Суженая мрака - Ольга Гусейнова

«Юные даны, извольте вернуться к занятиям, у нас еще слишком много важного и интересного на сегодня! Сущие негодники!» — на весь сад разорялся дан Мойрис — умный дракон, красивый и замечательный, но с двумя кошмарными недостатками: жутким голосом и до неприличия сильной тягой к обучению других, прямо-таки патологической.

Даже я, зубрилка, как меня дразнят братцы, страдаю на его уроках. Стоит этому многоуважаемому дракону открыть рот, как тут же создается ощущение, что боги с Земли перенесли на Игаю еще и строительный перфоратор, чтобы растрясти последние мозги у бедных учеников. У дана Мойриса еще ни разу за пять лет нашего обучения никто не заснул на уроке. Ни разу! А успеваемость какая? А количество усвоенного материала? Да мы столичную академию Халеи переплюнем по знаниям уже сейчас, а та известна на всю Игаю.

И «виноват» в этом дядюшка Майдаш, чтоб его Кло из своей постели выгнала хоть на недельку. Этот серый паникер решил, что у нас слишком много свободного времени, раз пацаны по тайным ходам лазают, а я о гаремах думаю. Ну не понял он моей иронии, а я за ту дурацкую шуточку уже пятый год расплачиваюсь. Жизнь — боль!

Под зубодробительный рев учителя мальчишки неслись впереди, почти стелились по земле, невидно-неслышно. Иногда в листве угадывалась то синяя макушка Тайрена, то серая Лиира, но стоило им увидеть, что их собственность и подопечная Алера Ашарвис-Вайлет не отстает и следует за ними как привязанная, они снова призраками растворялись среди растительности. Да, как-то незаметно, к восьми годам, мы с побратимами поменялись ролями и теперь, вместо ведущей, я превратилась в ведомую. Опять-таки, раз я девочка, то с пяти лет обязана носить положенную драконьему слабому полу одежду, поэтому меня наряжают, как образцово-показательную куклу. В итоге, при любой вылазке из замка собираю шикарным подолом всевозможные колючки.

Наконец наша троица пробралась в тайное логово — маленькую полянку в окружении колючего малинника. Плюхнувшись на траву, я продышалась и старательно расправила подол красивого синего платьица с причудливой вышивкой. Несмотря на мою «золотую» родословную, как приемная дочь я принадлежу семье Вайлет, соответственно, вместе с другими сородичами ношу одежду в синих тонах. Да чего от себя правду таить, красивые вещи я и в прошлой жизни любила, и теперь не прочь принарядиться. Жаль, девчачий гардероб не всегда удобен во время подобных похождений.

Приведя себя в порядок, я обратила хорошо отработанный царственный хмурый взгляд на побратимов. Тайрен в свои восемь лет выглядит, как здешний десятилетний пацан, крупный, выше меня на голову, с ярко-синими растрепанными волосами, которые густой копной торчат вокруг головы. В отличие от меня, нарядной девочки, на нем легкий длинный кафтан, удобные штаны и мягкие туфли, напоминающие земные мокасины. И сверлит он меня не менее хмурым, нереально синим взглядом. Глаза у него вылитые отцовские.

Лиир походит на тень. Худощавый, чуть выше меня мальчик в привычной его Серому клану одежде — том же длинном кафтане, штанах и мокасинах. Светло-пепельные волосы вместе с дымчатыми глазами, серой одеждой и спокойным, даже порой флегматичным выражением миленького детского лица могли бы ввести в заблуждение любого, кто видел Лиира. Но на «серого ангелочка» этот проныра походил лишь до года, пока не научился криво ухмыляться. Теперь они с Тайреном ведут негласное соперничество за кто «на свете всех милее, всех румяней и белее», вернее, применительно к обстоятельствам, — главнее. Но с переменным успехом лидирую пока я, правда мое коварное «ха-ха» слышит лишь мой «сожитель» — древний дракон.

— Ну и зачем мы сюда притащились? — строго спросила я, глядя на обоих виновников нашего побега с урока. — Дядя Хашер лишит сладкого, а дядя Майдаш может запросто придумать что-нибудь более существенное.

— Да ладно, тебе, Алера. Что может быть хуже дана Мойриса? — махнул рукой Тайрен, он с рождения отличался прямотой выражения своих мыслей. — Просто у меня уже нет сил сидеть за столом смирно, все чешется.

— Тебе что отец сказал? Сладкого надо поменьше есть, тогда морда будет меньше, а силы больше, — парировал Лиир в своей привычной ехидной манере.

Я мысленно согласилась с Тайреном: сидеть смирно и не двигаться — это героический подвиг, на который и сама уже не способна. Странно, но мы втроем последние три дня мучились «почесухой» и чем дальше, тем сильнее. Вот что совместное проживание творит: кто-то подцепил заразу, а страдаем вместе. Хотя кожа у всех троих чистая, ни каких проявлений «заразы» я тоже не нашла. Терпеть сил нет, надо бы родителям признаться, но вдруг решат, что мы очередную проказу сотворили, вот и обзавелись последствиями?

Из-за почесухи настроение у всех было поганым, поэтому я добавила к замечанию Лиира свои «пять копеек»:

— Что может быть хуже дана Мойриса? Дядя Майдаш легко добавит нам второго учителя за прогулы. Представляешь, сразу два дана Мойриса будут нас учить… всему… и до самого второго совершеннолетия? А двадцать пять лет еще ой как нескоро…

Но вместо Тайрена нахохлился Лиир и неожиданно выдал:

— Вам-то, конечно, хорошо, вы из одного клана. И дядя Хашер добрый. А я? Как только вылетит мой дракон, отец заберет нас с мамой в Серый клан. И дана Мойриса тоже! Вот что еще хуже!

— Не бойся, мы что-нибудь придумаем, чтобы оставить тебя с нами! — Тайрен тут же пересел к другу и приобнял его за плечи.

Я перебралась к братцам и взяла их за руки, тоже поддерживая. Пережить второе рождение, кошмарную бойню, а потом стать членом большой и такой замечательной семьи дорогого стоит. Делить вот уже восемь лет одну комнату с побратимами, да еще и стать их невольной нянькой и участником всех проказ — все это крепко связало нас узами родства. Тайрена и Лиира кроме как любимыми братьями я не воспринимаю. Иногда мне кажется, что древний дракон или сами боги специально связали нас, чтобы одинокой душе попаданки, замученной на Земле и потерявшей все, что было дорого и любимо, было проще освоиться в новом мире. Может, наивно так думать: кто я такая, чтобы о моем душевном комфорте заботились боги? Но эти мысли не покидали меня и радовали сердце.