Ты против меня - Дженни Даунхэм

Они одевались, сидя рядом на кровати. Это было похоже на одевание в кабинете врача – как будто оба только что прошли осмотр. Майки закончил первым и теперь сидел на краю кровати, глядя, как Сьенна натягивает туфли. Потом она села рядом и спросила:

– О чем думаешь?

А думал он о жирафах. В зоопарке как-то видел парочку, занимающуюся своими делами. Самец отчаянно пытался забраться на самку и смешно тряс ногами. Он все время соскальзывал, а самка отходила в сторону, жуя веточку, точно не замечала его. Майки раньше казалось, что секс так и выглядит – какая-нибудь девчонка, сжав зубы, только и ждет, пока все кончится. Иногда так и было. Интересно, как Сьенна поступит, если он будет молчать, как долго продержится? Он украдкой взглянул на нее. Волосы у нее растрепались, тушь слегка поплыла. Перед ним словно был совершенно незнакомый человек. Кто ты такая? – подумалось ему. С кем я только что провел этот час?

В конце концов он взял майку и натянул ее.

– Я тебе, что же, больше не нравлюсь?

– Я с другом встречаюсь.

– У тебя же сегодня утром выходной.

Он почесал нос:

– А у нас дела.

– Это что еще значит?

Она протянула руку, чтобы его погладить, но он стряхнул ее и подошел к окну. Выглянул на дорогу – вот бы Джеко поторопился.

– Значит, переспал со мной и теперь убегаешь?

Его охватила злоба. Ну что эти девки вечно вешаются ему на шею?

Она сложила руки на груди:

– Ты просто жалок.

Он вздохнул, проверил сообщения на телефоне. Два. Он и не слышал, как они пришли, – наверное, был слишком занят со Сьенной. Одно от Джеко: мол, он уже ждет снаружи. Второе – с незнакомого номера.

«Все еще хочешь узнать меня получше?»

Вот это да! Такого он никак не ожидал.

– От кого это? – Сьенна потянулась подсмотреть, но он отдернул телефон.

«Значит ли это, что я тебе понравился? » – ответил он.

– Эй, – нахмурилась Сьенна, – от кого это?

Она встала и попыталась вырвать у него телефон, но он поднял руку выше:

– Это личное, не лезь, ясно?

Она упала на кровать и накрылась одеялом с головой.

– Говорил же тебе, что не смогу весь день здесь торчать, – пробормотал он.

Новое сообщение: «Ты ничего». Он улыбнулся и ответил: «Ничего? И это все? » Он убрал телефон. Прошло уже несколько дней, она не отвечала – он уже начал думать, что она ему привиделась. Наклонившись, он погладил Сьенну через одеяло:

– Мне пора. – Она отдернула одеяло и гневно взглянула на него. А он взял табак и зажигалку и протянул руку: – Пойдем покурим на улице, и я пойду.

Джеко уже был на дороге, сидел на крыше машины. Увидев их, помахал рукой.

Майки перегнулся через перила:

– Сейчас подойду, перекурим только.

– Развлекаетесь? Сьенна нахмурилась:

– И ты ему позволяешь так разговаривать?

– Он не со зла.

Джеко усмехнулся, слезая с крыши, открыл дверь машины и взял тряпку. Заботливо протер ветровое стекло, затем наклонился и то же сделал с зеркалами.

– Ты только посмотри на него, – фыркнула Сьенна. – Кроме секса и тачек, больше думать ни о чем не может.

– Он же мужик.

– Он как-то странно на меня смотрит.

– Ты ему нравишься.

Майки подумал, что такой ответ придется ей по душе, но, кажется, ошибся. Она лишь сильнее надулась.

– Мы с тобой потом увидимся?

– Сегодня не могу.

– Могли бы сходить куда-нибудь.

– Мне на работу, а потом в магазин надо зайти.

– Я бы с тобой сходила.

– Нет.

– Так давай попозже зайду к тебе – познакомишь с сестрой.

– Она не хочет никого видеть.

Сьенна разозлилась:

– А ты ее спрашивал? Может, ей приятно, что кто-то придет в гости.

– Если бы ей это было надо, подруг у нее и так навалом.

– Почему не хочешь, чтобы я тебе помогла? Необязательно все делать самому.

Нет, обязательно. Карин и Холли были его семьей, и он принадлежал им. Кроме него, братьев у них не было.

– Кажется, у нас с тобой ничего не выйдет, – сказала Сьенна. – Не понимаю, зачем ты мне.

Ну, слава богу.

Иногда Майки мечтал утопиться – по крайней мере, притвориться, что сделал так. Бросить куртку и телефон на каком-нибудь берегу и уплыть далеко-далеко. Он мог бы стать кем угодно. Начать новую жизнь. Не оплошать на этот раз. Бросив окурок на землю, он затоптал его ботинком:

– Мне пора.

– Уходишь?

Он молча кивнул.

– Если уйдешь сейчас, все кончено. Я серьезно, можешь мне больше не звонить.

Он даже не обернулся.