стоит. А её дружок?

— Сбежал, — неохотно сказал один из конвоиров.

— И она знает куда?

— Нет, — с торжеством сказала я. — И вы не узнаете.

Церон нахмурился:

— Ты лишила меня добычи, — негромко сказал он. — Знаешь, что сейчас с тобой будет?

Я пожала плечами:

— То же, что и со всеми остальными, я полагаю.

— Верно. Что ж, начнём.

Он сделал жест, которого я не поняла, но мои конвоиры, вероятно, поняли очень хорошо: все трое мгновенно достали ножи.

Я напряглась, ожидая удара. Если они намереваются освежевать меня прямо сейчас, им очень не повезло. Я буду драться насмерть.

Церон с усмешкой смотрел на меня:

— Маски поступили бы с тобой по-другому, — задумчиво сказал он. — Публичная казнь. Глупость. Такая растрата живой плоти, право. Куда надёжнее здесь, в темноте. Ты и я — и мои люди, которым я, возможно, отдам тебя перед тем, как предать в руки смерти. Твоя сила не уйдёт в никуда. Надеюсь, ты найдёшь в этом утешение.

Он наклонил голову, глядя на моих конвоиров.

— Приступай ты, — наконец указал он. — Ведь это ты её уложил?

Конвоир в блестящей полумаске поклонился.

— Как удачно. Не торопись.

Я замерла на коленях, не шевелясь. Впрочем, со связанными за спиной руками я мало что могла сделать.

В следующую секунду наёмник быстро и умело спорол с меня остатки куртки ножом и швырнул их в сторону, предварительно обыскав. Короткий нож и крошечный набор с отравленными дротиками упали на пояс с зельями.

— Хорошо платят наёмникам, — с ухмылкой заметил он. — Жаль, что ты сходила на своё последнее дело.

Я посмотрела в его лицо. Под бесстрастной золотой маской расцветала похотливая ухмылка.

— Я видела, как дерётся настоящий воин, — негромко сказала я. — Тебе до него далеко.

Церон скрестил руки на груди:

— А вот это интересно. Мои люди — лучшие в Рин Дредене. До кого же им далеко?

Я молчала. Я осталась в одной рубашке, которая еле держалась на плечах, передо мной истекала демонской кровью пентаграмма, вокруг царила полутьма, и меня всё сильнее охватывало чувство, что ничего из того, что я им скажу, не будет иметь значения.

— Может быть, я даже я не отдам тебя своим людям, когда тебя уложат в пентаграмму, — промолвил Церон. Его дыхание сделалось заметно тяжелее: он глядел на мой обнажённый живот, едва прикрытый остатками рубашки. — Мне редко попадаются девы, неспособные рыдать и умолять. Впрочем, я ещё не решил.

Он подошёл ко мне, и сухие пальцы взялись за мой подбородок.

— Если я ему прикажу, он очень грубо тебя разденет, — Церон кивнул на наёмника. — И очень жестоко продолжит. Но я могу позволить тебе побыть одетой… какое-то время. Если ты меня развлечёшь, ответив на мои вопросы.

Я перевела дух. Именно это мне и нужно, правда? Тянуть время. И по возможности — не дрожать. Потому что этот демон очень, очень хочет, чтобы я задрожала, — и тогда, потеряв ко мне всякий интерес, он приступит к делу.

— Хорошо, — произнесли мои губы. Я не смотрела на Церона: я глядела только перед собой. От этого демона исходила сила, и что-то подсказывало мне, что пальцы, придерживающие меня за подбородок, были куда опаснее похотливых рук, сорвавших с меня куртку и пояс.

— Ты говорила о настоящем воине, — обманчиво мягко напомнил Церон.

— Тень, — проронила я. — Я видела, как он дрался.

— Тень… — промолвил Церон. — Тень.

Он не добавил ничего. Я кивнула на его людей:

— Они сказали, что Тень проклят. Вы знаете как?

— Я многое знаю. — В глазах Церона появился мрачный блеск. — Ты восхищаешься им, девочка? Видела, как он сражается? Представь же, как должна быть сильна рука, которая направляет такого воина.

— Рука Триумвирата, — прошептала я.

— О да, Рука Триумвирата. Бесполезные маски. — Церон фыркнул. — Это должна быть моя рука, и скоро он будет карать моим и только моим именем.

Он сжал мой подбородок сильнее.

— Откуда ты вообще его знаешь? Тень не являет себя кому попало.

Его палец вдруг нажал на незнакомую точку на моём горле, и меня пронзила слепящая боль. Дьявол!

— Я жду, — напомнил Церон.

— А я молчу.

Я не собиралась рассказывать им про Тень ничего. Абсолютно ничего. История нашей с Тенью встречи принадлежала мне и ему, и никому больше.

— Вот ты как, — медленно произнёс Церон. — Что ж, продолжим иначе.

Церон снова сделал незаметный жест, и другой наёмник шагнул ко мне, грубо оттолкнув своего товарища в сторону.

— Хватит загребать всё веселье, — пробурчал он. Наклонился, с усмешкой проверил мои связанные руки, поглядел в глаза — и дёрнул рубашку, распарывая её пополам.