Кровь королевы - Морвейн Ветер

Данаг ворвался в помещение сиятельный и великолепный, как и год назад. Чёрные волосы едва заметно колыхались на сквозняке, благородный профиль был суров и холоден, как и в прошлую встречу с королевой. Внезапный укол обиды проскользнул где-то под сердцем. Алаур вспомнилось, как Данаг подал ей руку тогда, в первую ночь, когда она упала на пол, отброшенная в сторону другой вампиршей. Как заботливо звучал его голос и какой тёплой была рука, когда Алаур говорила о своём происхождении. Конечно, Данаг не был дроу и вряд ли понимал, что значит Дом для тёмного эльфа. И всё же он не казался тогда равнодушным…

Алаур прерывисто втянула воздух, подавляя бессмысленные воспоминания. Что ж, многое в жизни, что могло бы случиться, так и не сбывается. И их дружба с Данагом стала, видимо, одной из таких вещей. Для наместника она оказалась лишь случайной пищей… Живущей к тому же совсем недолго.

Данаг миновал сидящих по сторонам советников и остановился прямо напротив трона королевы. Два пары глаз встретились: обе – холодные, как заснеженные вершины гор.

Споры смолкли. Все взгляды устремились на эмисара Империи. Данаг некоторое время выжидающе молчал, а затем произнёс:

– Ты не поприветствуешь меня, супруга?

Горячий сгусток ярости взорвался в голове королевы, чтобы растечься по всему телу. Лишь присутствие посторонних удержало её от того, чтобы вскочить и вцепиться в горло вампиру.

– Нет, – сказала Алаур ровно, – Я занята… супруг, – последнее слово прозвучало как проклятье.

Данаг усмехнулся.

– У тебя не должно быть дел важнее, чем визит твоего сюзерена.

Алаур сцепила пальцы на подлокотнике трона.

– Ты пришёл забрать свой долг?

Данаг кивнул, не отрывая синих глаз от лица предводительницы дроу. Теперь в его взгляде читалось любопытство.

– На твоём месте я бы отпустил приближённых, – заметил Данаг, делая шаг вперёд, – если ты не хочешь, чтобы мы решали свои дела при них.

Алаур прикрыла глаза и досчитала до пяти.

– Все свободны, – бросила он.

Оба супруга не двигались, ожидая, пока главы домов покинут залу. Уходящие то и дело бросали на королеву и её супруга взгляды, полные любопытства и злорадства, но никто не сказал ни слова.

Когда зал опустел, Алаур перевела взгляд с Данага на его спутницу. Ивон, казалось, веселила мрачная злоба, застывшая на лице королевы.

– А она? – бросила Алаур. – Или мне снова следует раздеться при ней?

– Она останется, – Данаг кивнул Ивон на дверь, но лишь для того, чтобы та прикрыла её и наложила охранные заклятья. Пока вампирша выполняла приказ, Данаг продолжал молчать, изучая свою супругу. За год Алаур постарела. Лицо её осунулось, а кожа потемнела. Сиреневые глаза всё так же сверкали яростью, несмотря на едва заметный налёт усталости.

Алаур смотрела на Данага и пытался понять, почему тот медлит. Ожидание теперь казалось бесконечным. «Чего он хочет? – мелькнуло в голове. – Ждёт, что я попрошу пощады?».

Алаур стиснула зубы и вскинула подбородок.

Она встала. Резко расстегнула ворот и, отодвигая пальцами ткань от горла, подошла вплотную к вампиру.

– Давай.

Данаг невольно залюбовался биением маленькой жилки под прозрачной голубоватой кожей. Как загипнотизированный, он склонился к шее королевы и легко коснулся языком раздражающей взгляд венки.

– Не соблазняй меня, – он обеими руками взял ее за плечи и отодвинул от себя. – Я пришёл поговорить.

На лице Алаур отразилось смятение. Затем растерянность и недоумение.

– Ты – моя супруга, – сообщил Данаг резко, не обращая внимания на этот калейдоскоп, – я заключил с тобой брак не для собственного удовольствия. Твои земли теперь принадлежат мне, – Данаг сделал вид, что не заметил вспышки ярости в сиреневых глазах. – Ты правишь ими, но это не значит, что ты можешь их разваливать.

Алаур резко вырвалась из сильных рук.

– Да как ты смеешь! – прошипела она, всё ещё пронзая вампира яростным взглядом.

– Я смею всё, – ровно произнёс Данаг. – Я – наместник южных провинций Империи Крови, и моя первейшая задача – сохранять порядок на вверенных мне землях. А твоя задача – сохранять порядок на землях, верных тебе.

– А я чем, по-твоему, занимаюсь? – выдохнула Алаур. – Ты явился – как чёртик из коробочки, чтобы осуждать меня? Так я не собираюсь оправдываться. Всё, что я делаю, я делаю во благо королевства!

– Я понятия не имею, чем ты занимаешься, – оборвал её Данаг, – я за год не получил от тебя ни одного донесения о положении дел. Я не знал, что на моих землях идёт война, и меня это не устраивает.

– А если бы знал? – Алаур резко выпрямилась. – Что бы сделал? Или нет, не так. Теперь знаешь, что дальше?

– Для начала я хочу полный отчёт. Кто, где, сколько и почему. К завтрашнему утру. Завтра утром я обдумаю его и вышлю сюда легионы.

Королева медленно хлопнула глазами. Она хотела возразить, но не нашла, что ответить.

– А долг? – спросила Алаур неуверенно, не желая напоминать о самом главном, но всё же опасаясь остаться в неизвестности. – Ты не возьмёшь его?

– Ты придёшь ко мне сегодня в полночь. Хотелось бы видеть тебя такой же прекрасной и благоуханной, как в первый раз. Тогда нам обоим будет легче сделать то, что мы должны.

Данаг развернулся к двери и вышел, увлекая за собой Ивон.

Алаур некоторое время стояла, пытаясь понять, чего хочет от неё расколовшийся на части мир. Прийти красивой и подготовленной, чтобы умереть? Потрясающая наглость… Однако, чем больше она думала, тем явственее понимала, что вампир прав. Пожалуй, куда лучше будет закончить свои дни при полном параде, чем нечесаной и немытой.

Алаур вздохнула и прикрыла глаза. Итак, Данаг всё же дал ей отсрочку. По крайней мере, она могла бы привести дела в порядок, прежде чем умереть. И отчёт… Алаур стукнула себя по лбу. Как сюзерен Данаг требовал отчёт. Что ж, он был в своём праве.

Алаур зазвонила в колокольчик, вызывая слугу, потребовала чернила и папирус и принялась писать.

Едва луна осветила неярким светом покои королевского дворца, Алаур уже стояла у дверей наместника. На сей раз на ней была более официальная рубашка, но рукава её она немного закатала для удобства, не зная, что открывает этим взгляду вампира изящные запястья, а ворот слегка расстегнула, опасаясь, что Данаг снова порвёт дорогую вещь. Алаур тщательно вымыла и расчесала волосы, чего не делала уже довольно давно. Украшений она надевать не стала – ещё не хватало, чтобы её мёртвое тело нашли разодетым, как тело шлюхи.

Алаур неловко постучала в дверь, будто находилась не у себя дома. После лёгкого шебуршения дверь открылась. К её неудовольствию на пороге стояла всё та же светловолосая вампирша, как присоска таскавшаяся повсюду вместе с Данагом. Впрочем, в спину Ивон тут же упёрлась рука наместника, и та оказалась вытолкнута в коридор без всяких объяснений. Алаур же, напротив, мягко взяли за руку, затягивая внутрь.