Спи, милый принц - Мэй

Следующие несколько лет Айден почти не видел Лорену. Знал, что она всё меньше появлялась в Научном обществе, но она всегда такой была, ещё в Академии, чуть в стороне.

А потом пришло срочное письмо от Лидии.

В тот момент Николас и Айден сидели в кабинете принца, решая, как отпраздновать окончание деликатного дела лорда Эстервилла, наладившего торговый путь с Экродором, но и умудрившимся попробовать местный алкоголь. Меры он не знал, и дело закончилось тем, что достопочтенный лорд был абсолютно не в себе, бегал голышом по городу и порезал слугу.

Пришлось привлекать дознавателей, Николас докопался, что произошло, алкоголь отправили алхимикам на проверку, лорда Эстервилла – проспаться, а слуге организовали лечение.

Послание от Лидии принёс служка с поста пневмопочты. Она писала лаконично, но говорила, что дело срочное. Лидия не была склонна к драматизму, и Айден с Николасом понеслись к ней.

Оказалось, Лорена внезапно пришла к ней среди ночи, испуганная и плачущая. Рассказала, что отношения с мужем далеко не так безоблачны, как казалось со стороны. Он любил её – и унижал. И снова заверял, как любит. Так продолжалось по кругу.

Николас сразу вскипел. Его отец в своё время распускал руки, поэтому реагировал на подобное Николас остро. Айден перехватил его в тёмном коридоре дома Лидии, оставив девушек в гостиной.

– Не делай глупостей, – сказал Айден.

– А пусть попробует ударить того, кто может ему ответить! – прошипел Николас.

Они давно не колдовали, связи не было, но Николас и без того понял, что имел в виду Айден. Подумав несколько секунд, Николас сказал:

– Ты прав. Я поеду к Дэвиану.

Дэвиан Энрайт был личным юристом принцев. Ещё в Академии Айден попросил его заняться делами Николаса, и так сложилось, что Дэвиан с Николасом общался больше, чем с Айденом и Роуэном. Удивительным образом эти двое очень разных людей нашли общий язык. Даже в делах, далёких от его юрисдикции, Николас шёл не к отцу, а к Дэвиану.

В этот раз проблема была юридической.

Николас и Дэвиан добились для Лорены развода. Их не запрещали, но и практиковалось это не так часто среди аристократов, зависевших и от общественного мнения, и от совместного имущества. К счастью, у Лорены изначально почти ничего не было, и от бывшего мужа она ничего не хотела, кроме возвращения её библиотеки.

Но первым делом Лорена вернула фамилию отца. Жрецы полагали, единственное, что принадлежит человеку – это имя. Его берут с собой в могилу, оно сопровождает в объятия Безликого, по нему узнаёт он и поминают живые родственники.

В браке женщины могли оставлять данную им при рождении фамилию, хотя дети получали отцовскую по праву наследования.

Процесс был почти закончен, но ещё оставались кое-какие мелочи, к Лорене периодически наведывался то Дэвиан, то сам Николас. Хотя Айден подозревал, что последнего прельщают ещё и беседы с отцом Лорены. Поэтическая натура Николаса была в восторге от чучел животных и новых открытий Научного общества, часть из них тут же брали на вооружение дознаватели.

Муж Лорены стал темой, избегаемой в их маленьком поэтическом обществе, но сегодня и без того хватало животрепещущих проблем.

– Я получила твоё сообщение, – сказал Лорена Николасу. – И второе тоже. Думаешь, если будешь постоянно писать, работа пойдёт быстрее?

– А вдруг ты забыла?

– Забыла об уликах с места преступления, о котором судачит весь Кин-Кардин?

– Ты же обычно не в курсе слухов!

– Это не слухи, это новости.

Если чему Николас и научился за годы в Академии, то искусству препирательства. Айден поспешил вмешаться, чтобы не слушать спор до вечера:

– Что выяснили учёные?

Николас был невыносим, когда чего-то ждал, терпение не числилось среди его достоинств. Лорена приняла протянутую Лидией чашку, чопорно устроилась на стуле и сказала:

– Как вы знаете, вчера произошло очередное убийство, в доме лорда Дотлера.

– Фактически, – встрял Николас, – оно произошло за день до этого. Но обнаружили тела вчера вечером.

Лорена смерила его холодным взглядом:

– Если так хочешь что-то сказать, то поясни, зачем вызвал учёных. На предыдущие преступления нас не звали.

Николас неловко пожал плечами:

– Место было странным. Тела. Не знаю, почему раньше трупы никогда не осматривали учёные, мне показалось уместным.

– И правильно.

Николас не встревал. Он уставился на Лорену с очевидным любопытством. Да и все в комнате буквально затаили дыхание.

– Я отправила лучших учёных, – Лорена расправила складки на юбке. – Теперь, видимо, отправить их надо в отпуск. Они уверены, что всех жертв сначала пытали, а после уже убили.

Повисла тишина. У Айдена мелькнула мысль, что Николас введёт практику привлечения учёных на каждое место преступления.

– То есть их потрошили на живую, – тихо сказал Николас.

– Да, – кивнула Лорена. – Их держали, скорее всего, запретными чарами, и разреза́ли. Думаю, глаза удалили в тот же момент. Их мы в доме не нашли, остальные части тела вроде бы все на месте.

Говорила Лорена ровно, тоном профессионального учёного, но к горлу Айдена невольно подкатила тошнота. Николас рассказывал, как выглядел особняк Дотлеров, примерно как Китобойни. Если кишки разматывали, когда люди ещё были живы… Айден старательно отогнал от себя навязчивые образы.

– А Китобойни? – мрачно спросил Николас. – Уже успели глянуть?

– Предварительно всё то же самое. Полный отчёт будет завтра утром. Но я честно скажу, что вряд ли ты найдёшь что-то новое.

В наступившей тишине отчётливо послышались приглушённые ругательства Николаса. То ли перехватив недоумённые взгляды остальных, то ли уловив непонимание Айдена, он пояснил для тех, кто был меньше знаком с тем, чем занимались дознаватели:

– Запрещёнка бывает разной. Самая сильная требует и самых мощных жертв. Как вы понимаете, не столько конкретные тела, сколько агонию. При таких ритуалах боли было много. А значит, у нас тут сраная запрещёнка высшего уровня.

Роуэн сжался на диване, Кристиан ошарашенно вытаращился. Лидия сохраняла присутствие духа, хотя чашку с чаем отставила и пить не торопилась:

– Значит, в городе орудует убийца, и он творит сильные запретные чары. Мы можем предположить, чего он хочет добиться?

– Нет. Но пригодится моя косточка. Возможно, по ней удастся распознать ритуал.

Айден прислушался к связи и понял, что Николас в это не верит. Видимо, фрагмент будет совсем маленьким, воссоздать по нему ритуал полностью не смогут. Да и сколько их, этих запретных чар!

Запрещёнка опасна. Если нашли очередной старинный трактат или ещё откуда-то выяснили о нужном колдовстве, дознаватели могут не знать, что пытаются сотворить. А без понимания крайне сложно вычислить, найти и остановить убийц.

– У тебя есть образец? – удивилась Лорена. – Где ты его взял?

Коротко Николас рассказал о Майлзе, и это поразило Лорену больше чар.