Логово Тьмы - Дмитрий Казаков

И поэтому он просто наблюдал.

– Да будет над нами милость Небесного Чертога, – сказал, выбираясь на башню, лысый эльф в сером плаще.

Лицо у него было морщинистым, а глаза – почти не встречавшегося среди эльфов карего цвета.

– Да пребудет, маг, – отозвался наместник. – Но боюсь, что сейчас нам придется обойтись без нее. Чем сможешь помочь?

Кареглазый колдун некоторое время смотрел на выстроившиеся вдоль берега суда, на отряды нагхов, и его морщинистое лицо делалось все более мрачным.

– Я попробую, – сказал он. – Но сам знаешь, силы мои далеко не беспредельны.

– Знаю, но сегодня каждый должен отдать все, что у него есть. До последней капли, – кивнул Силуэн тар-Ватиллон, и глаза его, синие и холодные, точно лед, мрачно блеснули.

– Хорошо.

Маг поднял руки, глубоко вздохнул. Вокруг его кистей, длинных и изящных, словно у женщины, заклубилось туманное облачко. Судорога пробежала по воздуху от сторожевой башни к морю, и вода рядом с одним из кораблей нагхов вскипела. Волны с рычанием набросились на черные борта, сложились в две огромных, прозрачно-голубых ручищи с белыми пенными когтями.

Наместник Ла-Хорданы сам не заметил, как сжал кулаки и затаил дыхание.

Руки моря поднялись и ударили по палубе. Корабль с треском развалился, мачты рухнули. В воду посыпались тела. Их начали поглощать испятнавшие блескучую гладь воронки, похожие на алчные рты.

– Есть! – радостно воскликнул Силуэн тар-Ватиллон, забыв о достоинстве благородного.

– Всего один… – прохрипел маг, и руки из воды, повинуясь его жестам, обрушились на соседний корабль.

Этот погиб столь же бесславно, а вот заняться третьим эльфам не дали. Четверо нагхов из тех, что были на берегу, встали в кольцо, блеснули серебряные браслеты на лапах. Зазвучали слова тайного колдовского языка, которого земля материка не слышала многие столетия.

Им пользовались, чтобы составлять заклинания, слабейшие колдуны Солнечного острова. Самые могучие и умелые обходились без слов, но мастеров чародейства не было в авангарде огромного войска, что высадилось в этот день на берегах Мероэ.

Слова зазвучали, и рокот волн затих, а водяные руки начали покрываться льдом.

– Нет… – на лбу мага-эльфа надулись синие жилы, точно у грузчика, взявшего слишком большую тяжесть. Он пошатнулся. – Ах, Истинный Источник… что… нет…

Заледеневшие руки обрушились в море кусками льда, а четверо колдунов обратили внимание на город. Облако черного дыма поднялось над землей и поплыло в сторону Ла-Хорданы.

– Что это? Ты можешь его остановить? – спросил наместник.

– Это нацелено на меня, – ответил маг, тяжело дыша и вытирая пот. – Они развеяли мое заклинание и теперь решили заняться мной. Я попробую…

Черное облако прошло выше городских стен и понеслось против ветра прямо к сторожевой башне.

– Беги! – крикнул маг. – Спасайся!

– Вот уж нет. – Силуэн тар-Ватиллон спокойно вытащил из ножен прадедовский меч, и прямое длинное лезвие холодно сверкнуло. – Не бывало такого, чтобы кто-то из моего рода показал врагу спину…

Над башней сгустилась туча, обычная, темно-синяя, из нее хлынул ливень, острый, жалящий. Попав в него, черное облако чуть замедлило ход, начало рассеиваться, но все же проложило себе дорогу.

Наместника окутала мгла, он махнул мечом и понял, что камни под ногами зашатались.

– Истай! – завопили над самым ухом, Силуэн тар-Ватиллон получил удар по голове, и перед глазами у него помутилось.

Очухался, стоя на коленях, с мечом в руках. Потряс головой, отгоняя слабость, и сумел встать на ноги.

– Старший, – позвал кто-то.

Наместник оглянулся. Понял, что парапет площадки на вершине сторожевой башни оплавлен, на почерневшем полу лежит бездыханный маг, а из люка в полу выглядывает один из гонцов.

– Что… – губы послушались не сразу, – случилось?

– Меня послали проверить, все ли в порядке. Туча накрыла вас, жутко загрохотало…

– Лекаря, быстро. – Силуэн тар-Ватиллон заставил себя встать на ноги. – Я цел, а вот маг пострадал.

Гонец убрался, и наместник смог оглядеться.

Два корабля исчезли с водной глади, но прочие остались на местах. Воинов-нагхов на берегу прибавилось, в их руках появились осадные лестницы. На исполинские колеса установили таран, похожий на чудовищный фаллос, собрали несколько очень больших баллист.

Появился лекарь с учениками, бездыханного мага унесли, а наместник стал получать доклады от сотников, что командовали защитой ворот. Судя по ним, враг окружил город.

Оставалось надеяться только на стены и на то, что сюзерен Ла-Хорданы, герцог тар-Пеллан, пришлет помощь.

– Началось, – сказал Силуэн тар-Ватиллон, когда от берега донесся равномерный бой барабанов и ряды нагхов двинулись вперед.

Могучие, покрытые желто-зеленой чешуей ящеры, впряженные в таран, дружно заревели, когда кнуты заклинаний хлестнули по их спинам. Хитрые маги погнали под стрелы и кипящую смолу укрытых прочной броней тварей, а сами остались в безопасности.

Громыхнула баллиста, выпущенный из нее горшок с зажигательным составом разбился, не долетев до стен дюжины шагов. Выстрел из второй оказался более точен – посудина размером со шкаф врезалась в угловую башню. По серым стенам потекли струйки зеленоватого огня.

Потекли и исчезли, оставив черные следы.

Но наместник знал, что после нескольких попаданий огонь не потухнет, он начнет разрушать прочнейший камень, пока не превратит его в прах. И остановить это возможно лишь с помощью магии, а единственный на весь город колдун выбыл из строя в самом начале схватки…

И трудно его в этом винить – мало кто устоит против извращенного чародейства нагхов.

Защитники тоже не дремали – по штурмующим ударил настоящий шквал из стрел. Доспехи из коры дерева ур помогли немногим, и десятки тел повалились наземь, дергая перепончатыми лапами. Волокущие таран ящеры вмиг стали напоминать громадных ежей, спины их превратились в нечто похожее на подушечки для булавок.

Но они не остановились, не дрогнули и шеренги воинов-нагхов.

– Проклятье! – проронил Силуэн тар-Ватиллон, тиская рукоять родового меча. – Чем же их остановить? Чем?

Лучники били не переставая. На стенах, судя по скоплению народа, собрались все жители Ла-Хорданы, могущие держать оружие. И неудивительно – любой сельтаро знал, что его племя нагхи не щадят.

Что они вообще никого не щадят.

Один из ящеров споткнулся, повалился набок. Другой не выдержал боли, заревел, взбрыкнул и оборвал постромки. С воем кинулся в сторону, топча своих же, как зубр – траву. Таран остановился, со стен донеслись радостные крики, но звучали они очень недолго.