Спасти Осень - Галина Мишарина

А потом Ракх оказался сверху, мы встретились взглядами, и я сама подалась к нему бёдрами, умоляя о самом важном единении. Мой до рассвета, и пусть нам хватит сил длить это удовольствие! Спустя секунду мужчина мощно вошёл, и я вскрикнула, вцепляясь в его спину ногтями. Это было больнее, чем я ожидала, но и слаще во стократ.

– П-прости… – хрипло выговорила я.

– Ничего, лиса. Это справедливая боль, – также хрипло отозвался мужчина.

Он медленно двинулся глубже, шепча мне слова утешения, и у меня трудно, но получилось расслабиться. Было непривычно чувствовать мужчину так близко и так полно. Было странно и прекрасно узнавать. Я действовала инстинктивно, Ракх же отлично знал, что делает. Его голос успокаивал, его губы помогали раскрыться, его тело было гибким и тяжёлым, таким раскалённым и одновременно прохладным…

Когда он увеличил темп, и мне от криков перестало хватать дыхания, я успела только схватиться слабыми пальцами за его плечи – и рассыпалась на миллиард дрожащих частиц, впитала сам небесный огонь и ощутила в себе рой звёзд. Тело отказывалось слушаться, оно дрожало, как в лихорадке, и это напугало куда сильнее боли.

– Всё хорошо, Роза. Не бойся, – тяжело дыша, сказал Ракх. – Я тебя не придавил?

– О, боже… – только и могла ответить я. – Боже… Спасибо, Ракх! Я словно в небо окунулась… Я…

Он хмыкнул, целуя меня в краешек губ.

– Спасибо тебе.

Несколько долгих мгновений мы лежали, обнявшись, и мне было как никогда замечательно.

– А можно я… можно мне… – выговорила я. – Снова попросить?

– Конечно, – улыбнулся мужчина, проводя большим пальцем по моей нижней губе.

– Я хочу ещё, – прошептала я, прихватив его за подушечку зубами. – Мы можем?..

Конечно, щёки вспыхнули. Я знала лишь основы, и то по рассказам служанок, но никто не говорил, что это будет так чудесно!

– Ты действительно хочешь этого? – пристально посмотрел мне в глаза маг.

– Хочу.

– Ты такая хрупкая… Я боюсь, что сделаю тебе больнее.

– Не сделаешь. Мне было так хорошо… Мне хорошо и сейчас. Я как будто парю вместе с тобой!

– Мы с тобой быстро на землю рухнули, – как-то по-особому усмехнулся мужчина. – Но повторим полёт обязательно, малыш, как только ты немного придёшь в себя.

– И сменю простыни, – смущённо сказала я, увидев тёмные пятна.

Ракх поднял меня на руки и сам отнёс в ванную.

– Я наберу воду. Ты ничего не должна делать.

– А застирать?..

– Сам застираю. Всё-таки хорошо, что запас воды всегда есть. Сейчас она нагреется – и ты отдохнёшь.

– А я не устала.

– Устанешь, – пообещал он.

Полумрак спальни, подрагивающие свечи и призрачный свет голубых камней. Постель, куда мы вскоре вернулись – словно остров посреди моря. Ничто не могло нам помешать, никто не мог нас найти. Когда Ракх принёс меня из ванной, мы долго целовались, сидя лицом друг к другу и сплетя пальцы. Я будто питалась бесконечной сладостью, была заполнена воздухом и бездыханна...

– Мы построим на острове дом, – прошептала я, когда мы упали на постель, и Ракх поглядел мне в глаза. – И будем жить там вдали от городов и толп.

– Какой дом ты хочешь? – улыбнулся мужчина, наклоняясь и целуя меня в шею. – Каменный замок? Терем из светлого дерева? Кирпичный особняк вроде этого?

– Непохожий на остальные. Дом из звезды, или дом из листвы, – отозвалась я дрожащим шёпотом, и, положив ладони на спину мужчины, с наслаждением провела по его гладкой коже. – Или туманный, чтобы был похож на облако.

Ракх улыбнулся широко и радостно. Я впервые видела его таким счастливым и расслабленным.

– Мы придумаем жилище, когда окажемся на месте, – прошептал он, целуя меня в лоб, а потом сразу в губы. – Мы найдём свой остров, Роза.

Он щекотал меня кончиками пальцев, гладил по груди и животу, и беспрепятственно ласкал между бедёр. Я изучала его красивое крепкое тело сдержанней. Было непросто отринуть стеснение, тем более когда для прикосновений были доступны все его части.

– Не бойся касаться, Роза.

– Даже здесь можно? – вспыхнула я.

– Как раз здесь нужно обязательно, – нежно хмыкнул мужчина, и я, прикусив губы, тронула его твёрдую плоть.

Поначалу казалось, что это только больше меня смутит, но прикосновение, наоборот, возбудило нас обоих, и я, продолжая гладить и сжимать, потянулась за поцелуем. Когда нравилось Ракху – нравилось и мне. Он подсказывал – я пробовала. Он был умел – я быстро училась.

Вскоре он снова овладел мной, но медленно, и долго дразнил неспешными глубокими проникновениями, от которых полыхало нутро и вздрагивало сердце. Я разомлела и перестала быть прежней. Я рождалась заново и погибала в сладости и неге. Не было его. Не стало меня. Жили и наслаждались мы – единые, победившие страхи и неуверенность. И это можно было назвать любовью. Об этом я запрещала себе мечтать. Наше общее желание было благословением против голодного мрака снаружи. Мы обжигали зиму, а она подарила нам пушистый тихий снег, унося на таинственный плавучий остров, где ничто плохое не имело над нами власти…