Звезда ведьмы - Джеймс Клеменс

— А одного мы приберегли для тебя, — прошипела Сай-вен.

Каст напрягся, пытаясь вырваться.

— Но есть еще сотня яиц на дне моря, — сказал брат Рин. — И в каждом спряталось немало наших маленьких друзей.

— Мы поднимем их во имя дела нашего повелителя, — добавила Сай-вен. — Ты и я.

— Ни за что! — выплюнул он слова.

— А тебя никто не спрашивает, любовь моя, — насмешливо прошептала она, протягивая пальцы к щеке Каста. — Ты нужен мне…

Грэшим уставился на истекающую кровью луну. Темно-красные реки низвергались вниз.

В этом болезненном свете крики вокруг озера только усиливались. Паломники пытались добраться до берега. В роще там и сям вспыхивали факелы, веселая музыка смолкала. Парусники покидали гладь озера. Все стремились прочь от воды.

Даже Рукха напугало изменение светила. Гном ежился и ворчал, взрывая грязь копытцами и прочными когтями.

Грэшим вскинул посох, пытаясь определить, есть ли непосредственная опасность. Заклинание крови все так же распространялось по серебряным водам, втягивая лунный свет, собирая его в ловушку. Он намеревался использовать эту силу исключительно для своего блага, но сперва следовало побеспокоиться о защите.

Отражение луны выделялось в самой середине озера ярким пятном. Но даже оно приобрело кроваво-красный цвет.

Затаив дыхание, Грэшим ждал, когда поток созданной им темной магии столкнется с отражением. Трудно было предугадать, что же произойдет, когда они сольются. Маг чуял в этих водах, затронутых порчей, необоримую мощь. Стихийные свойства Лунного озера поглотили даже волшебство необъяснимого явления.

И вот темное заклинание преодолело серебряные воды и наложилось на темно-красное пятно. Голубоватый мерцающий туман поднялся от воды. «Что же это такое?» — нахмурился Грэшим.

Туман кружил под напором невидимых ветров и закручивался в воронку. Внутри вихря возникли очертания женщины, стоящей в самой середине рубиново-красного отражения. Она медленно поворачивалась, изучая берега озера.

Не один Грэшим заметил ее.

— Владычица Озера! — закричал кто-то.

Толпа разразилась возгласами удивления. Все повернулись к чуду. Совсем недавно они умирали от страха, а теперь — от любопытства и благоговения. Тишина и ожидание повисли над озером.

«В самом ли деле это Владычица Озера?»

Грэшим изучал ее, пока поток его магии растекался по темно-красной воде.

Женщина-призрак вздрогнула и повернулась лицом к чародею. Хотя расстояние между ними было не таким уж и маленьким, Грэшим кожей ощутил прикосновение пристального взгляда. Ее рука медленно поднялась, указывая на него обвиняющим жестом.

Маг вскинул посох, сплетая вокруг себя и Рукха заклинание щита. И мгновение спустя порадовался, что проявил разумную предосторожность. Темное заклинание крови смешалось с рубиново-алой окраской луны, вызвав ослепительную вспышку поразительной силы. Буря неистовой магии рванулась во все стороны. Грэшим и гном скорчились внутри защитного кокона. На их глазах с корнем выкорчевывались могучие деревья. Парусная лодка пролетела по воздуху, упав где-то за лесом, а вслед за ней из озера поднялась стена воды, вдвое превосходящая самое высокое дерево.

Вся эта мощь обрушилась на одинокий островок защиты Грэшима. Он добавил еще магии в щит и приготовился наблюдать за представлением. «Вот это силища!» Он молился, чтобы его волшебства хватило на противостояние этой буре.

Даже через защитное заклинание он слышал ни с чем не сравнимое завывание ветров — они будто явились из иного мира.

Пока Грэшим искал, что же их вызвало, его объяла непроницаемая тьма. В один миг окружающий мир исчез.

Кровь чародея застыла в жилах.

Он провалился в Пустоту.

Элена ощутила магическую вспышку за мгновение до того, как она произошла. Оторвав взгляд от чистых страниц Кровавого Дневника, она обернулась к луне. Болезненного вида темно-красные потеки внезапно застыли. Но девушка догадалась, что это не к добру… Ох не к добру…

— Эр’рил… — тихонько позвала она.

— Что такое?

Ведьма раскрыла рот, но не смогла подобрать слов. Просто указала на небо.

Рубиновая окраска серебристой луны стремительно темнела и раздувалась, словно воздушный пузырь, поднимающийся с огромной глубины.

— Уходи… — прошептала она.

— Куда? И зачем это? — стандиец схватил ее за рукав.

Элена рывком освободилась. Сунула Дневник воину в руки и выхватила свой ведьмин кинжал. Глубоко вспорола одну ладонь, а за ней и вторую. Боли она не чувствовала. Только страх.

Эр’рил сунул книгу под плащ и тронул девушку за плечо.

— Элена…

Не обращая на него внимания, она подняла обе руки. Хотя и знала, что уже слишком поздно. Темный пузырь беззвучно лопнул, разлетаясь в разные стороны. Магическим зрением Элена с замиранием сердца видела, как вспышка сверкающей силы мчалась к ним вдоль следа, оставленного потоком магии и душами, исторгнутыми цветущим деревом.

— Уходите все! — закричала она.

Но прежде чем кто-либо сделал хоть шаг, упругая волна ветра ударила во внутренний двор, будто туда опрокинули гигантское ведро с водой.

Элена выпустила магию из обеих ладоней, но мощь, обрушившаяся сверху, смяла жалкую попытку защиты, даже не заметив ее, и обрушилась на людей, как волна штормового прибоя. Мир вокруг исчез. Девушку поглотила бесконечная тьма.

Прежде чем в голову ей пришла хоть одна мысль, тьму нарушила пляска крошечных искр, сверкающая и мигающая в густой путанице нитей и ответвлений. Подвижная сеть окружала ее, опутывала, проходила сквозь нее. Разум Элены растекался вдоль бесчисленных паутинок. Девушка узнала сеть. Она видела ее и раньше, всякий раз, когда касалась сокровенных глубин своей магии.

Перед нею были жизненные нити, бесчисленные связи, соединяющие все живое в этом мире. Голоса зазвучали в голове ведьмы. Смутные образы замелькали перед глазами. Чужие чувства, желания, мечты проносились через нее. Она боролась, чтобы удержаться и не потерять себя в коловращении сверкающих жизней.

И не сумела…

Элена полетела к центру паутины, словно светлячок в водовороте. И не могла задержаться. В полете она ощущала чье-то присутствие, нечто огромное заполняло ее разум, нечто являвшееся жизнью и не-жизнью одновременно. Девушка осознала, что находится здесь не одна. Глубоко в путанице жизненных сил присутствовало нечто. И это сверхъестественное существо изменяло ее путь. Оно казалось огромным, неизменным, вечным. Словно паук, соткавший всю эту паутину.

Элена не знала, сумеет ли пережить пристальное внимание чудовищного ткача, и изо всех сил пыталась удержаться.

Внезапно чьи-то руки подхватили ее и вырвали прочь из паутины. В голове зазвучал гневный голос: «Ты не должна туда идти!»