Кровь королевы - Морвейн Ветер

Алаур с трудом смогла открыть глаза – лишь для того, чтобы понять: всё тело ломит, а в голове стучит огромный молот.

Она заставила себя встать с постели. Не обращая внимания на удивлённые лица стражей, охранявших её покой, Алаур двинулась по коридору в поисках Вейла – но того нигде не было. Кое-как преодолев хитросплетения коридоров и комнат, королева выбралась на крепостную стену и едва не оглохла от криков, звона оружия и взрывов снарядов.

Бой шёл вдалеке, за седьмым кольцом укреплений, но даже отсюда виднелись всполохи заклятий дроу и вспышки гремучих зелий варваров.

– Вейл! – крикнула она, завидев вдалеке знакомую фигуру, и, преодолевая боль, бросилась к советнику. – Вейл, какого дьявола здесь творится? Почему меня не разбудили?

– Моя королева? – на лице генерала читалось искреннее удивление. – Вы пришли в себя?

– Пришла в себя? – Алаур едва сдерживала ярость. – Что здесь происходит, генерал?

Вейл наконец обернулся к ней.

– Вы ушли спать и приказали доставить обозы. Когда ночью мы должны были начать вылазку, вы так и не появились, и я отдал приказ за вас. Однако обозы провести не удалось, горцы едва не сожгли всё, и нам пришлось спешно отступать, прикрывая отход продовольственного каравана магией. Мы успели отойти обратно в город и спрятать караваны. Тогда я решился навестить вас – вы спали будто убитая. Как я ни старался, мне не удалось вас разбудить, и я лишь приказал стражам следить за вашей спальней и никого не впускать.

С каждым словом Алаур становилась всё мрачнее, а Вейл перевёл дух и продолжал:

– Мы повторили попытку на вторую ночь. Однако горцы были готовы к атаке. Едва мы открыли ворота, они рванулись внутрь сплошным потоком и смели отряды авангарда. Бой длился всю ночь. К утру мы отступили за вторую линию обороны.

Алаур бросила взгляд на поле сражения.

– Да, моя королева, сегодня незадолго до заката наши маги выжгли нижний город. Затем мы открыли ворота и добили выживших. Сейчас осталось отбить внешние ворота. О том, чтобы провести внутрь обозы, пока не идёт и речи.

Алаур со свистом втянула воздух.

– И всё это время я спала?

Вейл кивнул.

– Меня могли опоить?

Советник ничего не ответил.

– Если бы вы и были с нами… – сказал он мягко, – варваров слишком много. Вряд ли вы спасли бы положение.

Алаур сжала кулаки и выругалась.

– Но нам нужно это продовольствие. Сколько у нас еды?

Вейл покачал головой.

– В два раза меньше, чем было. Ещё два амбара сгорели.

Алаур цепким взглядом окинула нижний город. Тут и там виднелись обгоревшие остовы домов, но бои на улицах продолжались.

– Как вы атаковали?

– Как обычно, впереди шли Танцующие с клинками. Магами мы рисковать не решились.

– Соберите всех магов, что у нас есть. Их нужно будет выставить на наружные стены. Я встану вместе с ними, если им от этого полегчает. У нас есть мастера големов?

– Десяток найдётся.

– Пусть начинают работу. Соберите горожан, объясните им, что если они не пойдут в бой, их ждёт голодная смерть. Можете обещать им награду за отвагу. Я подумаю, что ещё мы можем сделать, – она перевела дыхание. – Как только ворота будут отбиты – объявите отбой. Оставьте только стражников на стенах. Остальные пусть отдохнут, – она помолчала. – Музыкантов – на вторую линию. Пусть играют марши древних времён. Хотя бы на одну ночь мы должны стать единым народом.

Алаур развернулась, собираясь спуститься со стены.

– Моя королева, – остановил её Вейл, и Алаур снова обернулась, – это ещё не всё. Незадолго до заката прилетел почтовый ворон. Я взял на себя смелость распечатать письмо.

– Что за письмо? – спросила Алаур рассеянно.

Вейл молча протянул королеве небольшой свиток.

Алаур торопливо развернула пергамент, и ей показалось, что и без того плясавшие перед глазами буквы расплываются лужами.

– Данаг едет, – Алаур не заметила, как пальцы скомкали письмо. Она хотела было отшвырнуть его прочь, но вовремя одумалась. Аккуратно свернула и спрятала за пояс. – Мне нужно поесть, генерал. Я буду в трапезной. Как только всё будет готово – сообщите мне.

***

Еда не шла впрок, и мысли постоянно ускользали от военных дел. Меньше года прошло с тех пор, как состоялся ее нежданный и абсурдный брак с врагом. Алаур с трудом могла поверить, что Данаг явится за своей платой так скоро – и так не вовремя.

Безумно хотелось, чтобы письмо оказалось дурным сном, потому что она с трудом могла придумать что-то хуже.

«В любом случае, – думала Алаур, – нужно отсрочить выплату долга до тех пор, пока не будет уничтожена угроза нападения. Проклятье….» Целый год борьбы, год попыток доказать, что у неё есть право править народом дроу… Год непрерывной работы, бессонных дней и постоянных интриг… И всё лишь для того, чтобы бесславно погибнуть в постели вампира, стать пищей для хищного и бессердечного существа, которому нет дела ни до чего, кроме собственной прихоти.

Алаур не заметила, как лопнул в её ладони хрустальный бокал, заливая пальцы кровью и вином – будто бы предвестник скорого и нежеланного визита.

Алаур отбросила осколки в сторону и промокнула ладонь шёлковым платком, а затем им же замотала рану.

Она в последний раз попыталась отогнать мысли о супруге и сосредоточиться на обороне. Жаль, что не осталось никакой связи со жрецами. Алаур поставила на заметку разобраться и с этой проблемой, едва минет непосредственная угроза. Она ещё раз прокрутила в голове основные варианты развития событий, когда в дверь постучались.

– Да.

На пороге показался молодой дроу.

– Моя королева, – посланец низко поклонился, – всё готово. Войска ждут вашей команды.

Скрестив руки, Алаур стояла на внешней стене и осматривала войска, занимавшие свои позиции. Как и было приказано, с противоположной стены гремела музыка. Маги уже собрались вокруг, но их оказалось неожиданно мало – Алаур никогда бы не поверила, что это все, кто был в городе на момент атаки.

Зато ополчение получилось достаточно большим. Удалось собрать несколько сотен дроу и вооружить вполне сносными, хоть и дешевыми клинками. И ещё больше Алаур радовали стройные ряды големов, стоявшие у самых внешних ворот.