Туманный Альбион: Возвращение Богов - Greshnnik

не было бы в документах, — ответил Бедвир, — По экспертизе можно сделать вывод, что с момента смерти до того, как тело поступило к нам, прошло не более шести часов, — его голос прозвучал задумчиво, — На теле жертвы не было следов насилия, ни синяков, ни отметин от того, что её хватали, даже следов от верёвок не было, — и, помолчав, добавил: — Это удивительно, не могла же она добровольно дать себя изуродовать. — Возможно, её накачали какими-нибудь препаратами, и она сама не понимала, что делает, — предположил я, и в моём голосе прозвучала надежда на какое-то логичное объяснение.

— Мы взяли образцы крови на анализ, — ответил Бедвир, — Через пару дней мы узнаем это наверняка, — его голос звучал сухо и бесстрастно, — Оставь мне свой номер телефона, я сообщу тебе, как лабораторный анализ будет готов.

Пока я писал на листе из блокнота свой номер, Бедвир продолжил:

— Насколько мне известно, тело нашёл местный старик, когда он выгуливал своего пса.

— Получается, это было около пяти утра? — спросил я, — Не рано ли для выгула собаки?

— Для деревни в ранней прогулке нет ничего необычного, — пожал он плечами, и в его глазах промелькнула какая-то усталость.

— А как насчёт информации о возможных свидетелях, близких родственниках и с кем девушка общалась в последнее время? — спросил я, — Мне нужна любая информация.

— Я не полицейский, я судмедэксперт, — ответил Бедвир, — Всё, что я мог тебе сообщить, я сообщил, и даже более того, — добавил он, — За всей остальной информацией тебе нужно в полицейский участок.

Вспомнив о Кейтлин, я непроизвольно скривился, и моё лицо выразило отвращение, — эта бойкая девушка сама кого захочет, доведёт до могилы, и от одной мысли о ней у меня начинала болеть голова.

— Что, у человека, который занимается расследованием убийства, проблемы с полицией? — спросил Бедвир, увидев мою реакцию на его слова, и в его глазах промелькнула насмешка.

— Нет, с полицией проблем нет, — ответил я, — Проблемы с некоторыми её индивидами.

— Бывает, — сказал он, продолжая шарить у себя в полках, и его движения были какими-то нервными и беспорядочными. Пока мы разговаривали, он успел открыть все полки, которые были в комнате, так же успел проверить свой портфель и даже заглянуть под стол, — он был похож на потерявшегося ребёнка.

— Тебе не кажется, что склероз в твои годы — это ненормально? — спросил я у него, и мой голос звучал с иронией.

— Смешно, — сухо сказал Бедвир, посмотрев на меня, — Я никак не могу найти банку с желудем, я точно помню, что клал её в шкаф на верхнюю полку, но её там нет, да её нигде нет! — и в его голосе прозвучало отчаяние.

Он сел рядом со мной на диван, и несколько минут мы провели в тишине, словно оплакивали утрату.

— Может, тот практикант забрал её? — спросил я у него, и в моём сердце зародилась какая-то тревога.

— Зачем ему банка с желудем? — со скепсисом спросил Бедвир, и его взгляд стал подозрительным.

— Не знаю, но кроме него мы никого не видели, — ответил я, — Тем более что он сам сказал, что шарил в твоём кабинете в поисках бутылки, — и в моей душе разгорелся неясный страх.

— Ладно, — сказал Бедвир, хлопнув себя по коленям, словно решился на что-то важное, — Пойдём к Эрни.

Мы вышли из кабинета, дверь которого на этот раз Бедвир не забыл тщательно запереть, — это меня удивило, и я невольно усмехнулся, Мы прошли по коридору и вошли в зал второго корпуса, и я почувствовал, как меня обволакивает какой-то холод и тревога.

— Здесь находится отделение лабораторных исследований, — сказал мой спутник, и его голос звучал сухо и бесстрастно, — Органы, кровь, соскобы с тела — всё отправляется от нас к нашим специалистам. Они разберут всё на молекулы, но докопаются до истинной причины смерти, если внешний осмотр не смог дать результат, — его слова прозвучали, как мрачное пророчество.

Проходя мимо одной из комнат, Бедвир, резко вскинув ногу, распахнул дверь, — это движение было неожиданным и резким. Он нырнул в кабинет, и я услышал, как он воскликнул:

— Эрни, старина! Мы тут к тебе по очень важному делу!

Последовав за ним, я вошёл внутрь, и я почувствовал себя так, как будто я попал в какую-то параллельную реальность, — кабинет был точной копией комнаты Бедвира. Я обратил внимание на девушку в форме медсестры, которая бегала вокруг пожилого мужчины с блестящей лысиной, словно вокруг короля, — она то совала ему какие-то таблетки, то подсовывала чашку с горячим чаем, и её действия были какими-то назойливыми и раздражающими.

— Отстань, женщина! — воскликнул Эрни, — И без тебя тошно, — и его голос звучал хрипло и раздражённо.

— Но, доктор Свонсон, горячий чай с лимоном поможет вам справиться с последствиями алкогольного опьянения, — серьёзно сказала медсестра, и её лицо выражало сочувствие.

— У меня похмелье! Мне срочно нужно выпить чего-нибудь горячительного, а не горячего! — возразил он, и в его голосе прозвучало отчаяние.

Наконец заметив Бедвира, он проорал:

— Кун! Почему ты выглядишь, как будто и не пил вчера, а я так, будто готовлюсь отправиться в холодильник к твоим пациентам?

— Закусывать нужно, — коротко бросил Бедвир, и в его голосе прозвучала усмешка. Он сел за стол и махнул мне рукой на соседнее кресло, словно приглашал меня к трапезе.

Доктор Свонсон тяжело вздохнул, продолжая массировать свои виски, — его действия были мучительными и неловкими.

— Ладно, какого чёрта ты пришёл? — спросил он, — И представь, в конце концов, своего спутника, — и в его голосе звучало раздражение.

— Дмитрий, — сказал Бедвир, подмигнув мне, — Следователь из полиции, прибыл насчёт вчерашнего трупа девушки, — и в его голосе прозвучала какая-то несерьёзность.

Доктор Свонсон сразу подобрался и сказал:

— Здравствуйте, Дмитрий, простите мне мой помятый вид, — его голос звучал более собранно и уважительно, — Чем могу вам помочь? Анализ крови мисс Гордон будет готов только через несколько дней.

— Нам нужно поговорить с твоим практикантом, которого ты посылал за бутылкой виски ко мне в кабинет, — сказал Бедвир, и его взгляд стал подозрительным.

— С каких это пор у меня есть практикант? — удивился Доктор Свонсон, — Хотя не спорю, иметь своего мальчика на побегушках, было бы неплохо, — и в его голосе прозвучала мечта. Мы с Бедвиром удивлённо переглянулись, и в наших глазах отразилось полное недоумение.

— А кто же тогда выходил из твоего кабинета? — спросил я у него, и мой голос звучал растерянно.

— Похоже, вор желудей в баночках, — ответил Бедвир, и в его голосе прозвучала ирония, — Пошли к охраннику, проверим камеры наблюдения, — и в его словах промелькнула надежда на