Лунные Всадницы - Тереза Томлинсон

— Какая ты красивая, когда смеешься, — сказала Мирина, и она не солгала.

— А вот этого в Трое не говорил никто и никогда, — ответила Кассандра, почувствовав себя счастливой.

Мирина улыбнулась ей в ответ. А ведь роль преданного товарища Кассандры, похоже, не так уж и трудна!

* * *

Племена, стоявшие лагерем близ Эликмаа, угостили Лунных Всадниц козьим сыром и вкуснейшими лепешками: такие раскатывают тонюсеньким слоем и пекут на угольях. К радости жриц, их попросили лишь о лунном танце, неспешном и умиротворяющем, после которого все сонно разошлись спать.

И хотя на некоторое время разъезды прекратились, работы меньше не стало: необходимо было кормить и поить лошадей и не давать им застаиваться. Месяц Палящего Зноя пролетел быстро, никто и оглянуться не успел. Атиша уже задумывалась о переезде на юг через горы. Девушки вновь принялись упражняться в стрельбе из лука — сразу после того, как поприветствуют встающее солнце.

По традиции, Лунные Всадницы всегда стреляли на полном скаку. И в те времена, когда жрицы превращались в воительниц, мало кто осмеливался бросить вызов свирепому натиску амазонок.

Над названием «амазонки» Лунные Всадницы лишь смеялись, облачаясь в крепкие кожаные доспехи, которые защищали грудь, сдавливая справа: без этого невозможно было натянуть толком лук. За это ахейцы и прозвали их амазонками, что значило «безгрудые»: по слухам, Лунных дев якобы заставляли выжигать либо отрезать себе правую грудь.

— Ага, конечно, станем мы так себя уродовать! — Пентесилея покачала головой и фыркнула, натягивая изогнутый лук.

— Да пусть себе думают что хотят! — возразила Кентаврея. — Если нам грудь себе отрезать — раз плюнуть, кто знает, чего еще от нас можно ожидать? Слухи о нашей грозности и неустрашимости — неплохая защита!

— И зачем нам столько упражняться? — полюбопытствовала Мирина. — Мы ж только на оленей да кроликов охотимся!

— Чушь! — фыркнула Лисиппа, девушка с остреньким, узким личиком, к которому замечательно подходили татуировки на щеках в виде шакалов.

— Мы должны всегда быть готовыми к бою! — Пентесилея помахала острым копьем перед самым носом у Мирины. — Как знать, когда придется защищаться? Путь на юг лежит через горы, где бродят медведи да прячутся разбойники. Нельзя терять бдительности.

— Ну хорошо, хорошо! — Мирина отпрянула назад, покраснев от стыда. Уж лучше бы она придержала язык! Эти двое отчитали ее не хуже Хати.

Все знали, что Пентесилея обожает стрельбу и свой изогнутый лук: каждое утро она верхом на своей неутомимой кобылице Буре отрабатывала с подругами конные атаки. Всадницы носились взад-вперед, волна за волной, посылая стрелы во всех направлениях, и назад они стреляли так же метко, как и прямо перед собою. То туда, то сюда мчались они галопом по приказу Пентесилеи, пока и кони, и всадницы не покрывались потом.

Наконец, Атиша возвещала:

— Довольно!

Теперь лошадей полагалось хорошенько растереть, после чего Атиша требовала принести танцевальные жезлы. Жезлы, коротенькие, легкие, ярко раскрашенные, казались игрушечными, но танец давал девушкам легкость и умение в обращении с ними. Стоило закрепить на одном конце жезла острый железный наконечник, и он мгновенно превращался в грозное копье. Сейчас на жезлах Лунных Всадниц наконечников не было, но то, какие движения заставляла отрабатывать Атиша, не оставляло никаких сомнений: эти милые безделушки в любой момент могут стать смертоносным оружием.

Воительницы шли в наступление по коротко скошенной траве, уверенно вращая жезлы, а затем свирепо раскручивая их над головой. То и дело слышался стук дерева о дерево: то Лунные Всадницы упражнялись друг с другом: атака — защита, атака — защита. И — никаких тебе запретов: все средства, как говорится, хороши. Так что плясуньям приходилось несладко: у кого — разбитый локоть, у кого — подвернутая лодыжка.

Мирина замахнулась жезлом на Кассандру, царевна непроизвольно отпрянула, и Мирина отчасти ослабила натиск.

— Нет! Так ты ей не помогаешь, а, наоборот, вредишь! — закричала Пентесилея. — Если противника щадить, он так слабаком и останется! Язви как скорпион, бодай как баран!

Мирина на мгновение замешкалась, признавая правоту старшей подруги. Но стоило ей отвлечься, как Кассандра метнулась вперед и резким ударом сбила ее с ног!

— Ха! — воскликнула Пентесилея. — Молодчина! Удачная стратегия — залог победы!

Мирина, пошатываясь, поднялась на ноги и двинулась на Кассандру, пепеля ее взглядом.

— Вот так-то лучше, — похвалила Пентесилея.

* * *

По мере того, как месяц Палящего Зноя неумолимо убывал, ловкость и мощь Лунных Всадниц росли с каждым днем. Кассандра загорела и окрепла, и в то же время она словно излучала спокойную безмятежность. У Мирины тоже прибавилось и силы, и уверенности. Они стали почти неразлучны. Вот только времени для магии зеркал им удавалось выкроить совсем немножко. Но обе оставались довольны тем, что видели.

Резеда заметно раздалась в талии, двигалась она теперь медленно и неспешно.

— Похоже, к весне ребеночек родится, — рассказывала Мирина Кассандре. — Представляешь, я стану тетей! А в Трое все в порядке?

— Я редко гляжу в сторону Трои, — отозвалась Кассандра. — Я страшусь за Ифигению, но всякий раз, как я вижу ее в темном камне, с девочкой вроде бы все в порядке, ее балуют и нежат. Мне просто чудится, что она не слишком-то счастлива.

* * *

Лунные Всадницы свернули шатры: путь их лежал на юг. На зиму жрицы перебирались на священный остров Лесбос: там царил более теплый климат.

Отряд поскакал к югу, но в этот раз, не заезжая в Трою, обогнул восточные склоны горы Ида и двинулся дальше через горный перевал. Ехать по узкой каменистой тропке было непросто, и хотя лошади ступали уверенно, все облегченно вздохнули, когда дорога наконец-то зазмеилась вниз по южному склону. Впереди раскинулось море, а за ним лежали плодородные, зеленые прибрежные земли. Завидев вдали остров Лесбос, всадницы перешли на шаг.

— Здесь-то мы и встанем лагерем, — объявила Пентесилея.

— Да, но ведь солнце еще высоко в небе, — удивилась Мирина. — Я думала, мы поедем дальше и поищем лодки. До острова-то рукой подать!

Пентесилея покачала головой.

— Мы пробудем здесь две ночи, — сообщила она. — Завтра у нас — день сборов. Ты ведь про день сборов знаешь?

Мирина стала вспоминать, что Гюль с Хати вроде бы говорили про что-то подобное, да только она тогда не вслушивалась.

— А что за люди здесь собираются?

Пентесилея рассмеялась.

— Да нет, мы растения собирать будем, — серьезно пояснила Кассандра. — Травы и цветы для лекарств и целительных снадобий.

— Вот именно, — кивнула Пентесилея.

— Тебе-то откуда знать? — буркнула раздосадованная Мирина. Это ей все ведомо про Лунных Всадниц — ей, а вовсе не Кассандре!