Звезда ведьмы - Джеймс Клеменс

— Очень странно, — бормотал он. — Подвинься поближе, девочка, взгляни!

Она придвинулась. Вдвоем они проторчали в главной библиотеке замка уже целый день, перебирая пыльные свитки и фолианты, изъеденные крысами, в поисках хоть малейшего упоминания о черных камнях. Но обнаружили немногим больше того, что уже знали. Камень питался кровью, приводя в действие некую древнюю магию. Какую именно, они не поняли. Не магию стихий, не силу Чи, не чародейство Вейра.

Отчаявшись что-нибудь найти в книгах, они решили сосредоточиться на самом яйце. Корабельный журнал с записями капитана все еще сох на каминной полке. Главный смотритель книгохранилища предупредил, чтобы не вздумали открывать мокрую книгу — чернила обязательно размажутся. Вначале журнал следовало полностью просушить, а потом попытаться прочитать.

Сай-вен покосилась на толстую тетрадь, которую пристроили достаточно близко к огню, чтобы она сохла, но не могла загореться.

— Не раньше рассвета, — заявил смотритель, прощаясь. — А может, и того позже…

Следовательно, они могли разбираться с единственным предметом — яйцом.

Брат Рин потер ладонью бритую макушку.

— Пока что мы слишком мало знаем об этом камне, эбеновом камне. Но взгляни, — сказал он, протягивая мер’ай толстое увеличительное стекло. — Вот тут смотри. Как можно ближе.

— Что мне искать? — Она нагнулась, едва не касаясь носом камня.

Ученый провел пальцем вдоль серебристой прожилки. Он не прикасался к эбеновому камню — да и кто посмел бы? Ранее, исследуя находку, они переносили ее с места на место при помощи медных каминных щипцов.

— Обрати внимание на эту серебряную линию.

— Эту? — Сай-вен не понимала, к чему он клонит. Эбеновый камень весь был пронизан тонкими серебристыми жилками, которые разветвлялись на черной поверхности, будто молнии в ночном небе. — Она такая же, как все.

— Гм… А ты подвинься еще ближе, девочка. И лучше смотри сбоку.

Она склонила голову, разглядывая яйцо под разными углами. И вдруг дыхание замерло у нее в горле. Эта жилка вовсе не была частью камня, как казалось первоначально. Серебряная нитка выглядела вдавленной в яйцо.

— Что это?

Брат Рин наклонился.

— Посмотри, как она обегает яйцо вокруг. Прочие линии, пересекая ее, лишь пытаются отвести глаза. Но эта, главная, соединяется в полный, неразрывный круг.

Сай-вен проследила за его пальцем. А ведь ученый прав!

— И что это значит?

Он выпрямился, забрал из ее рук лупу.

— Я бы сказал, что мы наблюдаем возможный способ открыть яйцо. Эта нитка как щель между плотно сжатыми створками раковины.

— Способ открыть? — отшатнулась Сай-вен.

Она и подумать не смела, какой ужас может таиться внутри ее находки, какая опасность может вырваться наружу. Внезапно она пожалела, что здесь нет Каста. Но он уехал вместе с Хантом и главным шкипером, чтобы разработать план подготовки к войне.

— Если бы только… — брат Рин оглянулся на сохнущий журнал. — Если бы мы только знали побольше об этой проклятой штуке.

— Например, способ ее уничтожить, — кивнула Сай-вен.

— Или оценить возможную опасность.

— А единственный способ узнать побольше — это открыть его. Но мы не осмеливаемся…

— Весьма велика возможность столкнуться с неизвестной опасностью, — брат Рин смотрел на Сай-вен, в его глазах читалось жгучее любопытство.

Мер’ай закусила губу. Возле порта А’лоа Глен покоилась на морском дне еще сотня не менее ужасных яиц. Прежде чем рискнуть поднять их с места крушения корабля, следовало как можно тщательнее изучить возможную опасность.

— Есть у вас какие-нибудь предположения, как открыть камень?

— Камень питается кровью, — решительно сказал брат Рин. — Кровь должна быть ключом.

Глядя на каменное яйцо, Сай-вен согласилась с ученым.

— Да, ключом… Только к чему?

Грэшим стоял под кленом у самой кромки воды. Перед ним до самого горизонта раскинулась необъятная гладь Лунного озера — темное зеркало, отражающее ночное светило. Сотни паломников заполняли берега, ожидая, когда же луна поднимется в самую высокую точку неба, отразившись точно в середине озера.

Сколько Грэшим помнил себя, здесь ежегодно проводился обряд поклонения полной луне — обычай уходил корнями в дальнее прошлое Аласеи. Никто не мог сказать наверняка, как и почему он появился. Толковали разное, но все истории сильно отличались друг от друга. Сходились они лишь в одном — в первое полнолуние лета в воде отражается лик Доброй Матушки и она выполняет желание любого, кто совершит в эту ночь омовение и чист сердцем.

«В том-то и закавыка, — злобно подумал маг. — Попробуй-ка быть совершенно чистым сердцем».

Каждый раз во время ритуала множество верующих громогласно объявляли свои желания исполнившимися, били кулаками себя в грудь, падали на колени. Но Грэшим не сомневался, что все они лгали или искренне заблуждались. Разве нашелся бы глупец, посмевший признаться, мол, его желание не исполнилось? Чтобы всякий мог усомниться в его чистоте? И так каждый год шли орды с больными суставами, недужными женами, тайными страстями… И все окунались в холодное, заросшее травой озеро.

— Сколько дураков… — пробормотал чародей.

Только он владел истинной тайной озера. И твердо вознамерился исполнить свое желание, хотя это и означало верную смерть для многих из тех, кто здесь собрался.

Позади волшебника в зарослях колючих ягод заворочался Рукх. Коротышка-гном волновался так же сильно, как и его хозяин.

Звонкие наигрыши доносились от лодочной флотилии, следовавшей вдоль берега — рыбачьи парусники нанимали те, у кого кошельки распирало от золота. Впереди плыла самая большая баржа, украшенная причудливыми резными фигурками, с шелковыми парусами, фонарями, изображающими различные фазы луны, вдоль бортов. Похоже, только богачи могли пообщаться с таинственной госпожой озера настолько тесно.

Но эта ночь была не только для толстосумов. Всю береговую линию усеивали факелы и цветные фонарики, освещая путь прочим паломникам. Несколько ребятишек, слишком разыгравшиеся, чтобы ждать разрешения, уже плескались на отмели. Их пронзительные, как колокольный звон, вопли выдавали восторг и веселье. От сотен костров струились в ночь восхитительные ароматы жареного и тушеного мяса.

Грэшим расправил плечи, понимая, что долгое ожидание увенчалось победой. Луна в зените.

— Рукх!

Гном ползком выбрался из кустов.

Они скорым шагом преодолели расстояние от своего убежища до берега. Чтобы никому из зевак не пришло в голову вмешаться, Грэшим использовал маленькое заклинание, отгоняющее непрошеных свидетелей.

При помощи кинжала маг выковырял глину, закупоривающую верхнюю часть посоха. С губ сорвалось неслышное заклятие. Он прикоснулся к магии крови невинного новорожденного малыша и заставил его жизненную силу подчиниться.