Спи, милый принц - Мэй

– Ты уверен, что мальчик не замешан?

– В чём? – опешил Николас. – Ему восемь!

– Ты не хуже меня знаешь, есть чары, которые могут использовать детей с несформированной магией как катализаторы.

– Эти чары дождь вызывают! – возмутился Николас. – Их в деревнях применяют!

– Если есть такие чары, то наверняка могут быть и запретные. И ребёнка используют по тому же принципу для других ритуалов. Или тебе не кажется странным, что мальчик оказался единственным выжившим среди… скольких уже убийств? Смену китобоев вырезали! А его оставили. Не смогли найти в чулане? Его глаза слишком маленькие для ритуала?

– Его зовут Майлз, – ровно сказал Николас. – И если ты продолжишь обвинения, то общаться я буду с другими учёными.

Лорена примирительно подняла руку:

– Я никого не обвиняю! Но не стоит отмахиваться от фактов. Мне кажется странным, вот и всё.

Николасу странным не казалось. Да и Айден с трудом верил, что тот испуганный мальчик помогал убивать свою семью. Да и зачем? Скорее, Айден допускал, у убийц было мало времени, разыскивать мальчишку попросту не стали, решив, что его нет в доме. Из-за того, что магия детей ещё не сформировалась, они всё равно считались плохими жертвами для запретных чар.

– Ещё кое-что, – продолжила Лорена. – На месте преступлений много песчинок творимого ритуала. Собрать их воедино невозможно, но не могу не сказать, что они схожи со следом гнили в магии человека.

Таинственная чума, косившая людей в районе порта.

– Мы изучаем её, – пояснила Лорена. – Ищем лекарство, но пока безуспешно. Смертность крайне высокая. Восемь из десяти заболевших умирают. Болезнь быстротечная.

– А что творится с чарами? – спросил Айден. – И как вы это изучили?

– Среди заболевших нашлось несколько человек с хорошими связками. На саму магию гниль не влияет, но в чарах волнения, и магический почерк такой же, как на местах преступлений.

– Значит, мы были правы, – мрачно сказал Николас. – Гниль может быть побочным эффектом творимых чар. Очень поганым эффектом и проблемой.

– Оставим её лекарям, – подал голос Айден. – Или по ней можно отследить чары?

Николас покачал головой, но задумался.

– Можем найти кого-то переболевшего, – протянул он. – И попытаться взять след. То есть свежий заболевший лучше, но опасно. А с переболевшим может выйти. Если копнуть идеальной связью.

Он посмотрел на Айдена, предлагая заняться этим вдвоём.

– Но нужен тот, у кого высокий уровень магии, – вздохнул Николас. – Иначе и пытаться бессмысленно.

– То есть аристократ, – закончил Айден.

Тут в разговор включилась Лидия, они с Николасом и Кристианом принялись вспоминать, успел ли кто-то из дворян заболеть гнилью, но чума пока не выходила за пределы портовых районов. Внезапно голос подал Роуэн:

– Чарли Стоукс.

Все замолчали и посмотрели на Роуэна, а он спокойно продолжил:

– Он скульптор, живёт недалеко от порта. Заболел гнилью, но выжил.

– А его уровень магии? – спросил Николас. Аристократы в тех краях не жили.

– Он незаконнорождённый сын лорда Файнса. Обучался в Аст-таранской академии.

Не так известна, как Обсидиановая, но простолюдинов не брали, да и не смогли бы они учиться, требований к магии не меньше, чем в Обсидиановой академии.

Значит, Чарли Стоукс может подойти.

– Где его найти? – спросил Николас.

– Я не знаю, где он живёт. Но он точно будет на следующем салоне искусств.

– А когда?

– Через пару дней.

– Чудненько. Ты же достанешь нам приглашения?

Роуэн улыбнулся:

– Николас, тебе постоянно шлют приглашения на все салоны, ждут стихов! Ты не бываешь дома, чтобы эти приглашения получать. Являешься на те вечера, куда тебе захочется.

– А я-то думал, меня пускают из-за моего обаяния.

– Если ты не приносишь приглашение, это не значит, что хозяева салона забыли, что посылали его.

Таким образом было решено, что на собрание художников, писателей и прочих деятелей искусства отправятся Николас и Айден. Визит принца, конечно, сочтут необычным, но Роуэн на них бывал постоянно и заверил, что попросту скажет, что Айден пришёл вместе с ним, чтобы отдохнуть от рутинных дворцовых дел.

– Осталось последнее, что нам необходимо обсудить! – заявил Николас. – Письма с пчёлкой.

Айден не сразу понял, о какой такой пчёлке речь. А потом вспомнил, что на таинственном конверте и вправду символ насекомого.

«Поэтическому обществу Обсидиановой академии пора снова собраться. Где ты будешь, когда придёт чёрная гниль?»

– Все же их получили? – уточнил Николас и дождался согласного кивка от каждого. – Кроме меня… но подозреваю, дома меня тоже такое поджидает. Ну или меня чары пропустили.

– Какие чары? – Айден определённо не успевал за мыслями Николаса.

– Кто-то знает о нашем поэтическом обществе. Значит, они либо из Академии, либо выяснили с помощью той же запрещёнки. Чары для узнавания тайного не зря самые популярные. А наши собрания и их состав не то чтобы великий секрет.

– Но зачем их написали? – удивился Кристиан. – Звучит как угроза.

Николас кивнул:

– Тоже так думаю. И она угрожает гнилью. Раз болезнь связана с запрещёнкой, теперь я ещё больше убеждён, что за всем этим стоит один человек. То есть группа, скорее всего.

Все переглянулись с недоумением. Кто всё организовал, больше всего волновало Николаса как дознавателя. Но для остальных письма стали скорее неприятностью. Ещё и с гнилью. Врагу можно противостоять, от убийцы защититься, но что ты сделаешь против болезни?

– Если, конечно, вы кого-то не убили, – заявил Николас.

За что удостоился многочисленных взглядов, в основном недоумённых, но был и один испепеляющий от Лорены.

– Во время учёбы, – пояснил Николас. – Мы все вместе точно ничего такого не делали. Но если кто-то из вас убил и прикопал труп в саду Академии, то запрещёнкой могли выяснить, что это один из нас, но не кто-то конкретно. Теперь мстят.

Все замолчали. Признаваться в страшном прошлом никто не торопился, и Айден искренне верил, что ничего такого попросту нет.

Голос подал Кристиан:

– Вряд ли ради мести стали бы использовать запретную магию и убивать стольких людей.

– Не надо недооценивать мстителей! Или они с кем-то объединились.

– Занимательная теория, – сухо сказала Лидия. – Но думаю, мы бы знали, если один из нас совершил что-то ужасное.

Николас ничуть не смутился и тут же кивнул:

– Есть и другой вариант. Мы тут ни при чём. Это угроза Айдену.

Айден от такого предположения чуть не поперхнулся чаем. Мрачно глянул на жизнерадостного Николаса, бросив тяжёлое:

– Зачем?

– Потому что ты принц. А остальные под руку попались. И в поэтическом обществе ещё и второй принц!

А вот это уже внушало опасение. Роуэн фыркнул, но Айден понимал, что имел в виду Николас. Оба принца состоят в одной компании, которой пришли странные угрожающие письма.

Ради смерти наследников престола можно и сотворить запретную