Сын галактики - Дмитрий Распопов

Когда все было закончено, я несколько раз проверил прочность креплений и правильность соединения контактов у серверов, и, даже следуя указаниям Корабля, провел процедуры тестирования их на устойчивость к тряске и ударам – все было отлично. Мы приварили к переборкам нового корабля старые крепления, взятые с родного, инетроговского, и серверы легко встали на привычные места. Закончив все проверки, я устало опустился в непривычное для меня кресло нового корабля и проворчал:

– Ведь говорил тебе, что проще скопировать тебя на серверы нового корабля, чем таскать взад-вперед это старье.

– Ага, и потерять при этом пятьдесят процентов эффективной производительности? – рассердился Корабль. – Нет уж, если я и буду куда-либо перезаписываться, то только на более мощные платформы.

– Ну ладно, вместо того чтобы болтать, проверил бы лучше все системы нового корабля, может, командир базы нам подарочек приготовил, – прервал я наш спор.

– Я в отличие от тебя первым делом именно это и сделал, а только потом стал с тобой болтать, – съязвил Корабль.

– Докладывай тогда результаты, а не выпендривайся.

– Как я уже сказал, это самая первая модель военного корабля человеческой постройки, – начал он. – Давно нигде никем не используется, кроме пиратов и охотников, так как подобные корабли доступны новичкам из-за их невысокой цены. На них можно установить кое-какое новое оборудование, но это связано с такими затратами, что проще накопить денег на корпус посовременнее, а потом на него навешивать все необходимое – это будет значительно дешевле.

– Понятно. Что из остального оборудования установлено на борту?

– Все по минимуму и такое же устаревшее: топливный бак, радар, сканер и силовой захват. Ремонтного дроида нет, генератора защитного поля нет, вооружения тоже нет. В общем, используя твои понятия – это настоящая консервная банка, которая может летать, – закончил свою речь Корабль.

– А с этим мне что делать? – спросил я, доставая электронный ключ – удостоверение охотника.

– Возьми и сам сделай запрос в мои базы данных, – ехидно ответил он. – Я не знаю ничего, что не было бы доступно тебе.

– Вот ты так, да? – возмутился я. – Ну смотри, если тебе от меня тоже понадобится какая-нибудь информация – искать будешь сам.

– Да ладно, я сейчас все предоставлю, не сердись, – дал обратный ход Корабль.

У него постоянно возникали проблемы с поиском информации у меня в мозгу. Он всегда ругался, когда пытался отыскать необходимое, причитал, что человеческий мозг – просто неструктурированная помойка.

– Ну-ну, – ехидно усмехнулся я.

– Электронный ключ охотника – это не только удостоверение его личности, но и счет, на который поступают средства за выполненные задания. Ты и сам можешь положить на этот счет деньги, если они у тебя есть, конечно. При покупке нового корабля ты просто переставляешь ключ, и все данные, что имелись о тебе в старом корабле, стираются, а на новом записываются. Очень удобно для тех, кто занимается незаконным бизнесом, потому что как только корабль примелькается военным и полиции, можно сменить его без всяких для себя последствий.

Кстати, ключ имеет самую высокую степень защиты от взлома, даже выше, чем платиновые монеты теронов, используемые в анонимных сделках. Считается, что его невозможно подделать, так как каждый месяц выходят обновления его защиты. Они автоматически заливаются в ключи кораблей, приземлившихся в космопорту любой планеты.

– Спасибо, – поблагодарил я его за подробную информацию. – Думаю, раз все закончено, остается только уничтожить наш старый корабль и отчаливать.

– Согласен.

Подойдя к техникам базы, я попросил у них несколько механизмов для утилизации остатков корпуса. Обрадованные, что эту кропотливую и нудную работу я решил делать сам, они с удовольствием предоставили мне сразу четырех роботов, с помощью которых я за четыре часа превратил остатки корабля в куски, годные только для переплавки.

Пока я занимался уничтожением старого корпуса, Корабль осваивался на новом месте, внося изменения в работу всех систем.

– Я закончил, – сказал он, когда я принял душ и попрощался с пилотами, которые не находились на боевой вахте.

– Тогда давай решим, куда летим, – и в путь, – ответил я.

– Я предлагаю отправиться на ближайшую планету пентагрионов – Гелар. Туда мы точно доберемся. К тому же в базе данных она значится как место с большими возможностями для заработка.

– Тогда вперед, – сказал я и начал проводить предполетные тесты.

Не то чтобы я не доверял Кораблю, просто мне нужно было набирать опыт в управлении разными типами кораблей. Получив добро диспетчера на взлет, я стартовал, отлетел от базы и начал разгон для проверки систем. Включив максимальное ускорение, мы направились в сторону гиперворот. Через шесть часов, когда мы были почти у цели, на радаре появилась метка быстро приближающегося к нам корабля.

– А вот и обещанные гости, – констатировал Корабль.

– Странно, что сканер ничего не показывает, – пробормотал я.

– Еще бы, нашему сканеру просто недоступно его защитное поле. Переходим к плану «А»?

– Через десять секунд, – ответил я, оценив расстояние до атакующего.

Наш план был очень прост. Поскольку двигатель на «пирате» был явно лучше нашего, то у нас оставался единственный шанс на спасение – успеть проскочить в гиперворота. Шанс был слабенький, но наиболее приемлемый из всех, что мы рассматривали.

В той стороне, куда мы держали путь, имелось огромное скопление метеорных тел, в которое мы намеревались нырнуть и выйти с другой стороны, порядочно оторвавшись при этом от преследователя. Единственной нашей проблемой было отсутствие на корабле поля, которое защитило бы нас от камней. Иными словами, мы не могли допустить, чтобы в нас попал камень размером больше, чем голубиное яйцо, иначе на таких скоростях броня корабля не выдержала бы попадания.

Призывы о помощи мы посылать не стали, так как не было известно, направил командир базы за мной один корабль или несколько. Увидев, что мы не меняем курс и движемся в сторону обломков, преследующий нас корабль увеличил скорость – и на экране радара появились четыре красные точки.

– Ракеты, – раздался голос Корабля.

Я угукнул и полностью сосредоточился на управлении – мы влетали в скопление.

Поскольку старые корабельные системы не имели возможности полного автоматического управления, мы с Кораблем распределили обязанности между собой. Он отвечал за предоставление информации о ближайших опасных объектах, а я управлял полетом.

В скоплении скорость пришлось немного погасить: мне в голову стала сыпаться обильная информация об опасных объектах, которые при попадании в корабль вызвали бы разрушение корпуса. Для анализа этой задачи пришлось подключить пятьдесят процессоров – максимум того, что я мог сейчас контролировать. Только пять из них помогали мне в полете, остальные были заняты анализом информации, поступающей от Корабля.