Туманный Альбион: Возвращение Богов - Greshnnik

я к пернатым, и мой голос прозвучал немного неуверенно, — Тогда можно выдвигаться, — и, вздохнув, я продолжил свой путь по тропе, словно повиновался какой-то неведомой силе. Я не мог определить, какое расстояние уже преодолел, и эта неизвестность начинала меня пугать, — дорога выглядела удивительно однообразно, туман, тропинка и деревья, окружавшие меня со всех сторон, словно вечные стражи. Воронам на моих плечах было явно не скучно, — они то и дело, покрикивая друг на друга, словно о чём-то споря, скакали каждый на своём плече, — их поведение казалось мне каким-то нелогичным и странным. Наконец тропа вывела меня на поляну, — здесь раздавались протяжные стоны, среди которых можно было расслышать и жалобное мяуканье, шипение и даже свирепое рычание, — эта какофония вызывала во мне тревогу и беспокойство. Я шёл на этот звук, словно меня звала какая-то неведомая сила, пытаясь найти место, из которого он доносится. В центре поляны я увидел огромную ловчую яму, накрытую решёткой и закрытую на замок, — это зрелище вызвало во мне ужас и отвращение. Присев, я заглянул сквозь решётку и увидел, что в яме находится огромное количество самых разнообразных зверей. Кого здесь только не было: змеи, тигры, белки, совы, лошади и многие другие существа, — все они с мольбой смотрели на меня, словно просили о помощи, и в их глазах я увидел свою собственную боль. Я поднялся и задумался, чем бы открыть замок, и в моей душе разгорелся гнев, и меня охватила ярость. Черныш, распахнув крылья, сорвался с плеча и, пролетев десяток метров, крича, начал наворачивать круги, словно хотел привлечь моё внимание.

— Что-то нашёл? — окликнул я ворона, спеша к нему, и мой голос прозвучал немного взволнованно.

Когда я подошёл, я увидел лежащий скелет, прогнивший от времени, — рядом с ним валялся тронутый ржавчиной меч, и в этот момент я почувствовал, как на меня накатила какая-то непонятная тоска. Взяв его, я поспешил к решётке, словно торопился спасти кого-то из беды, и, когда я заносил меч над замком, я никак не мог избавиться от ощущения чего-то неправильного, — каждый раз, когда я собирался разбить замок, меня пробирал холод, и я чувствовал, как что-то меня останавливает. Опустив меч, я обернулся посмотреть, куда делись мои вороны, — они стояли по бокам от ловчей ямы, словно её стражи. Если Рыжик внимательно смотрел на меня, никак не выдавая своих эмоций, то Черныш, то и дело, подпрыгивая, носился вокруг меня, иногда начиная тянуть за штанину, и в его поведении я почувствовал какое-то беспокойство. Время шло, я стоял и размышлял над причиной своих ощущений, и в моей душе разгорелась борьба между разумом и чувствами. Черныш с каждым разом становился всё беспокойнее, и я почувствовал, как земля начала дрожать, — решётка вместе с землёй начала обваливаться, плотно погребая под собой попавшихся в западню зверей, — и в этот момент я понял, что совершил непоправимую ошибку.

Валяясь на земле, я увидел, как воронов начало корёжить, их тела начали удлиняться, деформируясь и принимая человеческие очертания, — это было похоже на какой-то жуткий и пугающий перфоманс, и я почувствовал, как меня парализует страх. Через некоторое время рядом со мной стояли две девушки, словно сошедшие со страниц старинных легенд. Одна из них была в белых одеяниях, с прекрасными длинными огненно-рыжими волосами, волнами, ниспадающими на плечи, — у неё были широкие бёдра и крупная грудь, и от неё шёл нестерпимый жар, от которого у меня на лбу выступила испарина. Если от первой из них веяло женственностью и мягкостью, то от второй скорее сексуальностью и опасностью. Вторая была жгучая брюнетка с игривым и немного безумным взглядом, — она держала в руках полуторный меч, а сама была одета в чёрную броню, которая не скрывала её фигуру, а только подчёркивала хищные изгибы её тела, и она была похожа на суккуба из кошмарных сновидений.

— Кто вы такие? — спросил я, и мой голос прозвучал хрипло и напугано.

— Бездействие равно поражению, — произнесла воительница, и в её голосе прозвучал холод и жестокость.

— Лишь сделанный выбор даёт результат, — добавила рыжая дева, и её слова прозвучали, как пророчество.

Вдруг пространство начала заполнять тьма, — она наваливалась отовсюду, словно огромная чёрная волна, и я почувствовал, как меня окутывает холод. Я пытался сопротивляться ей, но тьма постепенно поглощала меня, словно я тонул в бескрайнем океане, и в этот момент в моей душе зародился ужас. Резко вскочив на ноги, я попытался вырваться, и тут холод отступил. Открыв глаза, я увидел, что нахожусь в автобусе, — кроме меня и водителя больше никого не было, и я почувствовал, как на меня накатывает облегчение. Двери автобуса захлопнулись, и водитель, словно безумный кукловод, весёлым голосом выкрикнул:

— Будьте осторожны, следующая остановка — морг, конечная.

Глава 7

Здание морга внешне совсем не походило на место, где люди провожают своих родственников в последний путь, — оно казалось каким-то отчуждённым и равнодушным, словно не желало иметь ничего общего со смертью. Мне раньше никогда не доводилось посещать морг, и аккуратное, состоящее из двух корпусов строение светло-бежевого оттенка в моём представлении скорее напоминало обычную поликлинику, — эта обманчивая видимость спокойствия лишь усиливала моё внутреннее беспокойство. Я зашёл внутрь и сразу попал в пустующий зал, в центре которого находилось пару окошек регистратуры. В зале стояла атмосфера тягучей тишины, казалось, будто время здесь остановилось, и я почувствовал, как впадаю в сон. Зевнув, я проследовал к ближайшему окну регистратуры. Сидевшая там молодая девушка с апатией стучала по клавиатуре компьютера, словно зомби, запертый в собственном плену. Я не успел сказать ей и слова, как она скучающим голосом, не отводя взгляда от монитора, спросила:

— Фамилия?

— Озеров, — ответил я, чувствуя, как на меня накатывает раздражение.

— Пол?

— Мужской.

— Дата смерти?

— Вообще-то я ещё жив! — сказал я, сплюнув через левое плечо и постучав по дереву, словно пытался отвести от себя беду, и в моём голосе зазвучала насмешка.

Девушка перевела на меня взгляд, с удивлением рассматривая меня, как какое-то диковинное существо, — её лицо выражало полнейшую апатию.

— И правда живой, — пробормотала она, и в её голосе прозвучало изумление, — Встряхнув головой, она уже осмысленным взглядом уставилась на меня и, немного покраснев, проговорила: — Молодой человек, а вы собственно, по какому вопросу?

— Я из газеты Перта, — сказал я, протягивая ей своё удостоверение, как пропуск в иной мир, — Мне нужно поговорить с вашим судмедэкспертом насчёт убитой девушки, которая поступила к вам вчера утром.

Внимательно прочитав удостоверение, девушка произнесла:

— Вам нужен Кун