От сессии до сессии - Вероника Горбачева

— Ох, простите, дон Николас, я думала…

— Перепутала? — участливо спрашивает он. — Приняла меня за дона Маркоса? Ничего, это бывает. Но имей в виду: я добрее, и потому больше нравлюсь девушкам… Молчу-молчу, Мага; разумеется, Ивину горничную можешь спасать и подбадривать только ты. Но так уж получилось, брат.

— Не увлекайся. Заканчивайте здесь, — хмуро прерывает его дон Теймур. — Подчистите ей память, чтобы она не мучилась кошмарами, и дело с концом. Подумать только, мы могли заполучить манускрипты самого Ку Би Куса! И О’Харры! И всё так легко вами упущено из-за недопустимой жалости!

Наступает зловещее молчание. Даже моя горничная, ещё не понимая сути претензий, но каким-то чутьём уловившая недовольство Главы и мрачное возмущение его сыновей, притихла, беспокойно крутя головой и переводя взгляд с одного на другого.

И тут вдруг на границе защитной сферы раздаётся характерный «чпок!», правда, куда более громкий, чем при появлении дона Теймура. Потом ещё один. Сквозь плёнку защиты продираются и почти вываливаются на траву Машка с Сонькой.

— Мы не согласны! — вопят они. — Дед, ты что? Нельзя Люсе трогать память! Она тогда снова Дар потеряет!

Дон Теймур хмурится.

— Что вы несёте, доньи? И кто вам разрешал вмешиваться в дела старших?

— И что вы вообще здесь делаете? — рыкает Мага.

Вот-вот, я бы тоже не отказалась послушать, что они здесь делают! Даже Тим-Тим навострил уши, и от нетерпения начинает ёрзать у меня на коленях, как непоседливый ребёнок. В самом деле, каким ветром сюда занесло моих дитяток? А они, между прочим, не будь дураки, прибегают к своему излюбленному приёму: нападению. Глава просто ещё не испытал на себе их способности убалтывать, иначе сразу заткнул бы уши и постарался выставить обеих подальше. Ну, или отпустить с миром.

Они начинают говорить почти одновременно, но при этом не перекрывая друг друга, по очереди подхватывая эстафету и не давая собеседнику ни времени на осмысливание, ни попытки вставить хоть словечко.

— Это же мы послали Люсю! Мы! Да!

— Чтобы встретить маму и передать, что в парке прохладно, чтобы прихватила с собой шаль.

— А главное — ноги чтобы утеплила, ноги! Доктор Персиваль всё время твердит…

— …что ей нельзя простужаться. Мы хотели мысленно связаться…

— …но уже устали за сегодня, и попросили Люсю сходить или за мамой, или за шалью. Да!

— А потом она ушла, а я говорю: «Э-э…»

— Нет, Машка, это я говорю: «Э-э…»

— Хорошо, мы вместе сказали «Э-э…» Э-э, говорим мы с Сонькой… то есть с Соней: что-то у нас какое-то нехорошее предчувствие, да… А вдруг это не блажь какая-то…

— …а интуиция? Нам сэр Майкл всегда твердит о маминой интуиции; но ведь и нам от неё что-то досталось, да? И мы решили…

Люся всё ещё всхлипывает по инерции, но беззвучно, стараясь не привлекать внимания. Торресы по-прежнему хмурятся, но не перебивают, поскольку девчата тараторят хоть и в своеобразной манере, но с толком, рисуя, собственно, объективную картину, без особых отступлений.

— И мы побежали за Люсей, — сообщает Машка и пихает сестру локтем. Та, засмотревшись было на обрывки тающей воздушной сети, спохватывается:

— И застали её выходящей в парк, совсем не из папиной и маминой башни, без всякой шали. Она шла так странно, как…

— Как сом-на-бу-ла. Как под гипнозом. Мы сперва не поняли…

— Сомнамбула, да. И мы даже немного испугались, особенно когда она кричала на кого-то и просила её отпустить, а потом вдруг сама себе грубым голосом приказывала заткнуться. И не стали останавливать, просто пошли за ней. Да.

— Решили не упускать из виду, а если что — позвать Рикки, чтобы он позвал вас. Да.

— И пришли сюда. А ты, дед, пропустил её через защиту, а нам велел стоять тихо и только смотреть, не вмешиваться.

— … Да?

Последняя реплика, полная убийственного сарказма, принадлежит Нику. Мага смотрит на него неодобрительно, и меня вдруг разбирает смех пополам с опасениями: что, если и они с братом сейчас вот так же, как девочки, заведутся?.. Но, хвала местным богам, мой некромант немногословен, как всегда.

— Достаточно. Мы поняли. Отец?..

— Да, я разрешил им присутствовать, — с достоинством отвечает дон Теймур. — Памятуя о словах их матери, кстати, касательно того, что, если не можешь предотвратить безобразие, есть смысл его возглавить. Я контролировал проход через купол, дабы мои внучки оставались пока лишь зрителями. Им ещё рано участвовать в подобного рода делах, но полезно наблюдать и учиться.

— А если бы…

Осёкшись, Мага проводит ладонью по лицу.

— А если бы эта девочка Лусия погибла у них на глазах? — всё же договаривает. — Или если бы Сильвия вселилась в одну из них? Отец, ты не прав. Но поговорим об этом позже.

И, не давая дону Теймуру ответить, поворачивается к дочерям.

— И с вами мы побеседуем позже, доньи. Разумеется, вы узнаете обо всём, что здесь произошло. Но сейчас я хочу поручить вам заботу об этой девушке.

— Ага. — Машка шмыгает носом. — Ничего себе — такой стресс пережить… Мы понимаем!

— Тишина, покой и чашка горячего молока с мёдом и мятой, — заявляет авторитетно Соня. — Пап, ты нас прямо отсюда домой отправишь, или нам через башенный портал пройти?

— Минуту, — вмешивается-таки дон Теймур. — Доньи, вы добровольно лишаете себя праздника? Разве ваше место не рядом с прабабушкой?

— Да мы-то всегда с ней видимся, а своих гостей она впервые за много лет собрала, — здраво подмечает Соня. — Ей сейчас интереснее с ними. — И добавляет ехидно: — Тем более по здешнему этикету дети во взрослых праздниках не участвуют и под ногами не путаются.

— Достаточно отвести эту девушку в крыло для прислуги, — недовольно бросает Глава. Маша словно не слышит его резкого тона.

— Да там сейчас никого нет, все с гостями крутятся! Дед, ну ты что, не понимаешь? Люся сейчас окажется одна, совсем одна, а ей до сих пор страшно!

Николас одобрительно кивает.

— Правильно, зайцы. После такого испытания очень нужно, чтобы кто-то был рядом!

— А у неё уже есть комната рядом с нашей новой детской. Вот пусть там и поживёт. Ей нужна реабилитация, лучше всего в нормальной семье. Правда, па? Так нам в башню идти?

— В нормальной семье…

Вздохнув, Мага вскидывает руку. Зев небольшого портала раскрывается бесшумно, не без изящества, красиво. Сквозь прозрачную перепонку просвечивают знакомые очертания нашего холла.

— Идите уж…

Не дав Лусии опомниться от столь дивного зрелища, девочки подхватывают её под руки и чуть ли не силком впихивают в портал. Впрочем, она успевает обернуться и бросить на своих спасителей взгляд, полный благодарности. Поверхность портала сглаживается, овальный проём сжимается в точку — и исчезает.