Возвращение космического пирата - Дмитрий Емец

После всех пережитых волнений Андрей и Лависса долго спали без сновидений. Они проспали часов двенадцать и могли бы спать, вероятно, дольше, но Грохотун пропорол рогом купол палатки, и в нее устремились обжигающие солнечные лучи.

Андрей приподнялся, вспоминая, где он и как здесь оказался. Мысли Лависсы текли примерно в том же направлении, потому что она некоторое время задумчиво разглядывала свой скафандр и приятеля.

Грохотун пытался вытащить свой правый рог из дыры в куполе палатки.

— Ишь ты, застрял... Казалось бы, не в чем, а прочно сидит... — бормотал он.

— Захотелось теленку пободаться! — проворчал Баюн. — Можно подумать, нельзя было найти другого места. Вышел бы наружу, постучался бы лбом в «Странник».

— Пропрошу без намеков! — зарычал боевой робот. — Переходите дорогу только на зеленый свет!

— А если нет зеленого света? — спросил Андрей.

— Тогда подкапывайтесь под дорогу! — посоветовал Грохотун и с важным видом отошел от палатки.

Снаружи доносились звуки сварки. Капитан и Старый Шкипер заваривали пробоины в бортах «Звездного Странника». Когда ребята вышли из палатки, пират отложил сварочный аппарат и подошёл к ним, вытирая пот с человеческой половины лба. Его бронированный корпус накалился на солнце, Лависса прикоснулась к нему ладонью, но сразу отдернула ее — девочке показалось, она обожглась.

— Больно? Будь осторожнее! — Крокс взял ее руку и посмотрел на ладонь.

Лависса покраснела, вырвала свою руку и убежала за изгиб звездолёта, где слышался голоса Баюна, переговаривающегося со Старым Шкипером.

Капитан задумчиво, с грустной полуулыбкой проводил девочку взглядом, а потом надвинул на свой человеческий глаз затемняющий козырек, чтобы его не ослепляла сверкающая на солнце броня «Странника».

— Работы много. Нам не помешала бы помощь еще десятка ремонтных роботов, — пробормотал он, обращаясь к Андрею, и снова занялся сваркой.

Постояв возле Крокса некоторое время и обнаружив, что капитан, увлеченный работой, забыл о нем, Андрей направился за Лависсой, не понимая, что на нее нашло и почему она умчалась от капитана Крокса. Он нашел Лависсу там, где борт звездолета отбрасывал на песок длинную тень.

Девочка сидела, прислонившись спиной к зеркальной броне звездолёта и горстями задумчиво выпускала из рук песок. Он улетал, развеивался, а мелкие красные камешки падали ей под ноги.

Когда он подошёл, светловолосая девочка даже не покосилась в его сторону, словно не заметила.

— Ты чего? Что на тебя накатило? — спросил Андрей.

— Отстань!

— Нет, ты скажи!

— Вот зануда! Надоел! — она отшвырнула горсть песка, потом встала и отошла от звездолета.

Странное настроение Лависсы быстро прошло, и уже через полчаса друзья весело и с аппетитом ели поджаренные на костре кусочки мяса. Когда последний кусочек был съеден, Андрей поинтересовался, чьим мясом их угощали.

— А было вкусно? — спросил попугай.

— Вкусно, — подтвердил мальчик.

— Так вот. Это были гусеницы, — птица искоса взглянула на них, проверяя, как они отреагируют.

— Гу... ?! — едва не подавился Андрей.

— Небольшие коричневые гусеницы, — уточнил попугай. — Я развожу их на «Страннике» в специальной емкости. Знаете ли, сказывается птичья привычка ковыряться в червячках. Но вы не волнуйтесь, я проконсультировался с Баюном, и он счел их вполне съедобными.

Услышав про червячков, Лависса вскочила и, позеленев, куда-то умчалась, а Андрей с возмущением повернулся к роботу-няньке:

— Ты что, Баюн, спятил? Мы ели гусениц, а ты нам ничего не сказал!

— Именно потому и не сказал, что тогда вы не стали бы их есть, — спокойно объяснил тот. — А между тем их мясо очень питательно, я сделал биологический анализ. Только напрасно попугай назвал их «червячками», тогда с Лависсой ничего бы не было. Я же предупреждал этого болтуна!

— Меня подговаривали не разглашать эту тайну, но счел своим долгом поставить все точки над «и», — сказала злорадная птица.

Вскоре после завтрака капитан Крокс объявил:

— Делимся на две группы. Первая в составе Старого Шкипера, Грохотуна и Баюна остаются ремонтировать «Звездный Странник». Вторая группа: я, Андрей с Лависсой и попугай берем планетоход и отправляемся исследовать планету. Возможно, нам удасться найти где-нибудь воду или полезные ископаемые — для завершения ремонта необходимо немного красной руды в качестве катализатора.

— У меня вопрос, — возмущенно сказал Баюн. — Почему я должен оставаться здесь? Я хочу быть все время с детьми! Это моя обязанность!

— Пожалуйста, оставайся с детьми, — примирительно развел руками капитан Крокс. — Но у нас в планетоходе только три места. Значит, взять можно только троих, не считая попугая, которому отдельного места ему не нужно. Я должен быть в планетоходе обязательно — потому что только я знаю, какая руда нам нужна. Таким образом остается еще только два места. Если хочешь, поезжай со мной, но тогда кого-нибудь из ребят придется оставить вместе с Грохотуном.

Баюн кивнул, признав доводы капитана убедительными.

— Ладно, была не была! Мясо ешь, да мясника не съешь! Кошкам — по ложкам, собакам — по крошкам, нам — по лепешкам. Я доверяю вам, капитан. Вы уже не раз спасали детей, и я думаю, что на вас можно положиться.

— Заслужить доверие старого ворчуна немалого стоит, — усмехнулся пират. — Рябета, марш в кабину! Время от времени мы будем с вами связываться по передатчику.

Киборг открыл внешний шлюз «Звездного Странника» — за ночь усилиями Крокса, Грохотуна и Шкипера звездолет удалось выровнять. Вскоре он выехал оттуда на массивном планетоходе-амфибии с широчайшими гусеницами, которые смогли бы удержать машину даже не болоте. Сверху трехместный планетоход прикрывал прозрачный бронированный колпак с собственной системой воздухоподачи, а сзади был небольшой кузов для разного груза. Заканчивался планетоход маленьким ковшом и буром, которые необходимы были при геолоразведке.