Змееносец - Марина Светлая

Мишель, не понимая многого, понял главное – ей было плохо. Потому что считала себя не нужной. Какая глупость!

Он поднялся и пересел на диван, близко к ней. Улыбнулся.

- Даже если что-то закончилось, обязательно что-то начнется. И новое может оказаться гораздо любопытнее. Все будет хорошо, - уверенно сказал он.

- Конечно, будет. Выходные – самое время пожалеть себя. А с понедельника по расписанию толкаться локтями. Все, я выговорилась. Теперь вы довольны?

- А вы?

Мари снова споткнулась о его взгляд. Губы ее чуть приоткрылись, и в отблесках огня в его глазах ей почудилось колдовство.

- А я… хочу есть.

Она вскочила с дивана и отправилась на поиски мобильного.

Его Величество продолжал сидеть на диване, проводив Мари взглядом. Испытывая странное чувство покоя, которого никогда не знал раньше. У него всегда были заботы и хлопоты, не оставляющие ни днем, ни ночью.

Он вздохнул, ненадолго прикрыл глаза, а когда открыл их снова, увидел… что сидит посреди своего тронного зала. Каменные стены, шкуры, многочисленные факелы… Дверь из его личных покоев открылась и в зал зашла Мари, в синем котте под цвет ее глаз, расшитом золотом и серебром. Волосы ее были покрыты покрывалом, которое удерживала драгоценная диадема, а на плечах закреплен плащ, украшенный октаграммой – символом рода де Наве.

- Видишь, король? – зашептал ветер откуда-то из-за угла. – Время замедлит ход, остановится и пойдет обратно. И будущее станет прошлым.

Мишель тряхнул головой, прогоняя морок, и снова оказался в библиотеке Мари. Он поднялся с дивана и продолжил упаковывать книги. Не пристало королю лениться.

Она стояла на пороге, привалившись к лудке двери, и наблюдала за своим психом. Чувствовала себя опустошенной. И это, кажется, было хорошо. Потому что Мишель прав – придет что-то новое. А она сегодня усердно потрудилась, освобождая в душе место этому новому.

Оторвалась от двери, подошла к одному из стеллажей и взяла с полки книгу. Дафна дю Морье «Дом на берегу».

- Откуда, вы говорили, вы приехали? – спросила Мари. В конце концов, следует еще разобраться, куда его отправлять посылкой, когда она вернется в Париж.

- Я прибыл из королевства Трезмон, - Мишель поднял на нее глаза. Подошел к ней, взял из ее рук книгу, пролистнул несколько страниц. – Не верите, что такое случается?

Снова за свое… А ведь временами он казался почти нормальным.

- Если и случается, то не в этом мире, - очень серьезно ответила Мари. Потом приподняла бровь и улыбнулась, - вы говорили, что у вас коробки закончились. Еще и лжец.

- Случаются даже более невероятные вещи, - совершенно спокойно ответил Мишель. Сложил еще стопку книг в ящик и закрыл его. – А коробки действительно закончились. Эта последняя, видите? Где у вас вход на чердак?

- И как это у вас выходит? – Мари поставила книжку назад на полку. – Идемте за… коробками.

Они вышли из библиотеки в гостиную, откуда лестница вела на второй этаж. Там небольшим коридором прошли к ее комнате – этот маршрут она преодолела бы и с закрытыми глазами. Потом была очень узкая лестница на чердак и люк в потолке. Мари откинула его и влезла наверх. Было темно и пахло пылью.

- Мишель, - сказала она вниз, откуда еще не поднялся ее гость, - там под потолком выключатель. Включите свет, пожалуйста.

- Ваше… эм… Мари, - проговорил он в сторону отверстия, в котором исчезла девушка. – Будьте любезны, объясните точнее, что мне следует сделать.

- О, Господи, - закатив глаза, проговорила она и нырнула назад, на лестницу, задев при этом Мишеля и оказавшись почти прижатой к нему.

- Выключатель, - выдохнула Мари, понимая, что отстраниться не выйдет, слишком тесно.

Он сделал шаг назад, сохраняя почтительное расстояние, соответствующее чести прекрасной дамы.

- Прошу прощения… - проговорил он, - давайте сделаем наоборот. Вы обратитесь к выключателю, а я достану коробки с чердака.

Мари быстро нажала на переключатель, и сверху полился свет электрической лампочки.

- Вы, правда, никогда не видели, как свет включать? – спросила она и снова, подтянувшись на руках, исчезла в люке.

- Никогда не видел, - подтвердил он, поднимаясь по лестнице, осмотрел чердак и спросил: - Что включается с его помощью?

Мари посмотрела на его голову, показавшуюся в люке, и, указав пальцем на лампочку, свисавшую с потолка, сказала:

- Электричество. Свет.

Мишель взглянул на лампочку, зажмурился.

- Какой яркий факел. И не чадит совсем.

Он влез на чердак и подошел к Мари. Она осматривалась по сторонам. Всю жизнь, сколько себя помнила, сюда сносились старые ненужные вещи. Но сколько здесь было истории! Взгляд сразу упал на коробку с рождественскими игрушками. Где-то там, рядом – коробка с куклами. И еще ее самые первые эскизы. Их хранили отдельно. Мари подошла к шкафу, стоявшему в углу, и вынула оттуда папку. К ногам плавно спланировал на пол рисунок золотистой змеи. Мишель наклонился, поднял его и стал внимательно рассматривать.

- Что это? – удивленно спросил он.

- Гадюка. Чуть не укусила меня, когда мы ездили в Пампон. Мне было лет двенадцать.

- Но гадюка не тронула вас, верно? – спросил Мишель, возвращая рисунок девушке. – Она не могла вас тронуть. На вас было ваше ожерелье?

Сердце ее сделало несколько гулких ударов прежде, чем она произнесла:

- Что вам известно о нем?

- Оно оберегает своего хозяина от любых неприятностей. Так было и будет всегда. Когда-то очень давно оно принадлежало одной благородной семье. Но однажды  исчезло, и горе обрушилось на них. Никто не знал, как и куда оно подевалось. Однако легенда говорит, что если ожерелье вновь окажется у своих владельцев, то мир и благополучие вернутся в их семью. Навечно.

Мари внимательно слушала то, что он говорил, а перед глазами стоял тот день в Пампоне. Она очень ясно помнила липкий ужас, накативший на нее при виде змеи. Но еще более ясно – как та словно бы отпрянула от одного вида ожерелья на ее шее. С тех пор Мари с ним не расставалась. Какой-то суеверный страх охватывал ее тогда, когда она оказывалась без этого странного золотого украшения.

- А вы мистификатор, Мишель, - сказала она, слабо улыбнувшись, - сказки писать не пробовали?

Его Величество озадаченно посмотрел не нее.

- Вы мне не верите? Что ж… Можете считать меня сказочником, - он взял несколько коробок, сбросил их с чердака и стал спускаться по лестнице вниз.

Мари с папкой в руках бросилась за ним, едва не подвернула ногу, спрыгивая с люка и чудом удержав равновесие.

- Если вам от этого станет легче, я могу поверить! – крикнула она ему в спину.