Жертва - Даниэль Зеа Рэй

– Вы не слышали, что я сказал, доктор Ней? – с издевкой в голосе поинтересовался Одьен.

Да, пошел ты! Я стянула с себя перчатки и выбросила их в мусорное ведро.

– Как скажете, доктор Ригард.

– Одьен, мойся и начинай, – произнес доктор По, – иначе, я сейчас закончу!

Одьен развернулся и пошел «мыться». Я же застыла посреди операционной, не в силах опустить вниз стерильные руки.

– Это урок!

Я взглянула на доктора По, который только что произнес это, и нахмурилась:

– Урок?

– Да, урок. Если будешь позволять остальным разговаривать с тобой тоном, которым говорил сегодня Наварро, – они на голову тебе сядут. – Ты, в конце концов, хирург, и свои бабские штучки должна была оставить еще во время учебы. В мире мужчин нужно вести себя как мужик. Иначе, так и будешь до конца своих дней смотреть в пол, когда на тебя кричат.

– Я – не мужчина, и не женщина. В этом здании я – врач, и мой пол здесь ни при чем, – ответила я.

– Да, что ты говоришь?! – засмеялся доктор По. – И давно к тебе стали относиться, как к равной?

Хороший вопрос. Ответить, правда, было нечего.

Одьен вернулся в операционную.

– Почему вы все еще здесь, доктор Ней? – спросил он.

Я вновь взглянула на доктора По, затем перевела взгляд на Одьена и, набрав в грудь воздух, ответила:

– Извините, доктор Ригард, но вам требуется помощь. С вашего позволения, я задержусь, пока доктор Наварро не сменит меня.

Одьен поправил на руке перчатку и молча подошел к столу. У меня возникло ощущение, что только что я разговаривала сама с собой.

– Смелее, девочка, – прошептал доктор По. – Перчатки натягивай и за дело!

– Ваш седьмой, – произнесла Роберта, протягивая мне перчатку.

– Так, что же вас так задержало, уважаемый доктор Ригард? – громко спросил анестезиолог.

– К одной из пациенток пришел муж, – ответил Одьен. – Пришлось его выставить.

– Почему вам, а не лечащему врачу?

– Лечащий врач был в это время в операционной.

– Софи? – испугалась я.

– Да.

– Черт!

– Он был пьян и хотел встретиться с вами лично, доктор Ней, – в этот момент Одьен пристально взглянул на меня и, кажется, улыбнулся под своей маской.

– Пусть бы встретился, – разозлилась я.

– И что бы вы ему сказали? – поинтересовался Одьен.

– Чтобы проваливал с глаз моих долой.

– Так бы и сказали? – хмыкнул Одьен.

– Более корректно, если вы о формулировке.

– Пожалуй, мне стоит уточнить, что этот мужчина пришел, как он сам соизволил выразиться, «удушить эту суку».

– Софи?

– Нет, доктор Ней. Вас!

– Пусть бы попробовал!

– Да, что вы! – усмехнулся Одьен. – Даже мне потребовалось время, чтобы утихомирить его.

– И он сам ушел? – удивилась я.

Тут в голос рассмеялся доктор По:

– Ай-яй-яй, доктор Ней. Вы, как никто другой, должны понимать, что пьяные скандалисты сами никогда не уходят.

– То есть, вы вызвали службу охраны, доктор Ригард?

– Да, нет, – пожал плечами Одьен. – Выставил сам.

– Как нехорошо, доктор Ригард, – продолжал веселиться доктор По. – Такой уважаемый человек, а тут драка…

– Вы подрались с ним? – не поняла я.

– Мне обязательно отвечать на этот вопрос? – спросил Одьен.

– С вашим руководителем, уважаемая, лучше не спорить, – напомнил доктор По. – Про его удар правой ходят легенды. Правда, поговаривают, что у Шила левый хук получше будет, но об этом нам с вами остается только догадываться.

– Доктор Айени левша? – не поняла я.

– Нет, – ответил Одьен, вводя троакар в брюшную полость. – Просто у него поставлен хук левой.

– А я обычно бью ногой в пах.

– Вы? – засмеялся Одьен. – Ногой в пах?

– Да. Некоторые из моих пациентов предпочитают душить своих жертв, поэтому удар ногой в пах действует безотказно.

– Да вы – опасная женщина! – не без сарказма отметил доктор По.

– Будете держать камеру. Умеете или показать? – спросил Одьен.

– Умею, – вздохнула я и перехватила оптоволокно.

Дверь в операционную в очередной раз распахнулась и в ней замер доктор Наварро.

– Вызывали, доктор Ригард? – Наварро едва сдерживал гнев.

– Кажется, доктор Ней справляется со своими обязанностями, – как ни в чем не бывало, произнес Одьен. – Спасибо, что пришли, доктор Наварро, но помощь уже не нужна.

– Ну, знаете… – доктор Наварро набрал в грудь воздух и, кажется, собирался начать отповедь, но его перебил громкий голос Одьена.

– На этом все, доктор Наварро! Можете идти!

Наварро хлопнул ладонью по кнопке, и двери в операционную закрылись.

– Буря прошла стороной, – засмеялся доктор По.

– И то верно, – согласилась анестезистка по имени Лолита.

– Да, Наварро в последнее время сдает позиции, – заметила медсестра Роберта.

– Скажите мне «спасибо», – ответил Одьен.

– Да, – кивнул доктор По, – если бы не ты, доктора Ней пришлось бы отскребать от стены.

– Кажется, я чего-то не знаю, – очень тихо произнесла я.

– Вы не знаете доктора Наварро, – констатировал Одьен.

– Еще узнает, – хохотнул доктор По. – Кстати, Алексис, могу я задать вам вопрос?

– Конечно, доктор По.

– Скажите, какую непростительную ошибку совершил ваш непосредственный начальник?

Я посмотрела сначала на Одьена – он удивленно вскинул брови – затем перевела взгляд на доктора По:

– Доктор Ригард не спросил, можно ли начать операцию.

Удовлетворенный моим ответом, По сложил руки на груди и взглянул на Одьена:

– Совершенно верно, дорогая доктор Ней. А тебе, Одьен, я напомню, что анестезиолог в операционной – не предмет интерьера.

Одьен с непроницаемым видом ответил:

– Да, он находится здесь для того, чтобы развлекать операционную бригаду своими шутками.

Я хмыкнула в маску, но не рассмеялась.

– Вот видите, уважаемая! – По развел руки по сторонам и картинно вздохнул. – Никогда, повторю, никогда не позволяйте себе так разговаривать с анестезиологом!

– Не обижайтесь, доктор По, – ответила я. – Доктор Ригард шутит.