Волшебникам быть - Вадим Степанов

– А почему мы сразу не можем туда «прокрасться»? Ночевка – это потеря времени.

– Ты, дядя Кочегар, совсем тю-тю, – покрутила пальцем у виска Ирис. – Кто же к вампирам ночью ходит? К ним надо утром, пока они, сытые, отдыхают в гробах.

– Мне кажется, про гробы – это миф.

– Угу, – усмехнулась Ирис, поправляя поясной мешок, – и гномы, и ведьмы, и ад вместе с его хозяином. Только когда повисишь в таком гробу несколько часов на цепях, начинаешь прислушиваться к легендам. Пойдем уже, а то до темноты не успеем.

Шли легко, переругиваясь. Ирис командовала куда ступать, чтобы не угодить в ловушки леших или ведьмин капкан. Кочегар ворчал, потому что не привык, чтобы им командовала девчонка.

– Тебе, вообще, сколько лет? – разъяренно спросил хозяин ада, когда девушка в очередной раз приказала ему держаться тропы.

– Нормально мне лет, – буркнула Ирис.

– И все же, – не унимался Кочегар. – Так-то ты деловая дальше некуда, но видно в тебе еще подростковое упрямство.

– Мне, между прочим, уже почти шестнадцать лет.

– А, ну раз шестнадцать, тогда, конечно, это все меняет. Взрослая, большая.

– Зря иронизируешь. В моем мире это, считай, уже древность. Я года три как должна быть замужем и детей нянчить.

– И чего не нянчишь?

– Больно надо, – скривилась Ирис. – Вокруг столько всего: и миры, и волшебники, и драконы, говорят, есть. А ты сиди себе в четырех стенах всю жизнь, портки стирай и носы сопливые вытирай. Нет уж.

– И что, совсем-совсем не хочется замуж. Подруги, поди, уже повыскакивали все.

– Курицы, – ругнулась Ирис. – Им подсовывают всяких толстяков – они и радуются.

– А, – понял Кочегар, – так дело в избраннике. Что, папка за какого-нибудь бакалейщика заставляет выходить.

– Если бы, – тяжело вздохнула Ирис. – Понимаешь, дядя Витя, моя семья не из самых богатых. А девочек народилось аж семь штук. Папка все о сыне мечтал, успокоиться не мог. А у нас тут как бы принято приданое щедрое давать, иначе замуж и никто брать не станет. Несправедливо, согласись?

– Соглашусь.

– То есть неважно, что я умная, добрая, красивая, много всего умею. Важно, что денег у моей семьи нет.

– Тогда я не понимаю, в чем проблема, ты вроде и не хочешь замуж?

– Я-то не хочу. Да и не то чтобы… Сестры мои хотят. Я самая младшая в семье. А сестрички себе уже навыбирали женихов. Отец только и успевал раскошеливаться. Так погряз в долгах, что хоть в рабство. А тут этот Ромуальд объявился. Средний из семьи Ликанов. Давай, говорит, за меня младшую. Я и приданого не возьму, да еще и из долгов вытащу. Ну, отец и согласился.

– А мама?

– А мама голоса не имеет. У нас тут домострой и патриархальные нравы.

– Ужас. И что, этот Ромуальд совсем кошмарный?

– На самом деле он ничего, – задумчиво произнесла Ирис, осторожно перебираясь через ветку. – Но он же Ликан. Вампирюга и кровосос. Фу. Они мою прабабку сожрали, если верить семейным преданиям. И потом, это же не то же самое, что замуж. Я стану другой, превращусь в вампиршу и все такое. Не очень-то выбор.

– Да уж. И ты решила сбежать?

– Сперва нет. Но потом я пообщалась с Константином, и он убедил меня, что я не обязана соглашаться. Он обещал поработать над этим миром. Вытащить, как он сказал, его из средневековья. Говорит, что девушки должны сами выбирать свою судьбу. И что в нормальных мирах это в порядке вещей.

– Да, но только ты не забывай, что Костя сам еще юнец. К тому же при всей своей правильности и мощи бегает от отца своей возлюбленной, которая, кстати, является вампиршей.

– Иди ты! – сказала Ирис, от удивления даже остановившись.

– Слово волшебника.

– Вот и верь вам, мужчинам, после этого. Ладно, мы уже пришли. Вон флюгер мельницы торчит.

– А ты ничего подозрительного не слышишь?

– Музыка, – обрадовалась Ирис. – Вот здорово! Знаешь, что это значит?

– Что?

– Это значит, что там собрались эльфы!

Сказав это, всего секунду назад угрюмая, Ирис побежала вперед.

– Девчонка, – усмехнулся Кочегар и поплелся за ней.