Ричард Длинные Руки - эрбпринц - Гай Юлий Орловский

Разведчик заулыбался, счастливый, что всемогущий лорд откровенничает с ним.

— Ваше высочество, вы всегда все рассчитываете правильно!

— Хотелось, — сказал я с надеждой. — Хорошо, лагерь Меганвэйла, значит, между Нердером и Акхартом?

— Возле Нердера, — ответил обстоятельно разведчик. — Возле Акхарта войско Шварцкопфа, а также все остальные, начиная с вендоверцев и шателленцев.

— Хродульф и прочие лорды?

— С Меганвэйлом, естественно, ваше высочество!

— Естественно, — повторил я задумчиво. — Хорошо, спасибо. Бобик, не приставай!..

Я тронул Зайчика коленями и едва успел услышать завистливый вздох, как мы уже были за четверть мили и уходили все дальше и быстрее.

По дороге встретил еще два разъезда, один из разведчиков, Херн Ринне, оказался не только словоохотливым, но немало знающим о самом войске, лагерной жизни и взаимоотношениях между военачальниками.

Я слушал внимательно и думал с изумлением, что Норберт собирает, как муравей, сведения отовсюду, даже из такой дали, вдруг да пригодятся. Как сообщил Ринне, все полководцы, следуя примеру Меганвэйла, верховного командующего Южного фронта, днем и ночью находятся среди воинов.

Если Шварцкопф, Геллермин или Зигмунд Лихтенштейн с братьями и так обычно спали на голой земле у костров, не говоря уже о ко всему привычном сэре Растере, то теперь и высшим лордам Варт Генца: Хродульфу, Хенгесту, Леофригу и даже Меревальду пришлось, чтобы заслужить репутацию, вместе со всеми переносить дождь, ветер, холод по утрам и пыльные бури в полдень.

Единственное, что все лорды делают без зубовного скрежета, — это отважно водят свои дружины на врага. Хродульф, надеясь на своих телохранителей, с полдюжины раз бросался в бой без доспехов, что льстило видевшим это воинам, но был трижды ранен стрелами и один раз мечом, но, к счастью, все легко.

Хорошо показал себя даже Меревальд, а уж про Хенгеста и Хродульфа говорить нечего: эти живут и дышат сражениями.

Зигмунда с братьями и его небольшим войском я не обнаружил, что удивило, но оказалось, что он, заскучав в однообразных боях, заявил, что признает командование над собой только сэра Ричарда или герцога Клемента, и углубился далеко вперед, а потом от него пришло известие, что попытается догнать армию принца Ричарда.

Прогремел стук копыт, в мою сторону мчится с развевающимися знаменами отряд блестящих рыцарей в дорогих одеждах. Впереди Меганвэйл, за ним, почтительно отстав на корпус коня, графы Арнубернуз, Фродвин и Буркхарт, с ними же и барон Хельмут, все такой же гигант и на своем странном коне, что с виду битюг, рожденный таскать тяжелую телегу, но я сам видел с какой балетной легкостью идет галопом.

Меганвэйл быстро соскочил с коня, выказывая, что еще не стар, красиво и с достоинством преклонил колени.

Я торопливо ухватил его за плечи и поднял с чувством неловкости, все не привыкну, что передо мной преклоняют колени люди намного старшие по возрасту.

— Герцог, прекратите! Прежде всего, мы друзья!

Он с улыбкой на суровом лице всматривался в меня, высокий и весь блестящий в доспехах из вестготской стали, глаза все такие же беспощадно ярко-синие, а голос прозвучал отечески сурово:

— Ваше высочество, я безмерно польщен дружбой с вами, но дисциплина дисциплиной. Все должны видеть, что я преклоняю колени. Это обязывает и приучает!

— Да у нас, — возразил я, — и так вроде бы дисциплина…

— Ее надо поддерживать, — сказал он наставительно, как старший младшему.

— Да-да, — согласился я со смущением, — вы правы, герцог.

С коней слезли и стоят в почтительном молчании барон Эванс, правая рука Меганвэйла и его лучший стратег, Арнубернуз, Фродвин, Буркхарт и Хельмут, подскакали приотставшие Габрилас, Елиастер, Фитцуильям, я узнал еще Айвариказа и Дитвольфа, Николаса Бэрбоуна, Харли Квинна и Джизеса Крайста, Дарси Блэйка…

Все они поспешно покидали седла и преклоняли колени. Я оглядел их с отеческой улыбкой и величественным жестом велел подняться.

— Рад вас видеть, друзья, — сказал я тепло, хотя подумал, что слишком много у Меганвэйла его верных военачальников в одном месте, жизненно важно под разными предлогами разбросать их по разным армиям. — О, здесь даже сэр Герард, сын доблестного барона Валдуина!.. Помню-помню сражение при захвате пограничной крепости, где я впервые увидел этого отважного героя…

Юный Герард покраснел густо, как молодая стыдливая девушка, я улыбнулся ему и всем тепло и ласково.

— Встаньте и возрадуйтесь хорошим новостям!.. Наша ударная армия уже прошла королевства Бриттию, Ирам и победно вторглась в Пекланд!

Они поднялись, радостно зашумели. Меганвэйл спросил на правах старшего:

— До Сакранта рукой подать?

— Неделя пути, — заверил я. — А теперь, друзья, небольшой пир, где расскажете новости, а я расскажу свои, и решим, какие у нас будут следующие шаги.

Меганвэйл подошел, повинуясь моему жесту, я взял его под руку и повел впереди, остальные, тихо переговариваясь, двинулись на дистанции следом.

Я поинтересовался:

— Как на новом месте?

Он сказал с неловкостью:

— Ваше высочество, ослушавшись вашего приказа, мы слегка углубились в земли Бриттии, зато какое стратегическое преимущество!

— А результат? — спросил я.

— Удалось остановить три армии Мунтвига, — доложил он гордо. — Сражения были, честно скажу, жестокие. Вооружение у них намного хуже, доспехи никакие, но отваги не занимать. Пока половину армии не вырубишь, как кустарник, остальные и не думают отступать!

Я вздохнул.

— Что делать, религиозные фанатики… Каков финал?

— Остатки их армий, — сказал он, — рассеяны, но часть, видимо, попытается пробраться дальними тропами в Варт Генц. Хотя что это им даст?.. В Варт Генце осталось достаточно войск. И будут ли еще армии?

— Будут, — заверил я. — Но не больше двух. Вышла и еще одна, но, думаю, вскоре повернет взад.

— За вашей ударной?

— Да.

— Значит, — произнес он с восторгом, — вы их там потрепали здорово!

— Да уж старались, — ответил я уклончиво. — Я смотрю, теперь у вас в самом деле армия, а не собрание войск?

— Армия, — заверил он. — В боях все перековываются заново. Тем более успешных!

— Где сэр Растер?

— Он со своими троллями, — объяснил Меганвэйл с кривой усмешкой, — предпочитает… иную тактику.

— Партизанскую?

Он кивнул.

— Да. Троллей не обучить сражаться в строю, зато эти зеленомордые бесподобны в ночных атаках.

— Они ночью видят, — напомнил я, — как мы днем.